• Общество
• 20 Ноября, 2025

РЕГИОНЫ БУДУЩЕГО: ПРОБЛЕМЫ И РЕШЕНИЯ

(по материалам поездок по 14 областям, 3 мегаполисам и 7 моногородам страны)

Аңдатпа. Мақалада Қазақстанның өңірлік дамуының мәселелері мен нақты үрдістері қарастырылады. Бұл талдау автордың 2024–2025 жылдары елдің барлық 14 облысына, 3 мегаполисіне және 7 моноқаласына жасаған сапарлары мен зерттеулерінің нәтижелеріне негізделген. Талдау нәтижесінде ресми есептер мен жергілікті жерлердегі нақты жағдай арасындағы айтарлықтай алшақтық анықталды. Негізгі назар жұмыспен қамту, инфрақұрылым, адами капитал және аумақтық теңсіздік мәселелеріне аударылған. Басты қорытынды ретінде өңірлік саясатқа көзқарасты қайта қарау, өңірлердің даму деңгейін кешенді бағалайтын интегралды индекстер мен әр облысқа арналған бағдарламалар әзірлеу және формалды көрсеткіштерден өмір сүру сапасы мен экономикалық белсенділіктің өлшенетін индикаторларына көшу ұсынылады.
Негізгі сөздер: өңірлік даму, моноқалалар, мегаполистер, адами капитал, жұмыспен қамту, әлеуметтік-экономикалық асимметрия, Қазақстан.

Аннотация. В статье рассматриваются проблемы и реальные тенденции регионального развития Казахстана на основе авторских наблюдений и исследований, проведенных в 2024–2025 годах в ходе поездок по всем 14 областям, 3 мегаполисам и 7 моногородам страны. Анализ показал значительный разрыв между официальными отчетами и реальной ситуацией на местах. Особое внимание уделено вопросам занятости, инфраструктуры, человеческого капитала и территориального неравенства. В качестве основного вывода предлагается пересмотр подходов к региональной политике через создание интегральных индексов развития, комплексных программ по каждой области и переход от формальных показателей к измеримым индикаторам качества жизни и экономической активности.
Ключевые слова: региональное развитие, моногорода, мегаполисы, человеческий капитал, занятость, социально-экономическая асимметрия, Казахстан.

Abstract. The article examines the problems and real trends of regional development in Kazakhstan based on the author’s observations and research conducted in 2024–2025 during visits to all 14 regions, 3 megacities, and 7 single-industry towns of the country. The analysis revealed a significant gap between official reports and the actual situation on the ground. Particular attention is paid to issues of employment, infrastructure, human capital, and territorial inequality. As a main conclusion, it is proposed to revise approaches to regional policy through the creation of integral development indices, comprehensive programs for each region, and a shift from formal indicators to measurable indicators of quality of life and economic activity.
Key words: regional development, single-industry towns, megacities, human capital, employment, socio-economic asymmetry, Kazakhstan.
 

Введение
В каждом Послании Глава государства делает большой акцент на развитии регионов, что позволяет улучшать все индикаторы страны. Наша статья будет посвящена проблемам и перспективам регионального развития. Несмотря на единую политику, регионы развиваются по-разному, имеют свои преимущества и недостатки. Например, качество развития многих регионов отстает от г. Астаны и г. Алматы в 3–4 раза по объему ВРП и видимым изменениям. А те, которые имеют высокий ВРП, имеют массу социальных и инфраструктурных недостатков, которые также бросаются в глаза. Благодаря проекту Комитета миграции по проведению исследования миграционных процессов, инициированному министром труда и социальной защиты РК С. К. Жакуповой, в 2024 году нашей экспертной группе из трех специалистов удалось осуществить поездки в 14 областей, 3 мегаполиса и 7 моногородов Казахстана.
Такие масштабные исследования с широким охватом посещения регионов одной группой экспертов не осуществлялись со времен независимости. В Министерстве труда и социальной защиты населения РК провести такое исследование регионов назрело из-за обстоятельств, которые не один год волновали общество. Статистика показывает высокий уровень занятости и доходов в регионах, но при этом северные регионы пустеют из года в год и включены в список трудодефицитных регионов, а школы и больницы закрываются из-за недостатка специалистов и граждан. А самое важное – социальное недовольство граждан в последние годы слишком быстро нарастало, несмотря на то что расходы на социальное обеспечение увеличивались.
Поездки по регионам Казахстана выявили тревожный, но закономерный феномен: региональная реальность существенно расходится со статистикой и медийным образом. В то время как в отчетах фигурируют показатели роста инвестиций, экспорта или ВРП регионов, на местах очевидно слабое развитие инфраструктуры, отток трудоспособного населения и недостаточная диверсификация экономики. Огромная социальная поддержка также не может помочь населению при высокой инфляции, отсутствии производства, высокой закредитованности, импортом, когда создание рабочих мест невозможно.
Эти различия не просто иллюстрируют ошибки в управлении – они отражают сис­темный кризис в механизмах региональной диагностики и планирования экономики, где приоритет по-прежнему отдается витринным проектам, а не структурным реформам. 
Наша экспертная группа проинспектировала регионы с позиции более двадцати видимых индикаторов: 1) качество дорог до малых аулов; 2) качество основных магистралей; 3) уровень мышления населения; 4) уровень оттока населения; 5) уровень притока населения; 6) условия проживания сельских жителей; 7) связь областей с другими областями; 8) связь городов с другими городами; 9) связь областей с приграничными соседними областями приграничных стран; 10) цены на товары в областях; 11) уровень закредитованности населения в сельских округах; 12) уровень производственных сил; 13) уровень переработки сельхозпродукции; 14) уровень безработицы; 15) уровень поддержки; 16) уровень инфраструктуры для туризма; 17) уровень инфраструктуры для бизнеса; 18) качество и наличие общественного транспорта; 19) уровень жизни пенсионеров и социально уязвимых слоев населения; 20) уровень заработных плат; 21) уровень развития рынков и другие. 
По итогам исследования, сгруппировав индикаторы, мы составили рейтинг регионов. Об этом мы напишем в наших последующих публикациях, но сейчас мы хотели бы заострить внимание на проблеме развития регионов и путей решения, в особенности в контексте занятости, которая волнует миллионы граждан страны.

География неравенства

С географической точки зрения, Казахстан занимает девятое место по территории, граничит с такими крупными экономиками региона, как Китай и Россия, и является ключевой страной среди стран Центральной Азии и центральной на Евразийском континенте, что создает благоприятные условия для того, чтобы регион в будущем мог стать не только сырьевым центром и транзитно-транспортным хабом между Европой и Азией, но и геополитическим балансом, финансовым и туристическим хабом между Европой и ­Азией, Ближним Востоком и странами Центральной Азии, а также финансово-экономическим центром для Евроазиатского региона.
Для того, чтобы реализовать такой процесс трансформации, конечно, необходимо понимать в первую очередь с позиции занятости населения и будущих специальнос­тей. А с позиции создания условий, прежде всего, важно понять уровень существующей экономики страны, инфраструктуру, а также взаимосвязи различных инструментов и механизмов внутри системы.
Наш предварительный анализ поездок показал, что Казахстан сегодня фактически делится на шесть видимых и отличительных типов территорий:
1. Мегаполисы (Астана, Алматы, Шымкент) – центры концентрации человеческого капитала, инвестиций и инноваций, но с перегрузкой инфраструктуры, нехваткой мобильности, а также специалистов.
2. Сырьевые регионы (Мангистауская, Атырауская, Карагандинская области) – бюджетообразующие, но социально уязвимые, с низким качеством городской среды.
3. Аграрно-депрессивные регионы (Акмолинская, Жамбылская, Костанайская, Туркестанская области) – сохраняют трудовой потенциал, но страдают от оттока молодежи и отсутствия индустриальных центров роста.
4. Пограничные и периферийные регио­ны (Северо-Казахстанская, Восточно-Казахстанская, Павлодарская области) – сильны в промышленности и агросекторе, но нуждаются в новой волне инвестиций и технологического обновления.
5. Регионы с туристическим потенциалом (Туркестанская, Мангистауская, Алматинская, ВКО, Жетысуйская, Акмолинская области) – имеют уникальные ландшафты, акватории, исторические объекты и природу, но нуждаются в развитии инфраструктуры туризма.
6. Регионы, требующие восстановления экологии, транспортных сетей и уровня жизни (Кызылординская, Абайская, Улытауская, Костанайская, Актюбинская, Мангистауская, ЗКО, Атырауская, ВКО, Жамбылская области) – имеют уникальные особенности и расположение, но для развития не хватает новых знаний, инвестиций и мобильности.
Более того, есть регионы, где для развития сельских территорий требуется выделение некоторых из них в отдельные области. К примеру, из Костанайской и Актюбинской областей, необходимо создать новую Тургайскую область с центром в г. Торгае. Это могло бы развить отстающие районы двух областей – от Иргыза до Аркалыка и от Улытауской области до границы с РФ, а главное, расположение областного центра в Торгае могло бы стать драйвером для прямой связи столицы Астаны с западным Казахстаном.
Поездки показали, что разрыв между городами и селами достигает стократного различия в уровне инвестиций на душу населения и десятикратного – в доходах на одного занятого. Во многие села областей до сих пор нет дорог, граждане покидают села, а значит строительство новых дорог, школ и больниц к ним является нецелесообразным.
Сегодня акиматам важно не только погоня за статистикой, а за уровнем жизни граждан и качеством инфраструктуры. Это позволит не только привлечь назад коренных жителей, но и привлечь специалистов из других регионов. К примеру, по статистике в г. Аягозе Абайской области, средняя заработная плата составляла около 400 тысяч тенге, а фактически граждане города отмечают, что хорошей зарплатой считается 150 тысяч тенге. При этом пенсионеры отмечали, что главный недостаток города – это отсутствие общественного транспорта и низкое качество дорог. При правильном использовании и развитии, с региональной и территориальной точки зрения, г. Аягоз в Абайской области мог бы стать транзитным хабом между Китаем и Центральным Казахстаном, между южными и северными облас­тями региона. 
Здесь важно отметить, что по результатам нашего исследования в регионах мы предлагаем несколько моделей развития. Эти модели важно обсудить с Администрацией Президента и Правительством РК для того, чтобы объяснить в деталях. Предлагаемая социально-экономическая модель мобильности будет создавать и оказывать влияние не только на транзитно-транспортный потенциал, но и, главное, на развитие таких секторов, как агросектор, обрабатываю­щая промышленность, торговля, финансовый сектор, инвестиции, ИКТ технологии и туризм.

Между отчетами и реальностью: решения и перспективы

До посещения регионов мы изучили множество концепций и программ по развитию индикаторов и показателей регионов, а также по росту валового регионального продукта, в т. ч. и на душу населения. В целом, необходимо отметить, что за 30 лет независимости страны многое изменилось и поменялось в экономике, особенно в крупных городах страны. Многие предприятия просто остановились, а часть из них была восстановлена для добычи и первичной переработки сырья.
Учитывая, что территория страны огромная и наблюдается нехватка кадров в регионах, процессы изменений, конечно, не могли быть быстрыми и, тем более, эффективными. Одним из первых наших вопросов было ответить на вопрос по региону, который дает 25% нефтяных доходов, но где граждане больше всего возмутились повышением цен на газ в размере 10 тенге за литр в 2022 году. Или по региону, где постоянно гибли граждане на шахтах с начала периода независимости, несмотря на то, что привлекались лучшие мировые компании.
Для нашей экспертной группы было важно объехать регионы и увидеть своими глазами различия, услышать мнение различных социальных групп, а главное увидеть разницу между отчетами, статисткой и реальностью.
Посещение регионов выявило, что на местах картина развития зачастую искажена из-за приукрашенных концепций, планов и отчетов. Например:
 – В некоторых областях числятся десятки «запущенных индустриальных проектов», но по факту площадки простаивают. 
– По отчетам была дорога построена от г. Жанаозен до села Кендерли и границы Туркменистана, но фактически этого не было сделано [1].
– Развитие курортного города Кендерли фактически не было, так как местные власти говорили больше о районе Кендерли в самом городе Жанаозен [1].
– Автомагистраль «Западный Китай и Западная Европа», которая должна была быть построена по единому стандарту от границы Китая до границ России в Актюбинской области, не совсем соответствовала единому стандарту [2].
– В трудодефицитных регионах, куда переезжали внутренние мигранты, местное население жаловалось, что им самим не хватает работы [2].
– Программы поддержки МСБ не стимулировались, несмотря на то что население моногородов росло, а индикаторы были низкими.
– Молодежные центры, коворкинги и бизнес-инкубаторы – вели работу для отчетов, но не для реальных проектов и дел. Поэтому молодежь предпочитала уезжать в крупные города или за рубеж.
Главная проблема – разрыв между управленческим отчетным циклом и жизненным циклом территорий, где показатели роста не отражают уровень доверия, качества жизни или социальной мобильности.
Конечно, в данной статье задача состоит в том, чтобы рассмотреть вопросы развития регионов с критической точки зрения, с позиции управления кадрами и ресурсами регионов. Чтобы не происходило того, что уже произошло, важным решением с позиции человеческих ресурсов, необходимо снижать информационное и экономическое неравенство между регионами, а также между гражданами. Потенциал регионов просто огромный.
Казахстан сегодня занимает одну из лидирующих строчек по развитию ИКТ в стране, в особенности – оказания государственных услуг. В этом году, в своем Послании от 
9 сентября 2025 года Президент страны практически весь доклад акцентировал внимание на внедрении искусственного интеллекта во все сферы жизнедеятельности [3]. Это очень важно не только с позиции дальнейшего повышения эффективности управления госорганов, но и, самое важное, чтобы снизить информационное и экономическое неравенство. 
Развитие искусственного интеллекта через построение новой инфраструктуры обслуживания, доступа к информации, а главное, оценки работы госорганов обеспечит для граждан страны равный доступ ко всем информационным ресурсам, а значит, трансфер знаний из центра в регионы будет идти быстрее. Еще более важным является то, что информация, которой обладает центр, будет восприниматься в регионах одинаково.
К примеру, существование информацион­ного неравенства между населением в одном городе может создавать определенные проблемы для местных органов власти. Например, местному населению приезжающие высококвалифицированные мигранты могут быть конкурентами, а значить, мотивировать население к образованию и изучению новых дисциплин, с одной стороны, с другой стороны, местное население может негативно относиться как к тем лицам, которые отнимают рабочие места у местного населения. Или, например, приезд низкоквалифицированных мигрантов может создавать положительную реакцию для выполнения различных работ с одной стороны, а с другой – негативную реакцию и раздражать население, особенно если они отличаются традициями, религией или уровнем знания языка.
С позиции увеличения занятости в регионах важны как высококвалифицированные, так и низкоквалифицированные специалис­ты. Высококвалифицированные специалисты являются стимулом для развития новых отраслей и предприятий, тогда как низко­квалифицированные специалисты необходимы для выполнения большого ­объема ручной работы, особенно в сфере строительства, сельского хозяйства, обслуживания ЖКХ, переработки и других секторов. То есть, если в регионе таких специалистов не хватает, то они могут привлекаться из других регионов и даже стран для развития ключевых направлений экономики.
