Время
20 Декабря, 2025

ПОСВЯЩЕНИЕ ЛЕГЕНДЕ

Минувшей осенью казахстанский скрипач-виртуоз и дирижер, заслуженный деятель РК Марат Бисенгалиев представил в Алматы большой концертный проект Qustar. Он был организован в честь 100-летия народного артиста СССР, Народного Героя Казахстана, выдающегося композитора и дирижера Нургисы Тлендиева. Драматургия программы двух музыкальных вечеров во Дворце Республики была выстроена в акустическом формате квадро – модели четырехмерного звучания. Зрителей ждало погружение в мир музыки, света и движения, где народные инструменты встретились с классическим симфоническим звучанием, а визуальные образы помогали понять духовную суть произведений. Во время концертов публика ощутила себя частью происходящего, неотъемлемой и органичной составляющей большой творческой программы. Сами концерты были насыщены музыкальными цитатами из произведений Нургисы Тлендиева, что представляло собой перекличку времен, музыкальный диалог между прошлым и настоящим и дань уважения маэстро. В интервью журналу «Мысль» Марат Бисенгалиев рассказал о драматургии квадрозвучания и поделился воспоминаниями, связанными с маэстро Нургисой Тлендиевым. Также были затронуты темы творческого партнерства с известным современным композитором Карлом Дженкинсом и создания профессионального симфонического коллектива в Индии – Symphony Orchestra of India, который принял участие в концертах, посвященных Нургисе Тлендиеву, в Алматы.

– Марат Саметович, вам доводилось встречаться с Нургисой Тлендиевым. Какие воспоминания оставили эти встречи?
– В детстве я часто бывал на концертах Нургисы Тлендиева, ходил вместе со своим отцом, который его хорошо знал. Мы слушали его музыку, я был под впечатлением. Уже тогда его творчество мне казалось необычайно интересным. Нургиса Тлендиев был неординарной личностью, человеком, которого окружала особая творческая аура. Я обращал внимание на то, насколько он чутко слушает музыку, и это, вместе с красотой его произведений и сыгранностью оркестра, создавало совершенно особенное впечатление. Позже мне довелось с ним встретиться лично, и эта встреча укрепила меня в мысли, что мои детские впечатления были верными. Тлендиев жил музыкой, жил своими творческими идеями, и это было видно по нему. Таким он мне запомнился.

– Когда произведения Нургисы Тлендиева стали частью вашего репертуара?
– Еще в 2010 году я предложил валлийскому композитору Карлу Дженкинсу знаменитую мелодию Нургисы Тлендиева, которую он позже использовал в сюите «Тлеп». Дженкинс включил мелодию в свое сочинение как большую музыкальную цитату, как отсылку к творчеству казахского композитора. Мне кажется, что получилось очень интересно и органично. Впоследствии произведение Дженкинса вошло в мой репертуар.
Напомню, что творческое кредо Карла Дженкинса – создавать произведения на основе этнической музыки. Плодом нашего с ним сотрудничества стало создание композитором целого ряда произведений на казахскую тематику. В них использованы национальные инструменты, такие как кобыз, домбра, сазсырнай.
Это очень интересное музыкальное направление. Оно сочетает классические и современные формы с элементами этнической музыки и других жанров. Это и классика, и народная музыка, и современные мотивы. Это то смешение жанров и стилей, которое с удовольствием воспринимает слушатель.
– Расскажите историю вашего творческого сотрудничества с Карлом Дженкинсом. Когда оно начало складываться?
– Началось все с того, что я услышал его сочинения по телевидению. Они звучали довольно часто, потому что использовались в рекламе. В тот момент я еще не знал имя композитора. Когда узнал, что это Дженкинс, попросил своего звукового менеджера организовать с ним встречу. Он стал действовать в этом направлении и через некоторое время устроил наше знакомство. Встреча проходила в студии. Мы с Карлом Дженкинсом нашли общий язык, наверное, благодаря тому, что оба вынашивали идеи синтеза классики и народной музыки. Я пришел на встречу не с пустыми руками. К этому времени я уже успел записать его «Палладиум» с Западно-Казахстанским филармоническим оркестром, которым тогда руководил. Дал ему прослушать эту запись. Ему очень понравилось. Он сразу предложил мне записать «Реквием» вместе с Западно-Казахстанским оркестром. Он как раз заканчивал над ним работу, делал завершающие штрихи, и совсем скоро произведение должно было появиться на свет. Конечно же, я принял это предложение. Потом, когда уже все было полностью готово, мы приехали в Лондон всем оркестром и сделали запись. К слову, сегодня «Реквием» Дженкинса входит в число самых популярных произведений современной классической музыки, количество его прослушиваний в интернете исчисляется миллионами. Я лично считаю, что запись «Реквиема» стала прорывом в наших творческих взаимоотношениях.
Потом я познакомил Дженкинса с казахской степной классикой. Он вдохновился нашими мотивами. Позже им были написаны такие произведения, как композиция «Тлеп» на основе казахских народных песен, «Абай», «Шакарим», «Алем – энергия звука», исполненный мной на ЭКСПО в Астане, концерт для скрипки с оркестром «Сарыкыз» по казахским легендам, который я записал с Лондонским симфоническим оркестром.

