• Исторические страницы
  • 24 Марта, 2013

СОБИРАТЕЛЬ КАЗАХСКИХ ЗЕМЕЛЬ

Султан-Хан Аккулы 95-летию Автономии «Алаш-Орда» посвящается (Окончание. Начало в №№ 1, 2) Свою первоочередную задачу А. Букейхан видел в восстановлении прав казахов на собственные земли и территории, не допуская при этом жесткого, тем более, кровопролитного сопротивления со стороны русских переселенцев, казаков и других. И образование Временным правительством в апреле 1917 года Главного земельного комитета для разрешения земельного вопроса давало ему карт-бланш в этом вопросе. Тургайскому областному комиссару удалось-таки найти тонкое решение сложного узла земельного вопроса в пользу казахов в подвластных ему областях, не вызывая особых нареканий со стороны переселенцев и их представителей. В этом можно убедиться из последующих событий. По его инициативе и рекомендации, только в апреле 1917 года в ряде областей прошли областные казахские съезды.1 В частности, 2-8 апреля в Оренбурге, под председательством А. Байтурсынулы состоялся Тургайский областной съезд, где помимо самых актуальных вопросов текущего момента, как требование к учредительному собранию о провозглашении России демократической федеративной республикой, избрание депутатов учредительного собрания от казахского населения области, образование гражданских управленческих комитетов от аула до уровня области, под шестым пунктом были приняты следующие решения: 1. Казахи считают справедливым изъятие земель из их владения на государственные надобности после землеустройства их самих, на основаниях, которые установит учредительное собрание. 2. Незаселенные участки, отрубы, оброчные статьи, скотоводческие, церковные, монастырские, а также незаконно отчужденные на курорты участки должны быть немедленно возвращены их прежним владельцам впредь до разрешения аграрного вопроса в учредительном собрании, а также оставленные за негодностью старожилами-переселенцами участки переходят прежним владельцам. Незаконно сданные в долгосрочную аренду скотоводческие участки должны быть возвращены владельцам. 3. Должны быть приостановлены землеустроительные работы в степных областях и Туркестане. Должно быть приостановлено выселение казахов, усадебные места которых сейчас находятся на незаселенных участках. В дачах единственного владения казны, куда были замежеваны казахские усадебные места, покосы, пашни и пастбища, должно быть новое размежевание, с возвращением казахам незаконно замежеванных казахских усадеб и угодий. В этих дачах должно быть допущено бесплатное сенокошение и пастьба скота зимою. Выращенные казахами лесные насаждения должны быть возвращены старым владельцам. Бедным казахам, живущим вблизи лесных дач, должен быть отпущен лес на домообзаводство. Еще одним важным решением, принятым Тургайским областным съездом казахов от 2-8 апреля 1917 года, являлся вопрос об образовании «особого организационного бюро» во главе с А. Букейханом, которому поручены выработка программы и определение места и даты созыва Первого всеказахского съезда.2 Предстоящий съезд был призван «объединить весь казахский народ, выяснить и обсудить его наиболее острые нужды». Забегая вперед замечу, что Первый всеказахский съезд решение Тургайского съезда по земельному вопросу расширил от трех пунктов до 14, подтвердил требование к Учредительному собранию о провозглашении России демократической федеративной парламентской республикой и впервые выдвинул требование о предоставлении казахским областям автономии и необходимость замены постоянных войск народной милицией (национальной армией). Эти постановления Первый всеказахский съезд примет в июле. Но до него, 20-28 апреля, в Оренбурге состоялся еще один весьма важный, можно сказать, показательный форум – Тургайский областной съезд казаков под председательством агронома Сириуса, с участием представителей казахов. На нем Ахмет Беремжанов избран товарищем (заместителем) председателя съезда, Тургайский областной комиссар Алихан Букейхан – почетным председателем. Показательным является тот факт, что съезд казаков «целиком поддержал постановление областного казахского съезда по земельному вопросу и решил присоединиться к нему». Более того, «на съезде казахи и казаки обменялись рукопожатиями и по-братски обнялись. Взаимно обязались дружить, потенциальные земельные конфликты обсудить и решить на общем гражданском комитете». (Ориг.: «Жер туралы қазақ сиезі жасаған қаулыны қабыл алды. Сиезде отырған қазақ мен мұжық қол алысып, бауыр болып құшақтасты... Енді мұжық-қазақ дос болайық, шекарадағы аз таласты мәмілесіп, комитетіміз арқылы бірігейік десті».)3 По следам этих съездов, на втором заседании от 20 мая 1917 года, Главный земельный комитет принял декларацию с заверениями в том, что при будущей земельной реформе все земли сельскохозяйственного назначения перейдут в пользование земледельческого населения, но откладывал окончательное решение земельного вопроса до Учредительного собрания. Вслед за этой декларацией, Букейхан через газету «Қазақ» обратился к народу с призывом подойти к решению этого вопроса взвешенно и обдуманно: «Относительно земли мы терпели бесчисленный произвол. Когда речь идет о земле, нельзя оставаться равнодушным. Поскольку земля – это самый основной жизненный вопрос. К этому вопросу нужно подойти с умом и взвешенно, без лишних «претензий, конфликтов и сутолоки». Проявление нашим народом сдержанности и мирного сосуществования до Учредительного собрания – гарантия его будущего благополучия». (Ориг.: «Жер туралы көрген зорлық көп. Жер десе дірілдемей болмайды. Сонда да жер мәселесі негізгі ғұмыр мәселесінің ең зоры. Жер ісін «ала қашты, тартып алды, тиіп кетті» қылмай, ақылмен, сабырмен атқарған оң. «Учредительное собраніе»-ге шейін жұрт шыдап, татулық қылған ғұмыр – жұртымыздың ілгері тілегіне жөн».)4 Для безусловного признания Казахской национальной Автономии «Алаш» и утверждения ее конституции, Алихан готовился к предстоящему учредительному собранию основательно. Основной целью созыва Первого всеказахского съезда было создание самостоятельной политической партии «Алаш», определение и выдвижение списка кандидатов от партии «Алаш» на выборы депутатов учредительного собрания. Выборы были назначены на 17 сентября, выдвижение партийных списков намечено за месяц вперед – 17 августа. В июле 1917 года он предварительно простился с кадетской партией. Как сам он объяснял причину своего выхода из партии кадетов, летом 1917 года у него возникли резкие разногласия с другими членами ЦК по трем принципиальным вопросам. ЦК кадетов теперь выступал за введение частной собственности на землю, тогда как Букейхан был убежден, в случае получения казахами земли в собственность, за короткий срок они продадут ее русским крестьянам, по печальному примеру башкиров, и останутся ни с чем. Кроме того, ЦК кадетов в решающий момент вдруг стал выступать против Автономии казахов и отделения религии от государства. В протест этого, Букейхан покинул ЦК кадетов и вышел из партии, сразу же приступив к организации партии «Алаш», о чем информировал Первый всеказахский съезд, проходивший 21-28 июля 1917 года в Оренбурге.5 Съезд утвердил список депутатов и кандидатов к ним от каждой области, всего 78 имен, из них 43 претендента были избраны в депутаты Учредительного собрания от партии «Алаш». Хотя, в силу быстро меняющейся ситуации как в Казахстане, так в целом по России, Учредительный съезд партии так и не состоялся, чтобы утвердить устав и программу партии, а также избрать ее лидера и руководящие органы. Проект программы партии был опубликован в газете «Қазақ».6 Тем временем, в связи с вероломным захватом большевиками власти, ситуация в России поменялась коренным образом, о чем Букейхан, будучи председателем Автономии «Алаш-Орда», подробно изложил в докладной записке в Совет министров Сибирской автономии в июле 1918 года. Добиться признания и политической легализации своей Автономии на территориях 9 областей, Букеевской