• Общество
• 23 Апреля, 2013

ВЫСШЕЕ ОБРАЗОВАНИЕ КАЗАХСТАНА В СВЕТЕ БОЛОНСКОГО ПРОЦЕССА

Тулеутай Байгабатов,
кандидат исторических наук, доцент КазГИУ,
Татьяна Бондарцова,
кандидат исторических наук, доцент

Зло, существующее в мире, почти всегда результат невежества, и любая добрая воля может принести столько же ущерба, что и зло, если эта добрая воля недостаточно просвещена.

А. Камю

На современном этапе глобализация является основной силой в процессе установления как теоретических, так и политических рамок для все большего числа сфер человеческой деятельности. Глобализация становится комплексным явлением, не ограничиваясь в своем влиянии какой-то одной сферой нашего бытия. И, конечно, она не может не затронуть сферу высшего образования, где готовятся научные, научно-технические и управленческие кадры, т. е носители современного научно-технического прогресса. Веским аргументом современной политики, ориентированной на высшее образование и науку, является структурная зависимость экономики, социальной системы, в целом национальной безопасности от знаний и технологических инноваций каждой страны.

Другими словами, высшие учебные заведения рассматриваются и как источник новых идей, и как их основа. Следует обратить внимание еще на один немаловажный фактор. Это создание общемировой рыночной экономики, и возникновение на этой основе мощных миграционных потоков. Данные процессы поставили на повестку дня весьма важный вопрос признания квалификаций специалистов, получивших образование в разных странах, при их трудоустройстве.

Для того чтобы осуществить интеграцию системы высшего образования, надо было подготовить законодательную базу, разработать комплекс мероприятий и программ, направленных на свободный обмен не только капиталами и товарами, а что более важно, – студентами и преподавателями между странами, вузами, равно как и между научными сообществами и промышленностью. В совокупности все выше перечисленное явилось причиной появления инициативы, известной ныне как Болонский процесс, целью которого является создание в Европе единого образовательного пространства и превращение этой части света в мировой центр «обществ знаний».

11 марта 2010 года стал 47-ой страной, присоединившейся к Болонскому процессу. Сегодня вхождение республики в европейское образовательное пространство рассматривается в контексте национальных интересов в развитии внешнеполитического курса страны, направленного на сотрудничество с Европой, включая и вступление в ВТО (Всемирная торговая организация), и участие в рынке образовательных услуг.

Следуя положениям Болонской декларации, казахстанские вузы с 2002/2003 учебного года начали поэтапный переход на европейскую систему высшего профессионального образования (бакалавриат, магистратура, докторантура PhD). Однако вхождение Казахстана в Болонский процесс протекало и протекает в сложных условиях, сталкиваясь с трудностями как объективного, так и субъективного характера. В числе первостепенных можно выделить проблемы законодательного, организационного, финансового, а также морального порядка. Следует отметить, что среди современных казахстанских, российских исследователей и работников сферы высшей школы существуют крайние взгляды как на необходимость и целесообразность присоединения наших стран к Болонскому процессу, так и на осуществляемые шаги в преобразовании высшей школы в целом. Но процесс состоялся. Назад хода нет.

Решение вопросов взаимной сопоставимости образовательных систем, признания и эквивалентности документов об образовании, согласования вопросов в языковой политике – вот далеко не полный круг задач, которые призвана реализовать Болонская декларация.

В настоящее время в Казахстане в  рамках Болонского процесса большое значение придается академической мобильности студентов, преподавателей вузов. Обучение иностранных граждан становится, по мнению экспертов ЮНЕСКО, одним из прибыльных видов международного бизнеса нашей эпохи. Так, по данным этой международной организации свои услуги иностранцам предлагают тысячи высших учебных заведений из 129 государств. Основная конкуренция идет между наиболее развитыми странами Западной Европы и Северной Америки, а также Австралии и Японии. Большинство стран, прежде всего – США, Канада, Австралия и ряд государств Европы, получают в год примерно 1 млн. специалистов высокой квалификации нужного им профиля из числа иностранных граждан, обучающихся в их вузах.¹