– Как воспринимают казахские мотивы в музыке Дженкинса на Западе? Сопровождается ли исполнение этих произведений рассказом о казахской музыкальной культуре?
– Каких-то специальных музыковедческих лекториев нет, просто люди слушают музыку, наслаждаются ею, и в этом состоит ключевой момент. Надо сказать, что на Западе любят этнику и открыты ко всему новому, а казахское музыкальное искусство, безусловно, является для них новизной.
– Ваши выступления представляют собой большие мультимедийные проекты с четырехканальным звучанием, квадрозвуком. Как вы пришли к такой концертной драматургии?
– Сама идея пришла неожиданно. Дело в том, что при исполнении некоторых произведений мы просто не помещались на сцене – таким большим был состав оркестра и хора, плюс к этому добавлялся коллектив народных инструментов. Тогда-то и пришла идея рассредоточить оркестр по залу. Благодаря такому решению мы смогли разместить большой состав. Попробовав это в первый раз в 2017 году, я по-настоящему ощутил возможности такого звучания. Это было музыкальное откровение. Представляете: тысячный коллектив, звучащий в унисон с огромной мощью, а зрители находятся на пересечении звука, посреди этого действа и ощущают себя неотъемлемой частью концерта. Убедившись, что это очень перспективное направление, мы стали пробовать дальше – развивать его в следующих концертных программах.
– Вернемся к теме Нургисы Тлендиева. Знакомы ли вы с дочерью композитора Динзухрой Тлендиевой, которая хранит и продолжает его традиции? Бывает ли она на ваших концертах?
– С Динзухрой мы знакомы. К слову, познакомились на моем концерте. Был виден ее неподдельный интерес к музыке, которую я исполнял. Кстати, это как раз были произведения Дженкинса. Потом наше знакомство продолжилось в Астане, когда Динзухре и мне присвоили почетный титул Посла доброй воли. Принимая его, мы подчеркнули, что продолжим прилагать все усилия для знакомства мира с культурой Казахстана, его музыкальным наследием. Наша общая цель – популяризация отечественной культуры, и это то, что нас объединяет. Когда мы обратились к ней как к прямой наследнице Нургисы Тлендиева за одобрением нашего нынешнего проекта, она его поддержала.
– Готовясь к нынешнему творческому проекту, вы посетили мемориальный музей Нургисы Тлендиева в Алматы. Какие эмоции вы испытали при посещении?
– Как я уже говорил, в детстве мне доводилось ходить на его концерты, наблюдать за ним. Во время выступления в качестве дирижера он превращался в абсолютный слух. Как известно, детские впечатления часто бывают самыми яркими, сильными и порой сопровождают человека на протяжении всей жизни. Так случилось и со мной – образ Нургисы Тлендиева стал одним из самых ярких воспоминаний. Посещение его музея-квартиры – тех стен, где он жил, вновь позволило пережить детские эмоции. Это было очень важно перед концертом, посвященным его 100-летию.
– Нургиса Тлендиев говорил, что нужно сохранять традиции и при этом пробовать и развивать новое. Какую новизну несет мультимедийный формат концерта слушателю?
– Важно, чтобы энергия исходила не только от звучания, а еще и от самого исполнителя или исполнителей, от той энергетики, которую музыканты распространяют со сцены, от тех эмоций, которыми они делятся с пришедшими в зал. Я считаю, что мультимедийный формат способствует сильным эмоциям и глубокому восприятию. Тем более что публика получает возможность не только слушать музыку, наблюдать за действием, но и, как уже отмечалось, находиться в самом центре звука. То есть пришедшие в зал могут ощутить себя непосредственными участниками действия, а не его сторонними наблюдателями. При этом находящимся на сцене нужно выступать с полной отдачей, чтобы зарядить энергией зал, оправдать надежды публики. Часто пришедшие на мое выступление молодые люди именно здесь впервые знакомятся с классикой. Поэтому особенно важно, чтобы увиденное и услышанное оправдало их ожидания и запомнилось. Это касается и молодежи, и детей. Здесь важно передать такие эмоции, чтобы ребенок или молодой человек полюбил классику, а не отвернулся от нее.
