• Исторические страницы
  • 30 Октября, 2021

ТЮРКСКИЙ МАРКО ПОЛО РАББАН САУМА

С детства увлекаюсь книгами, историями о путешественниках. Меня влекут их таинственные странствия по моему родному Казахстану, а также на мою историческую родину, в страны Востока. Сам побывал во многих уголках Евразии. В последнее время заинтересовался загадочной и романтической судьбой несторианского монаха Раббана Саумы (сир. бар саума – сын поста, раббан – учитель), которого многие исследователи на Западе называют тюркским Марко Поло.

Современник знаменитого венецианца Марко Поло, когда тот посещал государства Азии, Раббан кочевал по просторам Срединной и Передней Азии, вел дипломатические переговоры в странах Европы. Хочется подчеркнуть, что в те годы «старушка Европа» высокомерно относилась к чужеземцам, считая азиатов варварами и дикарями, но Раббан сумел покорить ее своей уникальной образованностью. Так кто же такой этот мифический Раббан Саума?..

Раббан родился в городе Ханбалыке (ныне – Пекин) около 1220 года в семье священнослужителя христианской несторианской церкви Шебана. Огромное влияние на формирование личности Р. Саума оказала эпоха хана Хубилая (1215–1294). Хочется подчеркнуть, что хан перенес столицу из Каракорума в Ханбалык, и родной город монаха стал центром могучей империи.

Современник нашего героя, знаменитый сирийский (ассирийский) ученый-энциклопедист, врач Бар Гебрей (1226–1286) писал, что Раббан Саума был по происхождению уйгуром. Получил хорошее религиозное образование, отличался набожностью и в 20-летнем возрасте постригся в монахи. Многонациональный Ханбалык оказал огромное влияние на будущего путешественника и дипломата: в городе звучали различные языки, люди исповедовали разные религии, но умели найти между собой общий язык. Раббан был физически очень крепким, волевым, любознательным, любил странствовать по родному краю. Он был хорошо образованным теологом, который разбирался не только в религиозных, но и в светских дисциплинах. Раббан, как один из лидеров христиан-несторианцев в столице, был вхож и в ханский дворец, пользовался доверием хана Хубилая.

Прежде чем продолжить рассказ о Раббане, считаю, что следует немного остановиться и поведать о несторианской ветви христианства, которая имела немало последователей в странах Востока. У истоков этого учения стоял монах Несторий (Нестор), возглавлявший с 428 по 431 годы Константинопольский патриархат. Несторий проповедовал, что Христос не был сыном Божьим, а был человеком, в котором жил Бог. Патриарх считал, что человеческая и божественная сущность отделимы друг от друга, поэтому дева Мария не является объектом почитания, так как эта женщина родила не Бога, а человека. В результате Несторий был подвергнут анафеме в Риме и Константинополе, а его «еретическое» учение запрещено в Византийской империи, но по Великому Шелковому пути проникло в разные регионы Азии, включая Кашгар, Турфан и Хотан.

А теперь вернемся к нашему Раббану Саума, у которого в родном городе было немало последователей. Его жизнь протекала спокойно, в молитвах, в соблюдении всех религиозных обрядов, ежедневно своей пастве он читал проповеди. Казалось, что ничто не изменит неторопливый ход его жизни. Но где-то в 1278 году Раббан Саума со своим единоверцем и учеником Маркосом (Марком) решили совершить паломничество в Иерусалим, кроме того, у них была грамота, что они официальные посланники хана Хубилая. Это было очень смелое странствие: Раббан был уже немолод, на пути могли возникнуть различные трудности. Но желание увидеть Иерусалим, новые страны не давали монахам покоя. Они покинули Ханбалык и с караваном торговцев двинулись на запад.

Раббан попал на севере современного Китая в некогда могущественную Страну тангутов. Этот народ в прошлом, имевший свою письменность, где процветали ремесла, наука, торговля, было развитое сельское хозяйство, в 1227 году, после ожесточенного сопротивления, пал под ударами полчищ Чингисхана. В конце 70-х годов XIII века эта была разоренная страна, вызывавшая только сочувствие (к величайшему сожалению, этот древний народ, который внес определенный вклад в человеческую цивилизацию, к XVI веку был ассимилирован в основном китайцами, отчасти – монголами и тибетцами). С тяжелым сердцем странники покинули Страну тангутов и двинулись в Кашгарию. Здесь они посетили древние города Хотан и Кашгар. Это было сложное время в истории края. Кашгария, которая процветала при караханидах, добровольно подчинилась Чингисхану, и это спасло ее народ от истребления. Но при иноземцах, которые в своем развитии на столетия отставали от кашгарцев, стали исчезать небольшие города, селения, которые монголы стали превращать в пастбища. Гнетущее впечатление на Раббана произвел этот древний край. Единственно, что успокаивало его религиозное сердце, что в стране, где большая часть населения мусульмане, жило немало христиан-несториан, которые пользовались всеми правами. Именно у них остановились монахи и познакомились с жизнью этих древних городов. Монахи неоднократно совершали моления с местными несторианцами, которые жили здесь закрытыми общинами.

В Кашгаре мирно уживались по соседству мечеть и несторианская церковь. Кашгар в эти годы был одним из центров христиан-несторианцев: в этом древнем граде находилась епархия местного епископа. Удивительно и весьма поучительно, что в ХIII веке в одном шахаре располагались исламский муфтий и несторианский пастырь.

 Далее путь странников лежал в сторону древнего города Тараз, который входил в состав Чагатайского улуса Монгольской империи. И этот город после нашествия монголов находился в плачевном состоянии, побывали они и на берегах Сыр-Дарьи. Паломники прошли по землям нынешних государств Центральной Азии и Афганистана, которые тогда входили в состав Большого Хорасана, побывали они и в городе Марагу (Марага), который ныне находится на территории Азербайджана. И здесь тогда мирно уживались между собой мусульмане и христиане.

Раббан также посещает и город Мосул. В те давние годы этот город и прилегающий к нему регион являлись отдельным государственным образованием, который был под властью монгольского хана Хулагу. Город не был разрушен иноземцами, так как его правитель Бадрад-Дин Лулу стал союзником монголов в их военной компании в Сирии. Сейчас этот город находится на севере Ирака. Хочется подчеркнуть, что этот древний шахар считается духовным центром несторианского христианства. Если Рим является религиозным центром католической церкви, то Мосул на протяжении веков городом, откуда патриарх-католикос назначал иерархов в те многочисленные края, где исповедовали несторианство. Сейчас в мире насчитывается несколько сот тысяч несториан, большинство из них – ассирийцы.

 Монахи познакомились с еще одним древним народом – грузинами. Даже через столетия этот народ сохранил свои особенности. Он восхищается этим красивым и мужественным народом. Он пишет: «Грузины –православные греческого исповедания». Путешественники побывали в одном из самых знаменитых городов средневековья Ани. Этот град в ту эпоху по величию не уступал Багдаду, Дамаску и Константинополю. Современники называли его городом 1001 церкви. С 1199 года он попал в руки грузинской царицы Тамары и почти 40 лет находился в вассальной зависимости от Грузии. К моменту приезда Раббана город Ани находился в вассальной зависимости уже от монгольских ханов, но сильно было еще грузинское влияние.

 Странствующие монахи, которые направлялись в сторону Иерусалима, узнав о военных действиях в Сирии, были вынуждены поменять свой маршрут и направиться в сторону Персии. Хочется отметить, что официально религиозное объединение несториан называлось – Ассирийская церковь Востока. В Азербайджане около Мараги состоялась встреча патриарха Мар Дынха I с паломниками. Предстоятель несториан очень тепло встретил гостей, он был покорен их образованностью, богобоязненностью. Здесь возникает вопрос: на каком языке они говорили? Если в католической церкви, в городе-государстве Ватикане до сих пор официальный язык, язык богослужения – латынь, то у несториан – сирийский (мертвый язык арамейской группы). На этом языке Раббан Саума не только говорил, но и написал книгу о своих странствиях. Кроме того, монахи владели и другими языками. Думаю, как жители Ханбалыка, которые родились и выросли в этом городе, странники говорили еще на тюркском, монгольском и китайском языках, очевидно, владели они и арабским, персидским, латынью.