К примеру, в США оказание образовательных услуг иностранным гражданам является пятой по значению доходной статьей экспорта. Конечно, Казахстан не Америка. Сегодня в республике обучается немногим более 10 тысяч иностранных студентов из 45 стран. Основной контингент студентов, как сообщает МОН РК, выходцы из СНГ, Африки, Монголии, Китая и других стран, но не из Европы. Примером может служить Казахский национальный технический университет им. К. И. Сатпаева, где организована совместная с зарубежными вузами подготовка бакалавров, магистров и докторов PhD. В 2010 году в этом вузе обучалось более 600 иностранных студентов из Китая,  Монголии, Египта, Пакистана, Таджикистана, Ирана, Узбекистана, Туркменистана.² Определенную работу по обеспечению мобильности студентов, преподавателей и научных работников с вузами других стран проводят КазНУ им. аль-Фараби, ЕНУ им. Л. Н. Гумилева, Каспийский государственный университет технологии и инжиринга им. Ш. Есенова и ряд других известных вузов. Так, для университетов им. аль-Фараби и им. Гумилева ежегодно выделяется 2 млн. долларов для привлечения зарубежных консультантов с мировым именем, лауреатов Нобелевской премии. За 2005–2009 годы более 700 преподавателей вузов прошли стажировку в ведущих вузах Европы, США, Юго-Восточной Азии, России.³

Членство Казахстана в Болонском процессе дало возможность отдельным казахстанским университетам реализовать совместные образовательные проекты, в частности, двудипломное образование. В 2010 году программа двудипломного образования была реализована в 37-и вузах республики. Среди них ЕНУ им. Гумилева – 31 человек (по специальности экология совместно с университетом Нью Мексика, США), КазНТУ им. Сатпаева – 6 человек (по специальности экономика и информационные системы совместно с Американским университетом на Кипре), Университет международного бизнеса – 72 человека (по магистерской программе МВА с Московской международной высшей школой бизнеса) и др.⁴ Такая практика сотрудничества, как утверждают специалисты, будет способствовать решению задач конвертируемости казахстанских дипломов о высшем образовании на международном рынке труда. Упомянутые факты свидетельствуют, что в этом вопросе есть определенные подвижки, несмотря на скромность их результатов.

Вместе с тем, в области обеспечения мобильности студентов и преподавателей вузов республики есть ряд нерешенных задач. Так, не все вузы имеют финансовые возможности приглашать известных ученых из Европы, США, Юго-Восточной Азии и других регионов для чтения лекций и процедуры обмена опытом. Актуальной становится проблема языковой подготовки студентов, ибо она является сдерживающим фактором реализации процесса мобильности.

Необходимо также отметить, что в Казахстане очень слабо, практически неудовлетворительно, осуществляется мобильность студентов, преподавателей, научных сотрудников между отечественными вузами. В числе первоочередных причин в создавшейся ситуации можно обозначить непроработанность, непродуманность в организационных, финансовых, социальных и иных вопросах.

Как известно, одним из условий Болонской декларации являются конвертируемость дипломов и востребованность специалистов на отечественных и международных рынках труда. Здесь также есть над чем подумать. В настоящее время в республике 144 вуза (цифры меняются в связи с реорганизацией). Напрашивается вопрос: по каким принципам они формируют контингент студентов? Педагоги вузов знают, что набор в нашей практике реализуется без учета адресной подготовки, т. е. востребованности будущих специалистов предприятиями, учреждениями, организациями, и, как следствие, многие из них после окончания вуза попадают в разряд безработных. Так, профессор М. Жасимов отмечает, что в Казахстане 1 млн. выпускников либо не имеют работы, либо работают не по специальности. Подобная картина наблюдается в России и других государствах. Как заявлял бывший министр образования России А. Фурсенко, 50% выпускников вузов остаются без работы, около 80% – после защиты дипломов забывают приобретенные знания, и это, очевидно, по причине их невостребованности.