– На ваш взгляд, дети готовы к восприятию такого формата?
– Вполне готовы, потому что исполняемая нами музыка демократична. Она рассчитана на широкий круг слушателей, включая детей. Музыка Дженкинса охватывает многие жанры, и в этом ее изюминка. Помимо того, что его произведения оригинальны, очень интересны по форме и содержанию, они еще и обладают способностью просвещать, образовывать в музыкальном плане. Поэтому для ребенка такие концерты могут стать открытием.
– С каким композитором вы готовили проект, посвященный Нургисе Тлендиеву в этом году?
– Это Дмитрий Варелас. С ним меня связывают давние творческие отношения. Он выходец из Ташкента, ныне живущий в Канаде. Надо сказать, что Дмитрия очень заинтересовала идея подготовки этого проекта и написания музыки, в основе которой лежат произведения Нургисы Тлендиева. Я бы сказал, что по стилистике его музыка где-то перекликается с музыкальными исканиями Дженкинса. Поэтому, с одной стороны, существует некий парафраз, делающий отсылку к моим предыдущим проектам, с другой – присутствует уникальность. Хочу сказать, что Дмитрий тонко прочувствовал музыку Тлендиева. Выражаю ему за это признательность.
– Хотелось бы перейти к другой грани вашей деятельности. В 2006 году вы основали первый в истории Индии профессиональный симфонический коллектив – Symphony Orchestra of India, а затем создали музыкальную академию при нем. Как сегодня развивается симфонический коллектив, много ли желающих обучаться в академии?
– На будущий год оркестру исполняется 20 лет. Могу сказать, что он развивается. В Индии, стране со своей многовековой музыкальной культурой, проявляют большой интерес к европейскому искусству, к мировому классическому наследию. Идея академии существовала с самого начала организации оркестра, ведь для коллектива было необходимо готовить собственные национальные кадры. Но в процессе создания оркестра я понял, что быстро основать академию не удастся. Одна из причин была в том, что в индийской музыке совершенно иные лады: ее система состоит из четырех тонов, а европейская – из полутонов. Поэтому требовалось время, чтобы желающие обучаться настроились на восприятие европейской классики. Но, вооружившись терпением, мы понемногу стали делать шаги в этом направлении, популяризировали классику среди детей и молодежи, и 13 лет назад академию получилось открыть.
Что касается симфонического коллектива, то он очень популярен. Даже сформировался пул «друзей оркестра». Он включает около 450 человек. Это люди бизнеса, которые выступают меценатами коллектива. Очень радует то, что концерты собирают все больше и больше слушателей. Важно, что приходит много детей, молодых людей. Считаю это вполне понятным и естественным процессом: экономика Индии стремительно растет и параллельно очень динамично развивается культура. Творческие проекты поддерживает государство и финансируют меценаты.
– Каков состав оркестра и привлекаете ли вы зарубежных исполнителей?
– На сегодняшний день оркестр состоит из 40 человек. В концертные сезоны коллектив увеличивается до 100 человек и больше. Состав оркестра интернационален, и это общемировая тенденция. Сегодня мы живем в условиях открытого мира, и если посмотреть на концертные коллективы, в частности, симфонические оркестры, то повсеместно наблюдается интернациональный состав. В этом плане оркестр в Индии соответствует международным тенденциям. Но вместе с тем подчеркну, что коренных жителей Индии становится в коллективе все больше и больше.
– В завершение нашей беседы позвольте вновь вернуться к теме большого проекта, посвященного Нургисе Тлендиеву. Планируется ли его продолжение после юбилейных концертов?
– Проект Qustar получит продолжение – в студии уже записан альбом и проведена подготовительная работа по его выходу на популярных цифровых платформах. Кроме того, в планах – выпуск винилового диска, а также концертный тур за рубежом.