Гражданская ответственность Салыка Зиманова

0
171

Ecce homo!

Амангельды Айталы,
доктор философских наук,
профессор Актюбинского регионального государственного университета им. К. Жубанова

Справедливо говорят, что интеллектуалы несут ответственность перед обществом. Общество, где они немы, лишено будущего. Они могут занимать ту или иную позицию, принять ту или иную сторону, но если все они оказываются на одной стороне – тоже что-то неладно. Миссия интеллектуалов – отчетливо выражать определенную точку зрения, поддерживать тех, кто пострадал от последствий той или иной политики, и морально помогать им.

Салык Зиманов был одним из тех немногих представителей казахстанского научного сообщества, который тонко понимал национальные проблемы и занимал твердую гражданскую позицию. Он писал: «Национальный вопрос весьма сложный, и в то же время тонкий, уязвимый. Таков он и в современном мире, во всех государствах, независимо от того, является ли это государство многонациональным, развитым или неразвитым. Могут быть разными формы и степени его проявления. В так называемых неразвитых государствах, тем более молодых, вышедших из сферы колониализма и империи, национальный вопрос является более тонким и более болезненным».
Исходя из этих теоретических предпосылок, Салык Зиманов дифференцированно подходил к оценке содержания национального вопроса в разных государствах в зависимости от исторических и культурных особенностей, геополитического расположения, демографического состава. С учетом этих позиций он анализировал межэтническую ситуацию в постколониальном Казахстане, где межнациональная атмосфера непроста и порою чревата непредсказуемостью. «Уважение национального чувства, более осторожное и корректное отношение к нему, – справедливо полагал он, – является непременной нормой, которая в свою очередь входит, как составляющая часть в мораль человечности».
Академик С. Зиманов как ученый-гражданин остро реагировал на проблемы, которые ставились самой жизнью. Его научно-публицистические выступления были стимулированы потребностями гражданского общества.
В 2004 году в Парламенте обсуждался законопроект «О выборах в РК». Будучи депутатом, я внес предложение об обязательном владении казахским языком казахами-кандидатами в депутаты Парламента, поскольку для них казахский язык не только государственный, но и родной. Я понимал, что мое предложение было не совсем корректным с юридической точки зрения: требования закона должны быть одинаковыми для всех, не делая исключения для кого-либо. Но в мировой практике немало примеров дифференцированного подхода (льгот, уступок) с учетом религиозных, национально-этнических и бытовых особенностей. Естественно, в той нигилистической, маргинальной среде, в какой была тогда атмосфера в Парламенте (наверное, она и сейчас мало изменилась по отношению к государственному языку), мое предложение не было поддержано. Но оно было той лакмусовой бумагой, своеобразной проверкой, определяющей отношение членов такого законодательного органа, как Парламент, к государственному языку. Что характерно: ни один депутат Мажилиса и Сената во время обсуждения открыто не вступил со мной в дискуссию, не поддержал, но и опроверг мои доводы. Они опасались избирателей, к тому же Мажилис тогда избирался в основном по одномандатным округам самим населением.
Группа депутатов, поддержавших меня, в инженерном центре Парламента получили информацию о поименном голосовании, и результаты его были опубликованы во многих газетах на казахском и русском языках. Как и следовало ожидать, многие казахские газеты, такие как «Ана тілі», «Қазақ үні» и другие, а также избиратели, в особенности студенты многих университетов, осуждали депутатов, особенно тех, за кого они голосовали. Депутаты в свою очередь упрекали работников инженерного центра за разглашение информации по итогам голосования. Меня же упрекали в том, что я не понимаю, что русскоязычные казахи вообще, депутаты в частности, – это соль казахской нации. Этой элите знание родного языка не столь обязательно. В Парламенте сложилась довольно нелегкая атмосфера вокруг государственного языка.
На этих конкретных фактах Салык Зиманов опубликовал статью «Неужели мы присутствуем на похоронах казахского языка?» в газете «Мегаполис» от 12 и 19 августа 2004 года. Вердикт академика был следующим: налицо дискриминация государственного языка на государственном уровне. Так восприняло языковую ориентацию депутатов и большинство казахов.