Приведенные выше примеры доказывают, что у нас, во-первых, очень слабо поставлена связь вузов с работодателями. Во-вторых, это свидетельствует о росте номенклатуры узких специальностей. М. Жасимов подчеркивает, что если в конце 60-х годов прошлого столетия в вузах СССР подготовка студентов осуществлялась примерно по 250 специальностям, то теперь в России – по 350, в Казахстане – по 300, хотя в республике 16,8 млн. чел. населения и производство в 10 раз меньше по сравнению с Россией.⁵

Хотелось бы акцентировать еще такой момент, как реклама вузов, а точнее – часто неконтролируемая самореклама. Содержание, анализ рекламных проспектов делает нас свидетелями того, как отдельные университеты обещают студентам зарубежную стажировку, двудипломную программу, не имея на это определенных возможностей. В результате, люди остаются обманутыми, теряется доверие вузу, падает его авторитет. Очевидным является и то, что отечественные вузы готовят будущих специалистов по одним и тем же специальностям, и в итоге получается их переизбыток, молодые люди не могут трудоустроиться или работают не по специальности. Поэтому МОН РК, вузам, совместно с работодателями, в первую очередь, надо решить проблему обеспечения работой выпускников вузов внутри страны, а потом уже думать о их востребованности на международных рынках труда.

В условиях рыночной экономики, интернационализации высшего образования еще больше актуализируется задача подготовки конкурентоспособного, творчески мыслящего специалиста, умеющего решать нестандартные производственные, управленческие, специальные и иные проблемы. И данная реальность в числе других факторов, отмечавшихся выше, способствовала продвижению вопроса о качестве казахстанской системы образования на уровень мировых стандартов.

В реализации принципов Болонской декларации одним из приоритетных направлений стало введение унифицированной системы зачетных единиц по типу ECTS, т. е. кредитной технологии обучения, а также переход к трехступенчатой вузовской и послевузовской системе образования с присуждением степеней бакалавра, магистра, доктора PhD. К 2008 году государственные вузы республики были переведены практически полностью на европейскую систему обучения. Казалось бы, проблема количественно решена, но качество вызывает и по сей день существенную критику со стороны профессорско-преподавательского состава, студентов, научных работников, т. е. тех, кто участвует   непосредственно в вузовском образовательном процессе. Так, по утверждению некоторых экспертов, высшая школа Казахстана недостаточно адаптирована к европейской системе, в частности, ряд обязательных дисциплин зарубежных университетов не отражается в казахстанских образовательных программах. Бывший директор Департамента высшего и послевузовского образования МОН РК С. М. Омирбаев отмечает также, что во многих вузах не созданы специальные академические службы – офис-регистратора, институты эдвайзеров, тьютеров. Вузы не различают эти термины на понятийном уровне.⁶

Высшая школа страны нуждается в разработке  новой системы финансирования и оплаты за обучение. Ведь ежегодно существенно растет цена на образовательные услуги, причем, не учитывается материальное положение родителей студентов. Более того, наш студент не имеет возможности взять меньшее количество дисциплин – только указанные в учебном плане. В силу этих обстоятельств, студенты, не проплатившие один семестр полностью, отчисляются из вуза, а получившие «неуды» в сессию, оставляются на так называемый «третий семестр» и дополнительно оплачивают  задолженности. Отечественные вузы должны привести эти и многие другие вопросы в соответствие с требованиями кредитной системы обучения. Наболевшей проблемой является также учебная нагрузка преподавателей. Нам всем практически неизвестно, как обстоят дела с этим вопросом у зарубежных коллег. В наших вузах, например, годовая нагрузка у доцента 760-780 часов, у преподавателей и ассистентов зашкаливает за 900. Преподаватели и студенты с утра и до 16-17 часов находятся в вузе. Из 6-дневной рабочей недели свободных дней учебной частью преподавателям не предусматривается. Как можно в таких условиях говорить о научной деятельности профессорско-преподавательского состава и самостоятельной работе студентов?

С другой стороны, на качество образования влияет негативно не только большая учебная нагрузка, но и отсутствие конкуренции между преподавателями за ведение той или иной учебной дисциплины. В вузовской практике сложилась неблагоприятная ситуация – преподаватель, чтобы набрать необходимую годовую учебную нагрузку, вынужден вести занятия по 4-5 и более предметам. Студенты же до сих пор не реализуют свое право на выбор того или иного преподавателя по предметам. В такой обстановке говорить о конкуренции не приходится.

