ГЕОПОЛИТИКА: Доминанта ИНТЕРЕСОВ

0
315

Канат БАКБЕРГЕН,
магистр политологии,
замдиректора по воспитательной работе
Кентауского политехнического колледжа

Географическое положение любого государства оказывает огромное влияние на ход развития данного субъекта истории. Современные тенденции в междунардной политике свидетельствуют о зависимости развития экономики от проводимой внешней политики государства. Независимому Казахстану за короткий период времени удалось добиться заметных успехов во внешней политике благодаря проводимой Главой государства многовекторной политике. 

Географическое положение любого государства оказывает огромное влияние на ход развития данного субъекта. Это утверждали еще древнегреческие философы. Так, «отец медицины» Гиппократ в своем труде «О воздухе, водах и местностях» выдвинул идею влияния географических условий и климата на особенности человеческого организма, свойство характера жителей и даже на общественный строй. Также и Аристотель, характеризуя географическое положение острова Крит, отмечал: «Остров Крит как бы предназначен природой к господству над Грецией. Географическое положение его прекрасно. Он соприкасается с морем, вокруг которого почти все греки имеют свои поселения, с одной стороны он находится на небольшом расстоянии от Пелопоннеса, с другой от Азии, именно от Триотийской местности и Родоса. Вот почему Минос утвердил свою власть над морем, а из островов одни подчинил своей власти, другие населил» [1].
Английский геополитик и политический деятель Джон Маккиндер придавал особую роль географическому положению государства. В своем учебнике «Географическая ось истории» он изложил геополитическую концепцию, согласно которой определяющим моментом во внешней и внутренней политике, судьбе народов и государств является географическое положение страны, и по мере развития цивилизации этот фактор не уменьшается, а становится более значительным.
Известный американский геополитик Збигнев Бжезинский в своем труде «Великая шахматная доска» (Господство Америки и его геостратегические императивы) также акцентировал внимание на географическом положении государств.
Прошло 28 лет, как мы обрели независимость. За этот небольшой промежуток времени нашим государством была выстроена система внешнеполитических отношений, налажены дипломатические контакты с субъектами международной политики.
Новый Казахстан активно участвует в важных международных мероприятиях, проявляет серьезные инициативы, такие как отказ от ядерного оружия, председательство в ОБСЕ, Организации Исламского сотрудничества, проведении съезда лидеров мировых религий и т. д. Почему же мы так активно участвуем в крупных международных событиях, проводя многовекторную внешнюю политику, и почему бы нам не минимизировать нашу внешнеполитическую деятельность? Ответ на этот вопрос необходимо искать в геополитической плоскости, в особенности физической, экономической и политической географии нашей страны.
Общая протяженность государственной границы Республики Казахстан, включая границу с Китайской Народной Республикой и морскую границу (без Аральского моря), составляет около 14000 километров [2]. Казахстан расположен в центре Евразии, гранича с такими государствами, как Китай, Россия и со странами Центрально-Азиатского региона. Закрыть на все замки свои пределы Казахстану никак не получится, нет ни экономических, ни людских ресурсов, и сохранять нейтралитет как Туркменистан тоже не получится. Выборочно минимизировать внешнеполитическую деятельность и участие в международных отношениях тоже неоправданно, так как это будет противоречить интересам наших соседей. Так, Китай в последние годы старается возродить «Экономический пояс Шелкового пути», для реализации которого учрежден инфраструктурный фонд в размере 40 млрд. долларов. По оценкам многих экономистов, с каждым годом будет увеличиваться объем внешней торговли Китая и ЕС, к 2020 году прогнозируется увеличение товарооборота до 1 трлн. долларов. Казахстан находится на перекрестке дорог, и, по мнению Главы нашего государства, он должен стать крупнейшим Евразийским транспортно-транзитным хабом. Выходит, если мы хотим, чтобы наше государство сохраняло свой суверенитет, то мы должны активно участвовать в международной игре и усиливать свою узнаваемость, привлекая инвестиции развитых государств, обеспечивая себе таким образом гарантию безопасности.

ГЕОПОЛИТИЧЕСКИЙ ЭКСКУРС

Перед тем как попытаться раскрыть геополитику Казахского ханства и других близлежащих государств, особенно Китая и России, хотелось бы отметить, что геополитическая стратегия тех времен основывалась во многих случаях на территориальном захвате, проводимом сильным государством. Если в средние века эта стратегия носила открытый характер, то ныне она завуалирована: государство, вмешиваясь во внутренние и внешние дела другого государства, прикрывается теми или иными благородными принципами. Это утверждает немецкий геополитик Ратцел в своей антропологической теории, обосновывая вывод: «Государство – это живой организм, который в силу своей естественной потребности и развития начинает нуждаться в жизненном пространстве».
Многие историки, политологи и философы, анализируя мотивы территориальных экспансий, пытаются оправдать это благими целями. Например, возьмем историю России, которая когда-то сама находилась под игом другого государства, а с усилением своей мощи начала территориальные захваты. Такое стремление российские и советские историки и политики прикрывали так называемыми благими целями, находили массу причин, по которым захват Россией жизненно важных для нее территорий, якобы носил характер добровольного присоединения. На самом деле Россия (как сильное, конкурентоспособное государство) стремилась увеличить свое «жизненное пространство». Наиболее честные ученые в свое время с критикой отнеслись к теории Ратцела. Если придерживаться сугубо личного мнения, то вышеизложенное утверждение геополитика имеет под собой достаточно веские основы. Становление Казахского ханства, к примеру, связано со стремлением казахских племен к объединению, созданию единого централизованного государства, которое смогло бы обеспечить необходимое жизненное пространство, а значит, создать благоприятные условия жизни. Казахии пришлось пережить и потери своих жизненных пространств, а также и приобретения необходимых ей территорий. Эти спады и взлеты были связаны с внутренним положением государства, то есть насколько оно было сильно и крепко, а также с некоторыми событиями на международной арене. По мере ослабления Казахское ханство лишалось своих территорий, по мере же усиления и укрепления оно не только возвращало свои территории, но и приобретало новые. Так, например, после смерти хана Касыма ослабевшее в межродовых противостояниях ханство лишилось огромных территорий и стояло на грани исчезновения, но с приходом талантливого дипломата и стратега хана Хакназара положение начало заметно улучшаться. Хакназаром была присоединена к Казахии Ногайская Орда. Данное событие связано с ослаблением последней, с усилением в ней борьбы феодальных группировок за власть. Хакназар привлек многих ногайских мурз на свою сторону и присоединил территорию по левой стороне Яика. Как сообщил в 1557 году Ивану IV ногайский мурза Исмаил: «Племянники же мои от нас отстали, ныне за Яиком, прибились к казацкому царю». Лишившееся части своих территорий в Семиречье Могульское ханство решило возвратить утраченные территории. Его натиску противостоял, как свидетельствуют исторические источники, созданный Хакназаром казахско-кыргызский политический и военный союз. Так как в одиночку усиливавшемуся Могульскому ханству кыргызский и казахский народы не смогли бы противостоять. Здесь следует учитывать схожесть исторических корней союзников, а также обычаев, традиций, быта и языка. Также следует отметить, что к этому времени положение казахских владений осложнялось участившимися грабительскими набегами ойратских предводителей, которые старались вытеснить казахов с Семиречья.
На северных границах сибирский хан Кучум дипломатическими мерами старался ослабить позиции Казахского ханства в этом регионе. Им была сделана попытка восcтановления тесных контактов со среднеазиатскими государствами и ногайским мурзами, считавшимися подданными Казахского государства. Все это заставило хана Хакназара кардинально изменить свою геополитику по отношению к новому противнику Казахского государства на юге шайбанидам Мавераннахра. С одним из них, ханом Абдалахом II, Хакназар заключил клятвенный договор. Этот дипломатический шаг прекратил на время военные столкновения на юге, что усилило позиции Казахского государства. Заметно укрепив и стабилизировав положение своего государства, Хакназар хан стал на путь военного захвата ногайских земель. Этот факт говорит об усилении Казахского ханства, которое начало борьбу за расширение своего жизненного пространства на Западе. Следующими объектами геополитики казахского хана стали присырдарьинские города, где он искусно использовал борьбу хана Абдаллаха с удельным правителем Ташкента, вознамерившимся отделиться от Бухарского ханства. При этом была использована тактика лавирования между противниками. Помогая то одной, то другой стороне, Хакназар хан не только ослаблял позиции обоих государств, но и требовал у них за помощь определенные территории [3].

ХVIII век. Внешняя политика Абылай хана

Рассматривая геополитику Абылая, а также России и Китая, следует особо отметить, что вековечные соседи стремились увеличить свое влияние в Казахской степи, где и пересекались их дороги. Китай после захвата Джунгарии устремил свои взоры на земли степняков, желая видеть их под своим протекторатом или, в крайнем случае, в виде союзников для борьбы с Россией.
Россия же, уже к тому времени имевшая тесные отношения с Казахским ханством, видела в нем часть своих территорий, а также союзника.
Абылай, достаточно расчетливо используя противоречивые интересы обеих империй, успешно добивался от них уступок, сохраняя при этом суверенитет. Географическое положение Казахского государства сыграло свою роль в этом отрезке истории. С одной стороны, соседство с Россией и Китаем вызывало серьезную опасность для его независимости. С другой стороны, используя противоречия обеих империй, можно было добиваться значительных уступок.
Укрепляя взаимоотношения с Китаем, Абылай использовал это обстоятельство для ослабления давления с российской стороны, более того, этим усилил свое положение, Россия была вынуждена пойти ему на уступки. Абылай также стремился вернуть исконно казахские земли, захваченные джунгарами, добавив к ним пустующие их собственные земли. Здесь надо отметить, что в начале установления и укрепления взаимоотношений Казахского государства с Китаем со стороны Цинского двора Абылаю было предложено перекочевать с подвластными ему родами на пустующие земли Джунгарии. Эта уступка была предложена Китаем, по-видимому, для установления с Казахским государством более тесных отношений, а также для разрыва отношений степняков с Россией. Это подтверждают историки Сулейменов и Моисеев в своей книге «Из истории Казахстана ХVIII века»: «Территориальный вопрос с этого времени стал едва ли не самым главным в отношении Абылая и других казахских правителей с цинскими властями. Так, в 1761 году послы Среднего жуза в Пекине султан Юлбарыс и старшина Давлеткерей вновь просили оставшую от калмык впусте лежащую землицу, дабы их киргизский народ кочеванию или жительству допустил, ибо прежде он, бокдоксон, сам ту калмытскую землицу отдать киргизцам обещевал» [4].
Казахским послам вновь было отказано. Однако, несмотря на решительный отказ Цинского двора, казахские роды начали занимать пустующие джунгарские земли. Это вызвало со стороны Цинского двора ответную реакцию, которая выразилась в грабеже и разорении казахских аулов. Иногда такие стычки перерастали в настоящие сражения. Но в итоге дряхлеющая Цинская империя вынуждена была пойти на уступки. Характеризуя взаимоотношения двух государств в этом контексте, Моисеев и Сулейменов писали: «После длительных переговоров цинское правительство вынуждено было пойти на уступки. В 1767 году казахам было разрешено зимовать в Тарбагатае и других местах Восточного и Юго-Восточного Казахстана, но при условии выплаты податей с каждой сотни голов скота одну или же в соответствии с обстановкой» [5].
Это позже привело к широкому проникновению казахов в пределы Цинской империи, район монгольского Алтая, Илийский край. Такое же давление было оказано со стороны Абылая на Россию для расширения своих пастбищ на север, где имелись прекрасные пастбища. На этот раз Абылай угрожал тем, что если Россия откажет в перекочевке на пастбища, которые находились на российской стороне, то он вместе с подвластными племенами перекочует к близлежащим Китаю территориям. Характеризуя взаимоотношения Абылая с местной царской администрацией, Сулейменов и Моисеев пишут: «Вопрос о пастбищах занимал важное место не только в сношениях Абылая с цинскими властями, но и с российской пограничной администрацией. Причем именно в этом вопросе наиболее отчетливо проявилась тактика Абылая. Он запугивал партнеров по переговорам сближением с противной стороной. В этом плане весьма показательно письмо, отправленное им осенью 1763 года сибирским властям. В нем он обратился к пограничному сибирскому начальству с просьбой разрешить перегонять скот на внутреннюю сторону Сибирских военных линий, так как в его кочевьях степь выгорела. При этом он подчеркивал, что киргиз-кайсаки просят о том, не желая от границ здешних отлучаться, хотя в китайской стороне непогорелых степей еще довольно есть. Но ежели, однако, пропуск табунов их внутрь линий не позволится, принуждены уже будут отогнать оныя и к китайской стороне, да и сами вдаль откочевать. Царские власти под неуклюжим предлогом будто бы в Сибири травы тоже выгорели, отказали Абылаю в пропуске скота, но, однако, разрешили это сделать его подвластному старшине Кульсары» [6].