При опросе работников по строительству дорог в Абайской области они отмечали, что приехали на вахтовую работу из других районов области. Из-за информационного неравенства такие специалисты работали без договоров и могли потерять зарплаты при различных рисках работодателей. А, более того, они работали только по устному соглашению на период только 3 месяца. При эффективном планировании и уровне корпоративной ответственности, при завершении строительства и монтажа основных автомагистралей, такие вахтовые работы могли бы перемещаться по строительству региональных дорог, когда по стране еще тысячи километров разбитых дорог. Это обеспечило бы гарантией, чтобы такие специалисты принимались по договору и обучались для улучшения качества строительства дорог, а главное – для получения контрактов от бюджета других областей.
То же самое: информационное неравенство в регионах создает угрозу и для туризма. Граждане, которые путешествуют в другие регионы и страны, воспринимают туристов как источник дохода и множество других возможностей для бизнеса. А те, что не выезжали из своего региона, особенно молодежь и рабочий класс, воспринимают туристов как чужих и во многом нагнетают обстановку. Одна конфликтная ситуация с туристом на медиапространстве с участием таких лиц может похоронить миллиарды инвестиций на создание туристического имиджа региона.
Поэтому с точки зрения развития регионов, в центральном аппарате Правительства, в особенности со стороны кураторов по областям, не должны бояться, чтобы население, жители в регионах получали больше информации о возможностях своего края и, тем более, для обмена опытом и знаниями. Акиматы, наоборот, должны стимулировать приезд в регион большего количества специа­листов или отправлять своих специалистов в другие области, особенно исследователей, для обмена опытом и раскрытия потенциала регионов. Снижение информационного неравенства между центром и регионами будет улучшать гражданскую позицию населения в областях, а значит – снижать искажения между отчетами и реальностью.
Одним из важных направлений улучшения регионов – это ориентация на специализацию. По опыту Китая важно специализировать не просто отдельные предприятия, но и целые города и села. К примеру, в Китае сегодня в одном городе могут производить только одежду, а в другом – только компьютеры или автомобили. У нас это тоже есть: например, в одном из поселков жители фокусируются на выращивании картофеля, в другом селе – на зерновых. Но в некоторых селах многие производства и предприятия потеряны. Мы в этом убедились в поездке путем опросов.
При посещении одного из сел Абайской области, житель села отметил, что в советский период село славилось овцеводческим хозяйством, где только в его селе была ферма на 70 тысяч овец. А значит, на ферме нужны были специалисты, исследователи, лаборанты, в особенности инженеры, по заготовке пастбищ, улучшению рациона питания, откорму, селекции и т. п. В настоящее время на селе работы нет, а население уезжает в города, а те, кто остался, продают копченую рыбу или свою продукцию вдоль автомагистралей.
При посещении села Костанайской области один из опытных жителей села также отмечал, что работы сейчас в селе мало. В советский период, он говорил, что элеваторы стояли на каждые 25-30 км, сейчас рядом не осталось ни одного и нужно везти 200–300 км. Кроме того, если раньше в селе был автопарк сельхозтехники, то сейчас не осталось ничего. А значит, фермер к весне не может обрабатывать и сажать в нужном объеме, и конечно собирать своевременно урожай. Поэтому сельчанин решил переехать в моногород Житикара, чтобы зимой не замерзнуть и остаться без еды.
Из таких примеров складывается картина того, что, с одной стороны, регионы потеряли специализацию, которая стала поводом для оттока специалистов, а с другой – к исчезновению множества сел. Согласно статье Жанат Ардак [4], за последние десять лет в Казахстане упразднено 914 сел и сельских округов, а с 2009 года – 1481.
Поэтому важно акцентировать каждое село и город на определенную специализацию, а еще создавать взаимосвязанные предприятия, развивая различные кластеры. Только так можно обеспечить рост производства в регионах, а значит – эффективный товарообмен и экспорт. Здесь важно отметить, что концентрация определенных сел и городов на 2-3 специализации позволяет быстрее поднять уровень производства, а значит – привлечь в эти регионы необходимых специалистов. Это также позволит создать и сформировать более крупные кластеры, которые смогут, выводить новые инновации путем кооперации и развития технологий. Такой опыт трансферта важен. Например, за счет изучения опыта кластеризации Германии, США и других центров, Китай за 20–30 лет смог выстроить целые промышленные города-кластеры, которые можно посмотреть на примере на сайте «Сапсан» [5]. Небольшой опыт по формированию уровня специализации есть у Казахстана по формированию моногородов и малых центров, а также примитивных кластеров. Однако кластерный подход – это совершенно новое направление, которое требует более широкого освещения и внимания на другом уровне.