 Паломники двинулись на юг, посетили Багдад, где находился епископальный центр Ассирийской церкви Востока – Сэлюция. Побывали монахи и в Ассирии, совершили паломничества к несторианским святыням и монастырям в Арбеле, Бет Гармае и Низибе. Несторианцы из Ханбалыка остались служить в монастыре Святого Михаила в Тареле недалеко от Низибы. Паломники завоевали полное доверие своих единоверцев в Персии. Мар Дынха I, который был избран патриархом в 1265 (по другим данным – 1266) году, попросил посланников Хубилая посетить резиденцию правителя монгольского Ильханства Абака-хана, чтобы тот официально признал, дал грамоту подтверждающую рукоположение его в первосвященники Ассирийской церкви Востока.

Я немного хочу сказать о верованиях монгольских ханов того времени. Например, Абака-хан формально был буддистом, но не чуждался и верований своих предков – шаманизма (поклонение небу и т. д.). В целом равнодушный к религии, он в политической борьбе мог поддерживать мусульман или христиан. Находясь во враждебных отношениях с мамлюками Египта и Сирии, Абака-хан поддерживал христиан несторианской, якобитской и армянской церквей. Известно, что состоялась встреча Абака-хана со странниками. Хан тепло встретил гостей из Ханбалыка, он выдал путникам жалованную грамоту о беспрепятственном преодолении пути до Иерусалима. Но военные действия между войсками Абака и мамлюками помешали осуществить паломничество к этому городу. Тогда ханбалыкские путешественники были назначены высшими несторианскими иерархами в краю онгютов и китанов (северный Китай). Маркос (Марк) был избран несторианским епископом, а Раббан – коадъютором (высшее духовное лицо, состоящее при епископе). К сожалению, в 1281 году патриарх Мар Дынха I скончался: настоятелем христиан-несториан в 1282 году был избран благочестивый Маркос, под духовным именем Мар Ябалаха III (1283-1317). Поистине, удивительная история, которая напомнила мне, как уже в наше время поляка Кароль Войтыла избрали Папой Римским под именем Иоанна Павлa II. Возникает вопрос: почему Маркос был избран патриархом несториан? Главное – здесь была политика: во главе Ассирийской церкви Востока стал человек Хубилая, монголов. Монахи направились к Абака-хану, чтобы тот утвердил избрание нового патриарха. Но хан скончался до их приезда. Новым ильханом в 1284 году стал его сын Аргун-хан. Новый хан продолжил дело отца и начал искать союзников в борьбе с мамлюками Египта и Сирии. До нас дошло письмо 1285 года, которое направил хан Папе Римскому Гонориусу IV, где предлагал союз в борьбе с мамлюками.

 Хан Аргун решил направить посольство на Запад для переговоров с монархами Европы и Папой. Выбор его пал на Раббана Саума. Во-первых, этого немолодого уйгура рекомендовал новый первосвященник несториан. Главное, что Раббан показал себя опытным дипломатом, образованным и обаятельным человеком, умеющим найти общий язык с разными людьми.