Салык Зиманов так оценил положение казахского языка: «Казахский язык, признанный наиболее богатым в лингвистических измерениях среди тюркских языков, объявленный государственным языком на родине и в рамках государственности казахов, оказался перед новыми испытаниями в условиях инноваций, капиталистической модернизации и процессов глобализации. Как бы ни было горестно, приходится признавать тот очевидный факт, свидетельствующий о том, что казахский язык в этих условиях стремительно приходит в упадок и теряет свое значение как средство связи, выражения мысли и общения».
Автор имел основания для таких выводов. Дело в том, что во многих полиэтнических государствах, как правило, дискриминация в языковом вопросе исходила от государствообразующей, доминирующей нации, которая подвергла ущемлению языки диаспор, в то время как в Казахстане дискриминируемой, пожалуй, и сегодня, оказался язык коренного, как говорят, титульного этноса. В этом и причина этнополитических коллизий в Парламенте. Процесс суверенизации для большинства казахов стал источником роста этнического самознания и языкового патриотизма. Но нетитульные этнические группы и часть самих казахов тяготели к русскому языку, который при всем уважении к нему, юридически является государственным языком другого государства. Русский язык выполнял и выполняет двоякую функцию: с одной стороны, приобщал казахов к мировой культуре, с другой – как бы оттеснял их от родного языка и культуры. Эффективность казахского языка, как государственного, должны были показать прежде всего депутаты-казахи, как носители языка. Голосование депутатов в Парламенте по поводу обязательности овладения депутатами-казахами казахского языка показало разнонаправленную ориентацию, причем доминирующей ориентацией являлось равнодушие к казахскому языку, что вело к его вытеснению из общественной жизни в частную. Это и позволило академику говорить о «похоронах казахского языка».
Можно выделить четыре позиции среди казахов по отношению и казахскому языку. Сторонники интеграции знание казахского языка сочетают со знанием русского и других языков, но они в меньшинстве. Нигилисты, не отказываясь публично от национального языка, все же не верят в его будущее и сознательно ориентируются на русский язык. Маргиналы, отказывая от родного языка, не принимают другой язык и культуру, им трудно определить свою этничность. Сторонники сепарации сохраняют свою культурную и языковую идентичность и отказываются принять язык и культуру других этнических сообществ.
Салык Зиманов вспоминал, что его «друг и коллега, академик-естествоиспытатель, прочитав его названную статью, сказал мне: «Согласен и не согласен с Вами. Согласен в том, что рамки применения казахского языка сужаются. Правда, стали больше говорить на нем на юбилеях и похоронах, на житейских распросах при встречах лиц старшего поколения, чего не было при советах. Однако в моей семье я – единственный казах, дети взрослые, внуки на улице, между собой, в семье, на работе говорят сплошь и рядом на русском, хотя один из них окончил казахскую школу. Даже супруга, хорошо знавшая родной язык и неважно – русский, с детьми теперь стала объясняться на ломаном русском языке. Не согласен с тем, что Вы хотите, чтобы население республики, или его большинство, как это в России, Узбекистане, на Украине, говорило и на работе на казахском языке, а это теперь почти невозможно». На мой вопрос: а нельзя ли невозможное сделать возможным? Он ответил уклончиво: «Я уже стал мыслить по-русски». Я не скажу, ученый друг выражает мнение многих, но в его высказывании есть большая доля правды».
Свою статью в газете «Мегаполис» Салык Зиманов закончил следующими словами: «Мы сегодня находимся на развилке истории, где решается судьбоносный вопрос: быть или не быть казахскому языку?».
Основная гражданская ответственность интеллектуалов заключается в том, чтобы говорить правду власть имущим. Идеи и побуждения Салыка Зимановича соответствовали ценностям и принципам, принимаемым им. Его адресатами были люди, стоящие у власти, но он не представлял какую-либо социальную группу, партию, кроме собственной гражданской позиции, собственных ценностей и принципов.
Читатели помнят, что осенью 2009 года в стране развернулась острая дискуссия вокруг проекта «Доктрины национального единства». Конечно, никто не против гражданского единства, согласия в казахстанском обществе. Но дискуссия возникла вокруг вопроса о том, на каких политических, идеологических принципах должна базироваться национальная политика в Казахстане, чтобы укрепить в обществе единство? Известно, что в практике полиэтнических стран имеет место сепарационная модель национального строительства, в которой доминирует этническая самоидентификация. Вторую модель можно назвать глобалистской, выступающей за западничество, американизацию. Демократическая модель строится на понимании значимости как национально-культурной, так и гражданской идентичности. Ассимиляционная модель выступала за доминирование только гражданской идентичности, умаляя этнические факторы.
Это, по существу, советская модель, и она была предложена «Доктриной национального единства». Представители казахской интеллигенции были встревожены тем, что на самом деле речь идет не об единстве, а о том, что страна должна быть одной нацией, казахстанской нацией. Причем авторы документа не оговаривали о том, что речь идет о нации в политическом смысле, а не в этническом. Это напомнило попытку слияния наций и национальностей в советский период. Ествественно, интеллигенция ставила вопрос к об усилении роли казахского языка. Открытое письмо большой группы интеллегенции, адресованное Президенту РК, было опубликовано в газете «Қазақ» 13 ноября 2010 года и проект «Концепции национальной политики Республики Казахстан до 2015 года», подготовленный ею же в газете («Жас Алаш», 21 января, 2010). Как ответ, 28 ян­варя, в газете «Экспресс К» было опубликовано интервью Е. Ертысбаева, советника Президента: «Кто вбивает клин между нациями Казахстана?».
Салык Зиманов не подписался под «Открытым письмом». Как он писал: «Я по образу самостоятелен и подписываю обращения свои один или тогда, когда я являюсь инициаторам или одним из его инициаторов». 5 марта 2010 г. в общенациональной газете «Қазақ», когда еще по проекту «Доктрины» дискуссии продолжались, появилась его статья «Ертысбаев снова бряцает пугалом». Академик отмечал: «Меня потрясло интервью с явным намерением приписать национализм, взятый из арсенала мрачных времен нашей недавной истории».
В коммунистические времена национальные ценности всегда отождествлялись с агрессивными и националистическими устремлениями.
Национальные идеи, потребности – явления объективные и прогрессивные. Однако отделение здоровых национальных интересов от ущербных, игнорирующих национальное достоинство других этносов, относится к числу труднейших проблем, границы его очень тонкие, требуется максимальная осторожность, терпение, деликатность, которых не хватает иным горячим сторонникам ультраинтернационализма и сегодня.
Государственные служащие нашей молодой республики, бывшие коммунисты, партийные и советские работники, преподаватели общественных дисциплин не всегда критически переосмысливали происходящие в обществе социально-политические преобразования. Они с порога объявляли реакционным, националистическим любое упоминание о национальном языке, национальных интересах. Академик дал понять, что речь здесь не о политической позиции только отдельного автора статьи, а о позиции власти. Обвинения представителей интеллигенции в популизме, оценка их позиции как «стремление отделить казахов от всех других народов» и тем самым внушить читателям страх, что все это «может потенциально разрушить стабильность, межнациональной мир и согласие», «вбивает клин между нациями республики», подводят читателей к выводу о распространении пресловутого национализма в Казахстане. «Вот и дошли, – писал Салык Зиманов, – неужели обвинительная история повторяется вновь? Нет, этого не должно быть. Такие годы мрачной реакции были в недавнем прошлом в моей памяти. Их надо знать, чтобы не стать снова на путь оскорбления достоинства народа и нации. История – уроки учения о жизни и о том, как надо и не надо строить эту жизнь. Как говорили казахские мудрецы: «Өткенді білмесең, өтер күнге аяқ баса алмайсың» (Если не ведаешь то, что было в прошлом, то не шагнешь в будущее).
Академик напомнил, что было и что происходило в недавнем прошлом: обвинения в начале 50-х годов ХХ века ряда выдающихся казахских ученых в национализме; обвинения в национализме казахов после декабрьских выступлений молодежи в г. Алма-Ате 1986 года; клеветнические обвинения казахов в национализме в связи с принятием Конституционного закона «О государственной независимости Казахской ССР» от 16 декабря 1991 года, оскорбительные заявления о неразвитости и отсталости казахского языка. Слово «казахский» вызывало у некоторых аллергию, и они говорили о возможности переименовать «Казахский университет» в «Казахстанский». Более того, было внесено предложение перенести памятник Абая Кунанбаева в столице в другое место, ибо там достоин быть памятник В. Ленину. Все это было проявлением на казахстанской почве официальной идеологии о том, что национальной вопрос при социализме решен. На самом деле все это было проявлением великодержавной политики ЦК КПСС и советского государства.
Подытожив свою систему аргументов, академик отметил: «Язык – базовый элемент нации и основной ее признак. Ослабление и затухание языка независимо от их причин и обстоятельств ведет к ослаблению и затуханию нации. Так было, и такова общая закономерность». Язык государствообразующей нации обладает созидательным импульсом и особо почитаем. Салык Зиманов в качестве примера привел такой случай. Президент Франции Жак Ширак покинул зал заседания одного важного европейского форума только из-за того, что представитель Франции произносил свою речь на английском языке.
Положительно оценив инициативу лично Президента Н. А. Назарбаева по повышению роли казахского языка, он тем не менее отметил инертность и безразличие законодательной и исполнительной власти к государственному языку. Он предложил обеспечить синхронный перевод заседаний Правительства, других центральных органов управления на казахский язык; организовать курсы подготовки по казахскому языку для студентов, зачисленных по программе «Болашак».
В апреле 2010 года была создана комиссия на паритетных началах для обсуждения и поиска приемлемых решений по проблемам, связанным с проектом «Доктрины национального единства», членом которой был и автор этих строк. Многие положения «Доктрины», недооценивающие национально-этнические факторы, были устранены. В этом огромная заслуга и Салыка Зиманова.
В политике он был верен своей интеллектуальной позиции и последователен. Хотя он вскрывал односторонность, внутреннюю противоречивость своих оппонентов, он был терпелив, ему была присуща культура диалога. Самое главное – он был требователен к себе, был самокритичен, что характеризовало его как честного интеллектуала.
В декабре 2009 года, помимо других вопросов национальной политики, обсуждался и вопрос о переименовании Республики Казахстан в Казахскую Республику. Это предложение было сходу отвергнуто советником Президента. Салык Зиманов дал юридическое толкование понятию «Республика Казахстан», он подчеркнул, что это – национально-территориальное понятие. И напомнил, что переименование Казахской ССР в Респуб­лику Казахстан произошло 10 декабря 1991 года. Значительная часть депутатов внесла предложение принять название «Казахская Республика». Оно было бы принято, но вмешался сам Салык Зиманов, ибо межнациональная ситуация была сложной. В то время, как писал он, понятие «казахская государственность» с трудом воспринималось депутатами. «Вспоминая теперь этот день, я порою каюсь, что внес такое предложение. Чтобы почувствовать разницу в наименованиях «Республика Казахстан» и «Казахская Республика», надо быть казахом». Он тонко понимал, что с названием страны связаны такие чувства, как национальная гордость, любовь к Родине и глубокие переживания.
Салык Зиманов – выдающийся ученый. Не могу сказать, что знал его очень близко, но где-то наши гражданские позиции совпадали. Мы встречались в стенах Парламента, когда принимался закон о науке, на научных форумах, конференциях, обменивались мнениями. Во время международной научно-практической конференции в Петропавловске 3 июня 2010 года я имел возможность с ним общаться близко, обсуждать интересующие нас общие вопросы. Поэтому в этом воспоминании я постарался дать мое представление о его взглядах на одну только проблему – национальную.
За годы независимости гражданская ответственность интеллигенции не раз подвергалась серьезным испытаниям. Но Салык Зиманов принадлежит к той категории ученых, которые ощущают свою гражданскую ответственность значительно шире, чем его коллеги. Он остро реагировал на проблемы, которые ставились самой жизнью. Он использовал свой разум для того, чтобы жизнь представителей многих этносов в нашей стране была мирной и благополучной для всех.

г. Актобе

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here