Новые подходы и задачи

Из анализа видно, что регионам нужны новые драйверы роста. Практически все области имеют одинаковую картину: более-менее развитые областные центры и деградирующие сельские территории. Согласно статистическим данным, в Казахстане 89 городов, 27 из них – моногорода с населением 1,4 млн чел. Они производят около 40% промышленной продукции [6]. Опять же, к 2023 году, только у десяти моногородов были комплексные планы развития, несмотря на то что в стране действовала программа по развитию моногородов с 2012 по 2020 гг.
В целом моногорода, такие как ­Жанаозен, Риддер, Аркалык, Степногорск, Балхаш, Житикара и Каратау, стали своеобразными индикаторами слабых мест политики. Несмотря даже на наличие Комплексных планов, в реальности не создано условий для устойчивого развития – до сих пор отсутствует приток кадров, образование не соответствует требованиям рынка, инфраструктура устаревает, не идет развитие МСБ. 
Для иллюстрации: Жанаозен по-прежнему остается нефтяным центром без альтернативной экономики, тогда как п. Кендерли, несмот­ря на огромный потенциал, существует лишь на уровне концепции [1]. Что важно подчеркнуть из аналитического обзора, который подготовлен по инициативе МТСЗН РК и личной заинтересованности министра С. К.  Жакуповой в нахождении решений для развития социально-экономических индикаторов защиты населения и роста благосостояния населения г. Жанаозен, результатами исследования мы должны поделиться не только на уровне центральных органов власти, но и местных. Поэтому, следующим важным шагом является проведение тренингов-семинаров таких аналитических работ для широкого круга руководителей региона на местах, а главное – в селах. В этом, в первую очередь, должны быть заинтересованы не только аппарат Администрации Президента и Правительства РК, но и также национальные и зарубежные холдинги и компании, которые ведут добычу сырья в регионах, и не создают пока ценности для граждан регионов, а значит – не улучшают индикаторы регионального развития. К примеру, по программам развития страны, мы обнаружили, что запуск нового газоперерабатывающего завода в г. Жанаозен должен был завершен еще в 2023 году, а фактически в 2024 году – даже не был начат, пока на этом не заострил в своих Посланиях и совещаниях внимание Глава государства.
Совсем недавно, 25 августа 2025 года, Постановлением Правительства РК за № 679 утверждена Концепция регионального развития Республики Казахстан на 2025–2030 годы [7], которая должна стать новым толчком в развитии регионов. Удивительно, что утверждение данной Концепции совпало с завершением наших двух поездок в регионы. В данной Концепции большой акцент сделан на изучении как раз развития специализации, инфраструктуры, развитии агломераций, моно- и малых городов, сельских и приграничных территорий, а также системы региональных стандартов.
В Концепции также отмечается, что необходимо минимизировать региональные диспропорции для достижения устойчивой социально-экономической модели общества. Отмечено также создание условий для кластерного развития.
Большое внимание при реализации документа будет уделено усилению межведомственного взаимодействия между Аппаратом Правительства Республики Казахстан, центральными государственными и местными исполнительными органами, повышению бюджетной самостоятельности регионов, внедрению новых механизмов координации внутренних перемещений (ротации) государственных служащих, улучшению управления данными государственного сектора, а также совершенствованию системы ежегодной оценки эффективности деятельности центральных государственных и местных исполнительных органов.
Согласно Концепции, определены 9 целевых индикаторов на 2025–2030 гг., среди них: уровень обеспеченности социальными благами и услугами в соответствии с СРС, средний уровень износа сетей тепло-, электро-, водоснабжения и водоотведения, доля дорог местного значения в нормативном сос­тоянии, охват домохозяйств доступом к высокоскоростному интернету, темпы реального роста ВРП регионов страны к предыдущему году, объем инвестиций в основной капитал, доля ВДС малых и средних предприятий в ВВП, количество качественных рабочих мест и уровень централизованного и автоматизированного сбора данных при формировании аналитической отчетности по регионам. В целом программа Концепции включает 77 мероприятий для реализации.
Важно отметить, что по индикаторам и созданию условий для развития кластеров Концепция требует доработки. В программе из 77 мероприятий отмечено, что основной фокус кластеров будет сделан на медицину и образование. И это только одно мероприя­тие по развитию кластеров. А хотелось бы, чтобы в стране появились кластеры по ­нефтехимии, биотехнологиям, ИКТ и другие. Это требует выполнения очень большего количества мероприятий на различных уровнях. Более того, из нашего опыта, многие индикаторы еще повторяются с программ 2010 года и должны были достигнуты еще в 2015 году, но во многих селах областей до сих пор нет дорог, интернета, радио, газа или источников альтернативной энергетики. Поэтому важно обратить сегодня на такие индикаторы, которые качественно поднимут уровень мышления и культуры акимов и специалистов в регионах. Приятно, что в плане мероприятий есть обучение сельских акимов, но здесь важно обучать не только сельских акимов и специалистов, но и областных акимов и специалистов.
Еще более важным в условиях геополитических вызовов и глобальных климатических изменений является пересмотр важных измерителей регионального развития в контексте миграции, занятости и мобильности граждан. В планах предусмотрены пункты переселения, повышения занятости, но практически отсутствуют планы по развитию мобильности граждан, а главное в информационном обеспечении граждан для удовлетворения нужд экономики регионов. При этом многие условия и цели документа практически невозможно достичь без применения новых измерителей развития.

Новые измерители регионального развития

Для преодоления разрыва между «отчетной» и «реальной» экономикой предлагается ввести систему индикаторов регионального качества жизни, включающую:
1. Индекс человеческого развития региона­ (ИЧРР) – образование, занятость, здоровье.
2. Индекс территориальной связанности (ИТС) – доступ к транспортной и цифровой инфраструктуре.
3. Индекс экономической диверсификации (ИЭД) – соотношение между сырьевыми и несырьевыми секторами, уровень занятости в новых отраслях и стартапах.
4. Индекс доверия и вовлеченности населения (ИТВ) – измеряется через социологические опросы и общественную активность, через оценку работы не только акимов, но министерств, специалистов, а также различных компаний, работающих в регионе.
5. Индекс научной активности (ИНА) – доступ специалистов к научным центрам, библиотекам, базам данных, базам публикаций, базам патентов и др. Чем больше людей будут иметь доступ, тем больше шансов, что они выйдут с новыми идеями по улучшению или реализации различных проектов в своем регионе.
Кроме того, ряд индикаторов мы предлагали внедрить, которые включают корпоративную социальную ответственность и индикатор институциональной устойчивости [8]. Эти показатели очень важны, чтобы организации вели постоянную работу с местным населением и чувствовали ответственность перед гражданами.
Для регионов, которые соседствуют с соседствующими странами, важен такой индикатор, как объем транзита, реэкспорта и реимпорта, который должен учитываться и быть доступен в открытых данных страны. К примеру, такие индикаторы позволяют ОАЭ сегодня становиться новым центром международной торговли и бизнеса.
В условиях высокой закредитованности населения важно понимать, что кредиты банков сегодня направляются на покупку импортной продукции, а это напрямую влияет на возможность экономики расти и развиваться. Здесь важен индикатор кредитования отечественной продукции и предприятий. С одной стороны, полный запрет на кредитование импорта позволил бы резко снизить спрос на импорт, а индикатор кредитования отечественной продукции и предприятий позволил бы конкурировать банкам в новых нишевых направлениях. В условиях конкуренции и спроса это позволило бы инвестировать в новые виды производств в стране, а значит – создавать новые рабочие места.
В стране также имеются три области, которые не граничат с соседними странами: Акмолинская, Улытауская и Карагандинская. Для этих областей важен индикатор связанности с другими областями. В целом связанность регионов важна для каждой области, но из этих трех областей Улытауская имеет самую низкую связанность, которая не дает региону улучшить свои показатели. С другой стороны, эти регионы расположены рядом, что позволяет применить модели треугольника для усиления связи регионов и создания мобильности граждан и специалистов.
В реализации проектов в регионах граждане также сталкиваются с тем, что уровень оценки интеллектуального труда недостаточен, либо чужой труд и знания быстро присваиваются теми, кто имеет более высокую должность и доступ к различным ресурсам. Такое поведение приводит к тому, что интеллектуальный труд очень низко оценивается, а главное – реализаторами становятся, совершенно не понимающие в глубине вопросы развития комплексных и сложных устройств регионов, городов и сел. Такое случается также в центральных госорганах и в крупных компаниях. Это приводит к системным проблемам в экономике, в науке, в целом, – в реализации любых поставленных задач. Поэтому важным индикатором для внедрения является Индикатор этической ответственности (ИЭО) руководителей и специалистов. Этот индикатор должен определять соотношение руководителей по уровню специализации в определенной области через публикации и рекомендации ученых и экспертов. То есть, если у руководителя нет опыта работы, публикаций и образования, например, по управлению городами и селами, но его назначают на должность руководителя города или села, то это должен определять индикатор этической оценки мышления и культуры такого руководителя. Этот индикатор должен определять доверие граждан к такому руководителю или целому департаменту, или акимату. Более того, индикатор может включать такие проявления, как использование чужих идей как свои или использование авторов идей со стороны руководителей для увеличения бюджетов региона, но при этом не вовлекать авторов идей и инициаторов в реализации проектов, которые с этической точки зрения и с точки достижения результатов создают много вопросов и барьеров. Поэтому руководители должны, конечно, нести этическую ответственность при выявлении таких кейсов или жалоб авторов проектов.
Такая система измерителей позволит выстроить объективную и сопоставимую картину по всем регионам страны, заменив формальные показатели на реальные данные по созданию условий для экономик регионов, а главное – для роста благополучия населения. Важно, чтобы каждый регион включил такие индикаторы в комплексный план своего региона, а региональная политика формировалась на основе потребностей регионов.
Несмотря на то что регионы уже проводят огромную работу по достижению индикаторов, существуют различные факторы, в частности, человеческий и управленческий, которые не позволяют регионам развиваться равномерно. Поэтому постоянно необходимо совершенствовать региональную политику, а главное – мотивировать специалистов в регионах для того, чтобы обеспечить регионам лидерство.
Главный вывод исследования: реальное развитие регионов Казахстана требует пересмотра критериев успеха и многих вопросов. Необходимо перейти от статистической иллюзии к аналитическому реализму, где во главе стоят не проценты прироста ВРП или определенные проекты государства, а человеческий капитал, доверие, устойчивость и качество жизни и инфраструктуры. 
Мы специализируемся на прикладных исследованиях уже более 20 лет, и у нашей исследовательской группы есть ряд практических рекомендаций для достижения более высоких результатов в развитии регионов. Для подготовки финальных рекомендаций необходима поддержка со стороны Администрации Президента и Правительства РК. 

Нурбек АЧИЛОВ, 
MA, MBA, экономист, 
эксперт-аналитик,
член Американской ассоциации экономистов 

Ризвангуль САДЫКОВА, 
Ass. Prof., PhD, MD, MA, LLM, 
лектор, эксперт по международным 
отношениям и публичному праву

г. АСТАНА
Продолжение следует...

ИСТОЧНИКИ
1. Садыкова Р. Е., Ачилов Н. Т. (2024). Проект развития Мангистауской области: «Жанаозен – мой город ­будущего». – Астана: МТСЗН РК.
2. Ачилов Н. Е, Ачилов Н. Т. (2025). Проект развития миграционной политики РК. – Астана: ЦРТР МТСЗН РК. 3. Токаев К.-Ж. (2025). Послание Главы государства Касым-Жомарта Токаева народу Казахстана «Казахстан в эпоху искусственного интеллекта: актуальные задачи и их решения через цифровую трансформацию». Ссылка: https://www.akorda.kz/ru/poslanie-glavy-gosudarstva-kasym-zhomarta-tokaeva-narodu-kazahstana-kazahstan-v-epohu-iskusstvennogo-intellekta-aktualnye-zadachi-i-ih-resheniya-cherez-cifrovuyu-transformaciyu-885145 
4. Жанат Ардак (2025). Казахстан потерял уже 1,5 тысячи сел. Ссылка: https://www.inbusiness.kz/ru/news/kazahstan-poteryal-uzhe-1-5-tysyach-sel 
5. Сапсан (н. д.), Список кластеров Китая по специализации, ссылка: https://sapsan-logistics.ru/spisok-klasterov-po-specializacii
6. Акимат Акмолинской области (2023). 1,7 трлн тенге потратят до 2027 года на развитие 10-ти моногородов в Казахстане. Ссылка: https://www.gov.kz/memleket/entities/aqmola/press/news/details/616825?lang=ru 
7. Концепции регионального развития Республики Казахстан на 2025 – 2030 годы. Ссылка: https://adilet.zan.kz/rus/docs/P2500000679 
8. Садыкова Р. и Ачилов Н. (2025). Моногорода: Проблемы и перспективы, часть 2. Ссылка: https://mysl.kazgazeta.kz/news/16444