 Посольство Аргун-хана в 1287 году на 30 верблюдах направилось к берегам Черного моря. В составе дипломатической миссии находились, кроме руководителя Раббана Саума, помощник – генуэзец Фома и переводчик Угето. Добравшись до портового города Трабзон (Трапезунд), расположенного на берегу Черного моря, члены дипломатической миссии сели на корабль и двинулись к столице Византийской империи – Константинополю (Стамбулу). Константинополь покорил путников своим величием, особенно Раббан был потрясен красотой собора Святой Софии, где монах помолился. Посол был очень тепло принят императором Андроником II, состоялась их продолжительная беседа. Далее их путь по Средиземному морю лежал к Неаполю. Здесь я хочу напомнить, что в средневековой Европе с ненавистью относились к «раскольникам» в христианстве, таковыми католики считали и несторианцев. Вспомним страшные погромы гугенотов, войны католиков с протестантами, лютеранами, кальвинистами и т. д. А в нашем случае, скрепя зубами, европейские монархи были вынуждены встречаться с послом Аргун-хана. Католическая Европа тоже искала союзников, чтобы овладеть храмом Гроба Господня в Иерусалиме. Обо всем этом мы еще расскажем, а сейчас последуем по следам уйгурского монаха.

 Его плавание к побережью Италии было полно удивительных событий: у берегов Сицилии, 18 июня 1287 года, Раббану посчастливилось наблюдать за одним из самых мощных извержений знаменитого вулкана Этна, а 23 июня стал свидетелем кровопролитного сражения между флотами Карла Анжуйского и Хайме Арагонского. Для уроженца далекого Ханбалыка, конечно, это было захватывающе.

 Из портового города Неаполя путь посла лежал в Рим. С большим сожалением Раббан узнал, что незадолго до его приезда, 3 апреля 1287 года, ушел из жизни Папа Римский Гонория IV, а новый глава католической церкви еще не избран. Но монах зря не теряет время: он в Ватикане встречается и проводит переговоры с влиятельными кардиналами. Раббан заявляет им: «Начиная с VII века несторианские миссионеры вступили на земли тюрков, монголов и китайцев, многие из них приняли нашу веру. Там воздвигнуты церкви, где служат Богу. Хан Аргун планирует захватить Сирию, а к вам обращается за помощью в общем деле освобождения Иерусалима». Личность старого и мудрого монаха вызвала большой интерес среди иерархов католической церкви, но новый римский первосвященник еще не избран, поэтому Раббан покидает вечный город, чтобы потом вновь вернуться сюда. Здесь хочется подчеркнуть, что в ту эпоху Папа имел огромное влияние на монархов разных стран католической Европы. Многие походы крестоносцев были совершены под эгидой и благословением главного католического иерарха. А как относился Саума к своим собеседникам? Мудрый монах, у которого на родине мирно уживались разные религии, конечно, чувствовал неприязненное отношение к себе, как к «еретику». Католическим священникам не было большой разницы: кто он – мусульманин или несторианец? Для посла Аргуна главное было выполнить свою дипломатическую миссию: он всеми силами пытался ее исполнить. Монах побывал в соборе Святого Петра, где совершил молитву. Далее его путь лежал в Геную, но по пути в этот город посол совершил остановку в Тоскане. Конец XIII века – это была эпоха расцвета могучей Генуэзской Республики, флот которой господствовал в Средиземном море. Генуэзцы имели многочисленные колонии на островах Средиземного и Черного моря, их фактории были в Крыму и Трабзонде. Генуэзцев побаивались во многих королевских дворцах старой Европы. Генуэзская Республика стремилась найти общий с Аргун ханом (во многом ей это удалось), поэтому оказала радушную встречу его послу.

 Далее путь старого монаха лежал в Париж, куда он прибыл 10 сентября 1287 года. Это было время, когда во Франции царствовал король Филипп Красивый (годы правления с 1285 по1314-й). Этот сюзерен делал все, чтобы усилить влияние своего королевства в Европе, укрепить армию, пополнить бюджет. Думаю, что этим можно объяснить преследования тамплиеров, войну с Фландрией. Филипп Красивый устроил пышный прием в честь посла Аргуна в церкви Сент-Шапель. Целый месяц Раббан провел при его дворе, неоднократно беседовал с королем, объяснял цель своей дипломатической миссии. У Филиппа было немало проблем внутри своей страны и за ее пределами, поэтому не получив конкретный ответ на предложение хана, посол покидает Париж и направляется в Бордо, который был во власти Англии, чтобы встретиться с королем Англии Эдуардом I.