Российская сторона не осталась бе­зу­­частной к тем событиям, которые происходили на ее глазах в виде укреп­ления взаимоотношений между Абылаем и Цинским двором, где последний обещал отдать ему пустующие земли Джунгарии, а также выгодное торговое сотрудничество, старался разорвать отношения между Россией и Казахским государством. В связи с дипломатическими интригами Китая российская сторона предприняла несколько решительных шагов по укреплению взаимоотношений с Казахским государством.
Во-первых, Оренбургская администрация вынашивала план возведения Абылая в ханы Среднего жуза. Царские чиновники полагали, что подняв таким образом свой ханский статус, султан, обязанный этим исключительно России, будет ориентироваться только на ее поддержку.
Во-вторых, коллегия иностранных дел России приказала Оренбургской администрации делать все возможное, чтобы удерживать степняков в своих пределах. Также указом предписывалось поддерживать с Абылаем нормальные отношения.
Из вышеприведенных примеров видно, какую позицию занял Абылай по отношению к двум империям. Его позиция была единственно верной в то время с учетом географического положения.
Одним из ярких примеров таланта Абылая как государственного деятеля и дипломата стала его деятельность в создании антицинского союза мусульманских государств Центральной Азии. В данный союз вошли не только среднеазиатские государства, которым угрожала непосредственная опасность со стороны Китая, но и Афганистан, при основателе Дуранийской державы шаха Ахмада. Инициатор и организатор данного союза – Абылай, которому удалось, не прерывая отношений и не прекращая торговлю с цинами, создать этот союз. Он появился в 1758 году, когда Цинская империя потребовала от Абылая посылки войск для взятия Самарканда, Бухары, Ташкента. Абылай хан не только категорически отказался выполнить это, но и предупредил Цинский двор, что если он не отложит свое намерение, то казахи будут противодействовать этому в союзе с Россией и среднеазиатскими государствами. Из данного заявления Абылая выходило, что нападение цинских войск на Среднюю Азию казахи расценили бы как нападение на казахские кочевья со всеми вытекающими отсюда последствиями. Когда спустя несколько лет цины вновь подняли вопрос о содействии в военных кампаниях в Средней Азии, казахи не только отказали им в этом, но и направили посольство к среднеазиатским правителям с такими требованиями: «Будут ли оные туркестанцы и самаркандцы против того китайского войска с ними, киргизцами, вообще воевать» [7].
Основатель Дуранийской державы шах Ахмад, получив послание казахского правителя, решил направить посольство в Пекин и одновременно приступить к подготовке похода в Китай. С этой целью ко всем правителям Средней Азии и Казахстана он разослал письма с призывом готовиться к борьбе с неверными, отправил под Ташкент часть своих войск. В связи с приготовлениями шаха Ахмада к войне с Цинской империей, перед казахскими правителями стал вопрос, какую занять позицию в надвигающихся событиях. Позицию Абылая в этом вопросе можно узнать по заявлению близкого ему человека, султана Уруса. Он сообщил русским чиновникам, что если между Империей дурани и Китаем начнется война, то казахи вступят в войну, как союзники шаха Ахмада.
Попытка создания Абылаем антицинского союза, хотя и не увенчалась полным успехом, однако оказала соответствующее воздействие на политику цинского правительства. Данный эпизод истории показывает нам, что благодаря политике хана Абылая Казахии и среднеазиатским государствам удалось предупредить колониальную политику Цинской империи.

г. КЕНТАУ

ЛИТЕРАТУРА

1. Геополитика. Краткий курс. СПб: Питер. 2006. Сирота Н. М. Геополитика. Краткий курс. СПб, 2006, с. 20. Тихонравов Ю. В. Геополитика. М.: «Интел-синтез», 1992.
2. «Казахстан». Материалы из Википедии.
3–7.Сулейменов Р. Б., Моисеев В. А. Из истории Казахстана XVIII века (о внешней и внутренней политике Абылая). Алма-Ата: «Наука», 1988.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