орды Астраханской губернии и смежных казахских волостей Алтайской губернии, оказалось куда более сложной задачей, нежели ее провозглашение, особенно, когда одну самопровозглашенную всероссийскую власть сменяла другая каждые два-три месяца. И перед каждой новой всероссийской властью глава «Алаш-Орды» Алихан Букейхан упорно и аргументированно отстаивал право казахов именно на эти земли и территории, заявляя, что «Автономия «Алаш» объединяет шестимиллионное казак-киргизское население Казакского Края, никогда не входившего в состав Сибири и Туркестанских областей; Автономия «Алаш» занимает территорию, имеющую форму почти круга, составляет крупную, с десятимиллионным населением политическую единицу».7 Например, в результате переговоров с Комитетом членов всероссийского Учредительного собрания («Комуч»), лидеру «Алаш-Орды» удалось добиться, во-первых, «временного признания» Автономии «до утверждения Учредительным собранием положения о правах Автономной области «Алаш», а во-вторых – временного включения в состав «Алаш» «спорных участков и территорий».8 Здесь важно подчеркнуть, что ни до Февральской революции, ни в период существования национально-территориальной Автономии «Алаш» в 1917–1920 годах и ни в годы строительства Казахского советского государства, Букейхан и его соратники по «Алаш-Орде» не преследовали и не добивались выселения русских крестьян-переселенцев, т. н. «немецких колонистов» и «хохлов» (как их называли сами переселенцы и царские чиновники. – Прим. автора), а также казаков и многих других с занятых ими земельных участков и угодий с дальнейшей депортацией в Россию. Во всех своих трудах, исследованиях, статьях и заметках, Алихан рассматривал все перечисленные категории переселенцев как жертв «бездумной колонизаторско-захватнической политики» царских властей. После падения самодержавия, будучи комиссаром Временного правительства, он не допускал самосуд казахов над переселенцами или насильственного выселения их с занятых участков. Об этом свидетельствует его телеграмма от 19 мая 1917 года, отправленная им, будучи Тургайским областным комиссаром, из Оренбурга: «Если казахи аула № 2 Илекской волости, сидящие ныне на участке № 434, не согласны жить на условиях и на том месте, кои указаны в протоколе от 13 мая 1917 г., составленном председателем облуправы Ткаченко и товарищем председателя Кадырбаевым, то они будут силою выдворены. Русским будет проведена борозда – грань, за эту грань казахи скот пускать не должны, травить луга и посевы не должны. Прошу не ссориться с русскими, жить в ладу. В противном случае казахи будут наказаны. Тургайский областной комиссар А. Букейханов».9 Поскольку заселение казахских степей русскими переселенцами он признавал как свершившийся факт. По этому поводу накануне объявления Автономии «Алаш» Алихан написал следующее: «В Уральске, Акмолинске, Семипалатинске много мужиков (русские крестьяне-переселенцы) соседствуют с нами: в этих областях мужик и казах смешались. Если решим оставить этих казахов и отделиться, чтобы жить обособленно, то эти казахи останутся среди русских; если пытаться их переселить, то эти казахи вряд ли покинут земли предков, а если покинут – будет глупо. Самые плодородные земли казахов там, где они живут вперемежку с мужиками. В случае объявления казахами своей автономии, есть надежда, что наши русские останутся с нами. Наша национальная автономия, в силу обстоятельств, станет не братской автономией, а территориальной. Похоже, что внутренние русские поддерживают это». (Ориг.: «Орал, Торғай, Ақмола, Семейде көп мұжық бізбен қоныстас; бұл облыстарда мұжық пен қазақ қым-қиғаш аралас. Мұжықпен аралас қазақты тастап, ылғи қазақ болып шығамыз десек, қазақ орыста қалады, қазақты бұл жерден көшіріп аламыз десек, бұл қазақ ата қонысынан көшпес; көшсе ақылсыздық болады. Қазақ жерінің ең жақсысы осы мұжықпен аралас отырған жер. Түбінде қазақ ұлты бір автономия бола қалса, іштегі орысты ала кетеміз бе деген үміт. