• Экономика
  • 22 Октября, 2020

ЕВРАЗИЙСКИЙ ЭКОНОМИЧЕСКИЙ СОЮЗ: ВОЗМОЖНОСТИ И ОГРАНИЧЕНИЯ

Аманжол КОШАНОВ,
академик НАН РК,
лауреат Государственной премии РК
им. аль-Фараби

В последние два года члены ЕАЭС столкнулись с серией внешних вызовов. Основные риски были связаны с замедлением глобального экономического роста, нарастанием протекционизма в мировой торговле и повышенной волатильностью на развивающихся рынках. Конъюнктура на мировых товарных рынках отличалась высокой изменчивостью. На фоне турбулентности цен динамика обменных курсов национальных валют государств-членов ЕАЭС была нестабильной.

В то же время экономика этих стран проявила достаточную устойчивость к внешним негативным процессам. В частности, поддержку экономическому росту Казахстана оказали увеличение добычи нефти и благоприятные условия конъюнктуры на мировом рынке энергоресурсов. Продолжилась работа по формированию общих рынков газа, нефти, неф­тепродуктов, лекарственных средств, а также общего финансового рынка. В 2018 году ведущими странами экспорта из ЕАЭС в третьи страны увеличилась поставка продукции топливно-энергетического комплекса, черной и цветной металлургии, а также пшеницы и удобрения. Но среди товаров, которые имеют конкурентное преимущество на мировом рынке, почти отсутствуют сложные технические системы и изделия.

Неотложно создание конкурентоспособных технологически сложных товаров путем объединения усилий всех государств-членов ЕАЭС в рамках кооперационного сотрудничества и совместных разработок. Проблема заключается в необходимости обоснования интеграции реального сектора экономики. Например, ЕС начинался с создания Европейского объединения угля и стали и Евратома с участием двух, затем и трех развитых стран. В Евразийском союзе пока нет предпосылок для реальной интеграции производств государств-участников, ибо не решены проблемы выравнивания уровней развития их экономик. Национальные экономики не сравнимы по уровню технологического развития, не кооперируемы и не взаимодополняемы, а потому и не интегрируемы. К тому же национальные экономики каждого из членов ЕАЭС – на стадии формирования и функционируют на базе разрозненных стратегических программ, например, «Казахстан-2030», «2050». Аналогичны программы и по РФ, только разнятся сроками их реализации.

В той же мере и различны географическая дифференциация производственных связей, выходящая за пределы региональной интеграции. В пределах ЕАЭС нет интегрированных производственных систем – основ будущих национальных и транснациональных корпораций, обеспечивающих внутренние потребности и экспортные возможности стран ЕАЭС.

Возникает необходимость критичес­кого переосмысления и поэтапного формирования производственной и экономической модели интеграции экономик стран-членов ЕАЭС. При этом в условиях сугубо экономической интеграции стран ЕАЭС в факторах создания конкретных преимуществ каждой национальной экономики необходимо разработать меры обеспечения приоритета национальных интересов с учетом экономической безопасности. Конечной целью должна быть разработка стратегии повышения конкурентоспособности ЕАЭС в глобальной экономике и ее поэтапная реализация.

 В целях усиления производственных взаимосвязей предприятий, отраслей промышленности, их промышленного сотрудничества настоятельно необходимо первоначально на уровне национальных экономик разработать кластерную систему предприятий. Это основа технологичности, комплексного характера развития производственных систем с ориентацией на выход конечной готовой продукции с высокой добавленной стоимостью. В последующем кластерный подход укрепит основу интеграционных производственных взаимосвязей предприятий Евразийского союза, определив формирование межрегиональных производственно-технологической цепочки. Так реально формируются интеграционно-хозяйственные связи и свобода движения факторов производства на общем рынке с естественным формированием ТНК на интеграционно региональном уровне. Речь идет о последовательном формировании основ корпоративного сектора экономики, представленных в совокупности крупными национальными, а в перспективе и транснациональными корпорациями.

Создание крупных национальных корпоративных структур, пофазно формируемых на базе вертикально и горизонтально интегрируемых производственных взаимосвязей, в перспективе должно предстать основным фактором развития экономики Казахстана. Как показывает мировая практика, формируются они на базе акционерно-частной, государственно-частной собственности. Корпорации – наиболее организованная форма предпринимательства, соответствующая стратегическому развитию страны на базе крупных производственных комплексов, накопленного капитала и привлечения прямых иностранных инвестиций (ПИИ).

Корпорации обладают высокой экономической устойчивостью, менее подвержены кризисным явлением. Система надежного функционирования капитала снижает экономические и социальные риски. Корпоративная акционерная форма организации производства, обладая экономической устойчивостью, обеспечивает конечную народно-хозяйственную эффективность экономики. При корпоративной организации производства создаются новые, более эффективные формы использования основных классических факторов производства – труда, капитала, природных ресурсов. Совершенно новым феноменом ускорения экономического и социального прогресса общества предстают наука и инновации.

Построение корпоративной экономики для Казахстана имеет исключительное значение. Это новое направление ее социально-экономического развития, требующее анализа, разработки системы стратегических мер и их ускоренной реализации. Проблема потребует позитивной эволюции отношений собственности и увеличения казахстанского содержания в активах крупных корпораций и предприятий смешанной форм собственности.

По ЕАЭС идет подготовка проекта Стратегических направлений развития Евразийской экономической интеграции до 2025 года, совершенствования механизмов применения специальных защитных, антидемпинговых и компенсационных мер по развитию электронной торговли, ускоренной интеграции национальных информационных сис­тем. Позитивное изменение отношений собственности и последовательное формирование институциональных основ новой модели экономического роста должны способствовать реальному формированию интеграционно-хозяйственных комплексов межрегионального уровня стран-членов ЕАЭС.

Реализация преимуществ единого рынка на общей таможенной территории в рамках ЕАЭС не может происходить успешно, если не анализировать вызревающие сегодня некоторые сложные спорные вопросы и не искать пути их решения. Важно, насколько четко политические дивиденды такого объединения или выгоды перевозки (транзит) важных ресурсов за пределы и внутри ЕАЭС сочетаются с интересами комплексного развития экономики рес­публики, построения вертикально-интегрированных холдингов с получением конечной продукции как базовых сфер национальной экономической системы.

В Евразийском союзе Казахстан пока не занимает лидирующего положения. Страна в значительной мере зависима от импорта промышленных и потребительских товаров. Надежда и целевая установка республики – ставка на мобилизацию внутренних резервов, использование либерализованного внешнего рынка, более низкого уровня налогооб­ложения. Это важно в конкурентной борьбе и адаптации к новым условиям ВТО.

Казахстан на сегодня глубоко интегрирован в мировую экономику, торгует со 184 странами. Один из крупнейших экспортеров сырьевых ресурсов – нефти и газа, металлов, урана. Экспортная квота (более 76%), корреляция курса тенге (20%) – все эти меры фактическая поддержка экспорто­ориентированных секторов национальной экономики. При этом главный выигрыш получают экспортеры1.

Опыт ЕС (Европейского Союза) подтверждает, что члены объединения последовательно подключаются к экономической интеграции, доведя свои отрасли и сферы до уровня международной конкурентоспособности. В этом плане готовы только добывающие производства. Экономика Казахстана на начальной стадии диверсификации. Рес­публика еще не готова к реальным процессам международной экономической интеграции в европейском понимании. Конкурентоспособны недиверсифицированные добывающие отрасли, которые и так имеют свободный доступ на мировые рынки углеводородного сырья и металлов. Решение проблемы диверсификации для Казахстана пока весьма сложно, ибо каждая из стран имеет свою стратегию, например, «Россия-2030», «Казахстан-2050», направленных на диверсификацию со сходной конечной целью. Потому отрасли и сферы каждой из стран-членов союза преследуют свои цели, с самого начала находятся в острой конкурентной борьбе. Сферы кооперации, комбинирования в межрегиональном, отраслевом аспектах решают свои задачи, выбирают ограничительные меры по отношению к другим государствам (высокие тарифы) и более низкие тарифы для сбыта своей продукции на внутреннем рынке. В реальности такая политика объективно отражает направления внутриблоковой конкуренции по продвижению российских и белорусских товаров и торможение идентичной продукции Казахстана.

Предстоит внимательно изучить методы, механизмы институциональную направленность внутриблоковой конкуренции в ЕАЭС в целях преодоления «верховенства прав сильного», характерного для западной интеграции с «максимизацией индивидуальных результатов». Интеграция Евразийского экономического союза должна строиться на принципах взаимодействия и взаимных гарантий, равноправия и сотрудничества как условия сотрудничества на внутренних рынках. Недопустимо ущемление интересов стран-участниц, что вызовет противодействие со стороны национальных правительств.

Абсолютное превалирование в ЕАЭС экономического потенциала России обусловило то, что 92% ставок ее импортных пошлин легли в основу норм ТС. Их более высокий уровень приводит к росту инфляции и внутренних цен. Экономика республики сохраняет пока выраженный сырьевой характер: 80% экспорта РК приходится на добывающий сектор, туда же привлекается 80% инвестиций2. Для сбыта своих товаров Россия использует т. н. ограничительные (более низкие) пошлины, что равнозначно экспансии (демпингу) российских товаров в Казахстан в ущерб организации производства идентичной продукции в самой республике.

Для новых предприятий Казахстана, вводимых по программе ФИИР РК, особенно инновационных, а также продукции обрабатывающих сфер встает воп­рос о рынке сбыта. Это сдерживающий фактор диверсификации национальной экономики. Возникает проблема конкуренции на внешнем рынке аналогичной продукции. Для готовой продукции России рынок Казахстана выгоден по спросу и цене и безальтернативен, что в конечном счете сдерживает расширение производства готовой продукции и, соответственно, потребление товаров в Казахстане. Решающее и определяющее значение для равноправных экономических отношений имеет масштаб национальных экономик, их структура, различия в логистике и инфраструктуре.

Политические аспекты интеграции, институциональное, таможенное, техническое регулирование опережают бизнес-процессы, спрос на промышленные товары, машины, оборудование в значительной мере решается за счет поставок из России и Китая. Радикальных изменений в структуре, технологическом уровне экономики Казахстана пока не происходит.

Процесс интеграции в ЕАЭС все еще находится в начальной стадии. Формирование интеграционного процесса пока характеризуется нестыковками по ряду важных позиций, требующих эволюционного решения. Так, объективно вопросы создания общего рынка нефти и нефтепродуктов, электроэнергетики отложены до 2025 г. То же самое относится к тарифам перевозок на железнодорожном транспорте. Высокие тарифы выгодны России, а перевозки товаров на большие расстояния не субсидируются. Пока не решена проблема равного доступа к трубопроводам и равных тарифов за прокачку энергоресурсов, в том числе из Казахстана. Эти важные инфраструктурные вопросы, имеющие прямой выход на функционирование указанных сфер в экономике членов ЕАЭС, должны напрямую определять эффективность и равную выгоду нового интеграционного объединения.

Требует серьезного внимания сложившееся неравноправное институциональное распределение таможенных пошлин: 88% – РФ, 7,5% – РК и 3,5% – РБ. В той же мере несправедливо распределение голосов интеграционного союза: 75% – РФ, по 12,5% – у РК и РБ. При таком раскладе консенсус по любому вопросу не достижим. Абсолютный перевес априори остается за РФ, которая и так доминирует по экономическому, инфраструктурному, кадровому потенциалу. Как это принято в межгосударственных объединениях, например по ЕС, должно быть по голосу у каждой стороны с абсолютным консенсусом (равенстве) при решении всех кардинальных вопросов организации, совершенствования деятельности ЕАЭС.

Что же касается расширения ЕЭС за счет новых членов, то проблема осложняется не только из-за «разноскоростной» интеграции новых членов в соответствии с особенностями и предпосылками каждого из участников. Не менее сложная проблема согласование и стыковка разнонаправленных целей его потенциальных членов. Развитые страны рассматривают интеграцию как устранение барьеров в торговле и в перемещении факторов производства. Положение радикально меняется с вступлением России в члены ВТО. Либерализация внешней торговли и снятие завышенных импортных пошлин неизбежны. Нынешние барьеры на импорт из-за пределов ЕАЭС уже изъяты. Но при этом таможенные тарифы РФ определяют нормативы Казахстана. Здесь явный механический перенос зависимого положения Казахстана по Таможенному Союзу, когда оно на 92% определяется нормативами РФ. Обязательства РФ по ВТО априори механически становятся частью обязательства Казахстана, регулируемых теперь положениями ВТО. Такое положение ограничивает возможности маневра нашей страны в рамках ВТО. Принуждение РК следовать в фарватере РФ ущемляет государственный суверенитет Казахстана в рамках ВТО. Таможенные тарифы по нашей стране в зависимости от значимости, специализации тех или иных сфер должны решаться в ее интересах.

Мировая экономика на этапе смены прежнего технического базиса активно решает вопросы перехода на новый технологический уклад, переживает так называемый «шторм нововведений». Расходы на освоение нововведений, как и масштабы их применения по развитым странам, растут ежегодно на 35%. По оценкам, перестройка экономики передовых индустриальных стран мира на основе нового технологического уклада продлится еще 3-5 лет. В антикризисных решениях и программах приоритет науки и нововведений бесспорен. Расходы на науку по развитым странам, как правило, на уровне 3% ВВП. При уровне этого показателя по Казахстану в 0,13% есть серьезная опасность консервации отставания.

Суть проблемы не в валовом увеличении расходов на науку, а в управлении этим процессом. Научно-инновационная деятельность пронизывает все сферы народного хозяйства. Необходимо создать специальный орган, координирующий научную и инновационную политику во всех структурах исполнительной власти. Этот орган отвечал бы за проведение государственной инновационной и научно-технической политики. Его задача: формирование условий и предпосылок усиления научно-производственного и интеллектуального потенциала, включая информационную инфраструктуру, доступ к современным знаниям и техническим достижениям, система оценок и выбора приоритетных направлений научно-технического прогресса. Все это необходимо в целях определения перспективных, приоритетных направлений развития науки и инноваций с максимально эффективным использованием имеющихся средств.

Нерешенная проблема – чрезвычайно высокий уровень технологической неоднородности национальной экономики, что сдерживает структурно-технологическую модернизацию и определяет низкую эффективность инвестиций. Качественная неоднородность экономики препятствует рыночному переливу капитала. Структурно-технологическая модернизация экономки не может ограничиться только установкой на создание новых «прогрессивных» секторов. Такая ориентация больше увеличит качественную неоднородность экономики, снизит общеэкономический эффект проводимой политики. Курс на восстановление отраслей специализации национальной экономики и развитие новых инновационных отраслей и сфер – это закономерность и объективный путь эволюционного совершенствования технологической и отраслевой структуры экономики страны. В условиях сырьевидной экономики с учетом ее положения в международном разделении труда значительная часть промышленности, в том числе и высокотехнологичной, в обозримой перспективе продолжит работать на обеспечение потребностей и переработки природного сырья. Государственно-частное партнерство, особенно на этапе коммерциализации передовых технологий, будет стимулировать наукоемкий тип смежных отраслей.

Требует специального внимания и решения научных и исполнительных органов вопрос о целесообразности передачи принадлежащих государству ресурсов в управление особой государственной компании, функционирующей в коммерческом режиме. Природная рента, сопутствующая собственности на недра, является одним из факторных доходов, формирование которых в обычных условиях осуществляется рынком. Уход от универсальной налоговой формы учета дохода в форму селективного, рентного механизма позволило бы на основе применения конкурентных процедур точнее учитывать специфические характеристики отдельных недр. Спе­циальная компания оперировала бы активами, которые государство готово предоставлять частному сектору на основе аренды. Там, где крупным акционером является государство, исполнительная власть вправе осуществлять функции собственника. Для предприятий, имеющих стратегическое значение, управление со стороны государства оправдано. Здесь регулятор выполняет одновременно функции собственника.

Текущий технологический уровень стран ЕАЭС не позволяет рассматривать сотрудничество с ними в качестве базы для инновационной модернизации экономик стран-членов, в том числе и Казахстана. Лаг по времени достижения уровня развитых стран реально значителен. Поэтому увеличение доли технологичной продукции, трансфер новой техники возможны в решающей мере за счет третьих стран. Роль государственной инициативы и выход на технологические рынки развитых государств имеют на среднесрочный период важное стратегическое значение. В этом ключ не только удовлетворения насущных нужд внутреннего рынка, но и ведущее звено повышения конкурентоспособности экономики Казахстана. В этом аспекте торгово-экономическое сотрудничество с высокотехнологичным рынком ЕС (Европейского Союза) имеет определяющее значение в аспекте структурной перестройки экономики, последовательного углубления производственно-технологической интеграции с индустриально развитыми государствами.

В стратегии «Казахстан-2050» впервые формулируется Концепция нового содержания социальных нормативов качества жизни населения с учетом практики индустриально развитых, социально ориентированных государств. Проблема заключается в разработке научно обоснованных гарантированных государством ключевых параметров и индикаторов качества жизни, включая уровень заработной платы, пенсий, пособий, объем гарантированных медицинских услуг, механизм формирования минимальной и рациональной потребительской корзины на одного казахстанца. При соответствующем повышении минимальной заработной платы, базовых пенсий, всех социальных пособий и выплат такая мера явится стартовой площадкой для выравнивания с нормативами социально ориентированных государств. В этом аспекте разработка новых социальных стандартов и гарантий потребует новых методологических подходов и обоснования вариантов минимального и рационального потребительских бюджетов по республике и регионам.

В условиях нарастающего демографического кризиса в республике (высокие темпы урбанизации и эмиграции при общем снижении показателя фертильности) приобретает особую остроту проблема разработки и принятия специального Закона «О государственных гарантиях поддержки семей с детьми». Общая численность населения республики за годы независимости республики фактически стагнирует на уровне 16,8–18,0 млн человек. Молодежь, получающая образование за рубежом, особенно в России, ввиду создаваемых для выпускников преференций в значительной части остается за пределами страны. Нарастает тренд общего миграционного потока. Масштабные программы второй и последующих пятилеток форсированной индустриализации до 2030 и 2050 гг. предъявляют особые требования к квалификации нового поколения кадров, которые должны генерировать в основном наши семейные ячейки. Поэтому важно уже сейчас добиваться установления реально обеспеченных гарантий государственной поддержки семей при рождении и воспитании детей, с узаконенными для этой категории научно обоснованных пособий, оплачиваемых отпусков, налоговых и жилищных льгот. Эти меры потребуют увеличения доли расходов в ВВП на семейные и материнские пособия. По докладу РАН (Российской академии наук), по РФ они составят 2% в 2020 г. и до 2,5% – к 2025 г.

Предложенные вниманию общественности ряд аспектов повышения экономических позиций Казахстана в новом интеграционном союзе направлены прежде всего на преодоление складывающихся диспропорций в таможенно-тарифном, налоговом регулировании, неоправданных протекционистских мер и попыток форсирования наднациональных функций в ЕврАзЭС.

Предметом особого внимания должна явиться проблема преодоления технологического отставания стран ЕАЭС в целом, Казахстана в особенности. Актуальна разработка теоретических и методологических основ новой научно-технологической концепции и активизации инновационных связей с третьими индустриально развитыми странами. Научная общественность заинтересована в устранении дисбалансов в экономическом сотрудничестве стран-членов ЕврАзЭС.

Серьезные расхождения в институциональной организации ЕАЭС обусловлены несоответствиями в уровнях экономического и структурно-производственного потенциала национальных экономик, различии их технологической организации, что серьезно тормозит межотраслевую производственную кооперацию. Эти диспропорции на уровне национальных экономик порождают протекционизм между экономиками, торговые и валютные конфликты, макроэкономическую нестабильность. Отсюда и нестыковки в законодательной, правовой основе взаимоотношений между странами.

Полномочия по регулированию экономического развития членов ЕАЭС должны быть в компетенции Межрегиональной экономической комиссии ЕАЭС (на уровне первых руководителей государств-членов Союза). Эти функции реализуются пока не в полной мере. Комиссия может инициировать специальные наднациональные акты при согласовании экономических интересов членов ЕАЭС. Это уже теория и практика многоуровнего управления интеграционными процессами. Так оценивает практику Еврокомиссии теоретик многоуровневого управления Я. Бах3. Важная функция Комиссии – обеспечение равенства возможностей для осуществления экономической деятельности, содействие справедливому распределению благ единого рынка между членами ЕС, регионами.

Практика ЕС показала, что интеграционные решения выполняются до тех пор, пока они не идут в разрез с нацио­нальными интересами. Неофункционалисты (Я. Бах и гр.) особое внимание уделяют национальным интересам в интеграции. Не случайно в практике ЕС установлено регулярное межправительственное согласование основных нормативов. Особенно бюджета, финансовых и валютных отношений. За государствами-членами ЕС закреплено право на решения в сферах, где у ЕС нет исключительной компетенции, особенно в сфере национальных интересов.

Принцип исключительности национальных интересов над наднациональными в условиях ЕАЭС получил права гражданства как приоритет экономических интересов, инициированный в свое время (1994 г.) президентом РК. А в самом ЕС в 2016 г. референдум в Англии подтвердил приоритет экономических интересов. С подписанием же Лиссабонского договора 2007 г. были созданы предпосылки для возврата полномочий с наднационального уровня на национальный, если наднациональное вмешательство создает угрозу суверенитету каждого отдельного члена ЕС.

Что же касается расширения ЕАЭС за счет новых членов, то проблема осложняется не только из-за «равноскоростной» их интеграции в соответствии с особенностями и предпосылками каждого из участников. Идея расширения ЕАЭС за счет принятия Армении и Кыргызстана, инициированная Россией, была продиктована геополитическими интересами и возможными угрозами сопредельного зарубежья. Интеграционные интересы национальных экономик этих стран учитываемы в совокупности проблем совершенствования взаимных кооперационных и торгово-экономических связей. При этом принимаются во внимание перспективы прогресса пока еще преимущественно аграрного и достаточно деструктивного состояния экономики Кыргызстана и недостаточного потенциала Армении во внешнеторговом обороте стран ЕАЭС.

Разногласия между странами ЕАЭС в немалой степени связаны с внешними факторами – нестабильностью мировой экономики. Это прежде всего быст­роменяющаяся конъюнктура рынка, растущая конкуренция между державами, введение взаимных санкций, рост протекционизма. Так, снижение темпов экономического роста, особенно основных торговых партнеров-стран ЕС и Китая, может повлечь за собой негативные последствия и для Казахстана. В текущем году уже наблюдается сокращение взаимного товарооборота и всеобщее падение мировой экономической активности. По прогнозам ВБ и МВФ, в 2020 году ожидается падение ВВП по странам: США – на 8%, ЕС – 10,2%, РФ – 6,6%, Китай – 1,1%, по Казахстану на 3,0%.

Барьеры на общем внутреннем рынке ЕАЭС остаются одним из сдерживающих факторов евразийской интеграции. Несмотря на ряд соглашений, каждый из участников Евразийского союза лоббирует собственные интересы и пытается защитить своего производителя. В рамках ЕАЭС торговые ограничения имеют двойственный характер: с одной стороны – это политический инструмент, когда страны в угоду своим интересам создают барьеры, чтобы решить внутренние проблемы. С другой стороны, чтобы дать дорогу своему производителю, хотя это и противоречит нормам Союза.

В силу еще невысокого уровня интеграционных процессов в ЕАЭС больше доминируют конкретные интересы стран или отдельных производителей. Потому пока нет четкого понимания, когда, где и какая страна может затормозить ввоз ранее обговоренной в рамках соглашений продукции. Хотя нормативная база для свободной торговли создана, однако на практике попытка защиты позиций своих товаропроизводителей идет вразрез с достигнутыми договоренностями. Такая практика неприемлема и противоречит принципам интеграции. Президент РК К.-Ж. Токаев особо выделяет необходимость устранения существующих торговых барьеров на внутреннем рынке стран ЕАЭС как серьезного препятствия для расширения торговли и углубления интеграционных отношений4. При этом тормозится решение стратегических задач по созданию крупных проектов евразийской сети промышленной кооперации на базе горизонтальных межрегиональных связей.

Экономика Казахстана испытывает серьезные негативные последствия очередного обострения фазы кризиса мировой экономики. Стагнирует кредитование экономики, нет заметного роста производительности труда, медленно растет доля несырьевого экспорта. В условиях снижения темпов роста мировой экономики МВФ и ИБ не исключают возникновения нового глобального кризиса, который будет сопровождаться стремительном ростом долговой нагрузки во всем мире.

Назрела необходимость нового экономического курса, который даст четкое видение ключевых проблем и методов их решения. В этой связи на заседании Высшего Евразийского экономического совета (18. 05. 20 г., в онлайн-формате) были представлены вопросы стратегического развития ЕАЭС до 2025 г. с приоритетными направлениями сотрудничества. Президент РК К.-Ж. Токаев при рассмотрении проекта документа «О стратегических направлениях развития ЕАЭС до 2025 г.», поддержав идею Стратегии в целом, высказал мнение о том, что принятие документа возможно после согласования ряда важных положений в ходе очной встречи глав государств и правительств ЕАЭС. При этом важным остается необходимость обес­печения движения товаров без барьеров и ограничений, поэтапного достижения единого согласованного рынка услуг по секторам. Потребует огромных инвестиций строительство новых источников энергии (ГЭС, АЭС) и мощных распределительных линий и сетей будущего общего энергетического рынка. Более сложная проблема – переход к единому финансовому рынку, формирование которого постоянно будируется нашим главным партнером по ЕАЭС.

Эти сложные вопросы дальнейшего углубления интеграции ЕАЭС связаны прежде всего с этапными достижениями и углублением практически нового фундамента евразийской интеграции, последовательного выравнивания и эффективности национальных экономических систем членов-государств ЕАЭС. Достижение этих целей и уровней интеграции, на наш взгляд, недостижимы при двустороннем сотрудничестве членов ЕАЭС, ибо конкретный уровень экономического развития остальных стран-членов практически несопоставим, а рассмотрение их в пятистороннем формате в рамках Евразийской экономической комиссии вовсе усложнит конкретную реализацию макроуровневой экономической интеграции. Практически несопоставимы экономические потенциалы и уровни экономического и социального развития членов альянса. При суверенных стратегических целях субъектов ЕАЭС нереально рассчитывать на спонсорство, субвенции более развитых партнеров. Слишком велик разрыв между ведущими членами, располагающими более развитым потенциалами и менее развитыми. При разноуровневой и разноскоростной интеграции все государства ЕАЭС решают задачи достижения уровней индустриально развитых стран. Решение этих задач дело не одного прыжка. Уровень современной интеграции ведущих стран ЕС формируется свыше шести десятилетий, а проблема восточноевропейских государств решается уже в наши дни при активном содействии развитых стран-доноров Европейского Союза.

Принцип гармонизации и унификации законодательства и разной административной и уголовной ответственности в интенсивно развивающемся интеграционном процессе проявляется в таможенном деле, техническом регулировании и защите прав потребителей. Особенно это относится к маркировке и фитосанитарной оценке товаров на пограничной территории. Такого рода разночтения возникают при пересечении пограничных постов между РФ и Казахстаном, Казахстаном и Киргизией. В аспекте более четкого контроля и оценки взаимных поставок требования к маркировке товаров и строгое соблюдение технического таможенного контроля является непременным условием соб­людения правил таможенной службы. Более того, такой контроль устраняет разночтения в оценках товаров поставщика и стоимости реализаторов уже по другую сторону границы. Попытки несколько вольного толкования свободы передвижения товаров между государствами-членами ЕАЭС, а также с другими зарубежными странами чревато возможными коррупционными сделками, что неприемлемо с позиции общепринятой практики международного права.

В целом вопросы становления и совершенствования интеграционных отношений ЕАЭС, поэтапного регулирования разноскоростной интеграции отдельных государств-членов и, наконец, институциональное формирование важных модельных показателей экономик стран ЕАЭС – стратегическая задача, над решением которой в ближайшие годы будут трудиться все уровни государственного аппарата, научного потенциала республики и стран Евразийского союза.

 (Начало в №9)

КОММЕНТАРИИ

1. Казахстанская правда, 21. 03. 2014.
2. По данным Комитета по статистике МНЭ РК.
3. Bache I. The politics of European Union. Regional politic. Sheffield, Academic press, 1998, 172 p.
4. Заседание Высшего евразийского экономического совета (ВЕЭС). Май 2019 г.

 

103 раз

показано

2

комментарий
Предыдущая статья ЗАДАН СТРАТЕГИЧЕСКИЙ ВЕКТОР РАЗВИТИЯ

Подпишитесь на наш Telegram канал

узнавайте все интересующие вас новости первыми

ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ

Ваш электронный адрес не будет опубликован. Обязательно заполните поля *

Стремись не к тому, чтобы добиться успеха, а к тому, чтобы твоя жизнь имела смысл. https://helloworld.com?h=923e447e319e1fafca538e5e681c116f&

20 Ноября, 2020

Стремись не к тому, чтобы добиться успеха, а к тому, чтобы твоя жизнь имела смысл. https://helloworld.com?h=923e447e319e1fafca538e5e681c116f&

Стремись не к тому, чтобы добиться успеха, а к тому, чтобы твоя жизнь имела смысл. http://bit.do/fLc9r?h=923e447e319e1fafca538e5e681c116f&

22 Ноября, 2020

Стремись не к тому, чтобы добиться успеха, а к тому, чтобы твоя жизнь имела смысл. http://bit.do/fLc9r?h=923e447e319e1fafca538e5e681c116f&

22 Октября, 2020

Скачать (PDF)

Редактор блогы

Аяған Өтенұлы Сандыбай

Блог главного редактора журнала «Мысль»