 Монголов, хана Аргуна побаивались в Европе, поэтому и король Эдуард I Длинноногий (годы правления – с 1272 по 1307 гг.) оказал радушный прием Раббану. Но у английского монарха, который вначале своего правления стремился к крестовым походам, было немало своих проблем. Эдуард I только что покорил Уэльс, в лице Франции у него были свои «мамлюки», поэтому и он был вынужден отказаться от предложения Аргуна. Хочется подчеркнуть, что Раббан Саума имел полномочия заключать договоры с главами государств Европы, но король Англии, повторяю, как и монарх Франции, не пошел на военное соглашение с Аргуном. С тяжелым сердцем дипломат покинул Аквитанию, его путь вновь лежал в вечный город.

 В Ватикане за это время произошли изменения: 20 февраля 1288 года был избран новый Папа Римский, им стал Николай IV. Первосвященник Рима горячо принял Раббана, состоялась их продолжительная беседа. В праздничные дни Вербного воскресенья 1288 года Николай IV в виде исключения (не надо забывать, что посол был несторианцем) причастил посла Аргуна, это позволило Раббану совершить евхаристию (заключается в освещении хлеба и вина особым образом и последующем их употреблении). Раббан был обласкан Папой. Римский первосвященник попросил передать патриарху Ассирийской церкви Востока Мар Ябалаху III тиару (драгоценный головной убор, разновидность короны или диадемы), это был знак особого уважения. Не надо забывать, что патриарх несториан был учеником и верным спутником Раббана. За многовековую историю несторианской церкви Мар Ябалаха III позже стал единственным патриархом, который склонялся к унии с Римско-католической церковью. Думаю, что здесь было влияние и его наставника Раббана.

 До сих пор ученые спорят о результатах дипломатической миссии Раббана. Например, Рене Груссэ считает, что она кончилась с политической точки зрения полным провалом. Но я думаю, что эта лишь одна сторона медали. Не надо забывать, что Раббану удалось установить культурные и торговые контакты с Европой.

 В конце августа 1288 года Раббан вернулся в Персию, где сразу был принят Аргун-ханом. Монах передал ему послания и драгоценные подарки от Папы Николая IV, Филиппа Красивого и Эдуарда I. Раббан Саума стал важным вельможей и несторианским капелланом при дворе Аргуна. По приказу хана даже возвели часовню рядом с ханским дворцом.

 Последние годы жизни старый монах прожил в Багдаде, где, очевидно, были написаны его знаменитые заметки. Впервые они были опубликованы на французском языке в 1895 году и на английском – в 1928 году. Именно тогда с легкой руки французских и английских издателей Раббан Саума был назван «китайским Марко Поло». Но так ли это? Напомню, что родной город Раббана – Ханбалык – столица Монгольской империи, а сам монах был этническим уйгуром. Считаю, что вернее было бы называть Раббана Саума «уйгурским Марко Поло» или же «тюркским Марко Поло».

Исмаилжан ИМИНОВ,

публицист

 

ЛИТЕРАТУРА

1. Рене Груссэ. Империя степей. А., 2006.

2. История Мар Ябалахи III и Раббана Саума. Исследования, перевод с сирийского и примечания

Н. В. Пигулевской. М.,1958.

3. История Мар Ябалахи III и Раббана Саума. Сирийская средневековая историография. СПб., 2000.

4. Марко Поло. Книга о разнообразии мира. А., 2004.

859 раз

показано

0

комментарий

Подпишитесь на наш Telegram канал

узнавайте все интересующие вас новости первыми

ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ

Ваш электронный адрес не будет опубликован. Обязательно заполните поля *

МЫСЛЬ №11

30 Ноября, 2021

Скачать (PDF)

Редактор блогы

Аяған Өтенұлы Сандыбай

Блог главного редактора журнала «Мысль»