Серьезное негативное влияние на развитие высшего образования оказывает чрезмерное раздувание коммерческого контингента студентов в государственных вузах и рост самих коммерческих вузов. Надо особо отметить, что для оправдания такого положения дел подводится идеологическая база. Например, ректора отдельных коммерческих вузов утверждают, что их студенты лучше получают профессиональное образование, чем студенты, обучающиеся на гранте. Но вот на чем основано это смелое утверждение – другой вопрос. Другие сторонники коммерциализации пытаются доказать, что если студенты заплатили, они изо всех сил будут стараться оправдать вложенные денежные средства за обучение. Многолетняя практика работы в вузе свидетельствует об обратном. Значительная часть таких студентов слабо подготовлена и достаточно равнодушна к процессу получения высшего образования. Особо опасна и недопустима коммерциализация медицинского и юридического образования. Несомненно, профессионализм нужен во всех сферах. Нам не нужна бездарность людей в любых областях человеческой деятельности. Страшно представить будущее страны с полуобразованными людьми, которые в силу разных обстоятельств оказываются на руководящих постах, о чем нередко свидетельствуют результаты общественного мнения и социологических исследований.

Особые нарекания со стороны студентов и преподавателей вузов республики вызывает тестирование как становой хребет кредитной технологии. Разумеется, статья не ставит задачу огульного отрицания тестового контроля знаний студентов. Однако о его существенных недостатках умалчивать нельзя.

Во-первых, заменяется диалог преподавателя со студентом, то есть живой процесс классического обучения и контроля итоговых знаний, компьютерным тестированием. И эта замена далека от тождественности. Компьютер не может оценить оригинальность и индивидуальность мышления, проследить логику студента, его творческое начало. По мнению президента Общества защиты прав потребителей образовательных услуг России А. Сидоренко, «нынешняя система проверки знаний не приносит ничего, кроме вреда, тесты в принципе, проверяют фактологические знания и формируют кроссвордный тип мышления, игнорируя главную задачу – формирование мышления». Прекрасно сказано. Во-вторых, тесты, в значительной степени, выхолащивают часть учебной дисциплины и не способствуют развитию целенаправленного творческого мышления.

Тестовый контроль знаний стал реальностью, и его ни в коем случае отрицать нельзя, но во всем должна быть мера. Такой вид незаменим при проверке текущей успеваемости, проверке различных заданий и т. д.

И в заключение. Система высшего образования Казахстана находится на переходном этапе, переживает процесс реформирования ее в соответствии с условиями кредитной технологии обучения, Болонского процесса. На этом пути сохраняется немало проблем, требующих своего решения. В самом кратком виде суть их заключается в следующем:

– обеспечение внутренней мобильности студентов и преподавателей, создание для этого необходимых организационных, финансовых, социальных и иных условий;

– приведение в соответствие образовательных стандартов Казахстана с европейскими и американскими, наличие максимально полной, прозрачности в данном аспекте;

– осуществление языковой подготовки студентов, магистрантов, преподавателей для обеспечения их мобильности с вузами дальнего зарубежья и достойное финансирование таковых проектов;

– пересмотр учебной нагрузки профессорско-преподавательского состава вузов в сторону уменьшения, корректировка процедуры экзаменов в плане альтернативных подходов;

– увеличение в государственных вузах числа студентов-грантников на конкурсной основе;

– использование (сохранение) в кредитной технологии обучения лучшего из предшествующей, советской модели образования, учета особенностей (специфики) нашего историко-культурного развития.

Литература

1.    Крухмалева О. В. Некоторые аспекты вхождения российского образования в мировое образовательное пространство. Alma mater. Вестник высшей школы. 2008, №11, с. 5–17.

2.    Адилов Ж. Наша цель – мировой уровень. Современное образование.  2010, №2, с. 17–24.

3.    Амреева Т. И. Болонский процесс: практика внедрения в вузах Республики Казахстан. Сборник статей. Астана, 2010, с. 172.

4.    Арупов А. А. Интеграция Казахстана в Болонский процесс как шаг в мировое образовательное пространство. (Болонский процесс: практика внедрения в вузах Республики Казахстан. Сборник статей). Астана, 2010, с. 61.

5.    Жасимов М. Состояние системы образования в постсоветских государствах: необходимость преобразований. Alma mater. Вестник высшей школы. 2007, №10, с. 10–17.

6.    Омирбаев С. М. О ходе внедрения принципов Болонского процесса в Казахстане. (Болонский процесс: практика внедрения в вузах Республики Казахстан. Сборник статей). Астана, 2010, с. 19–20.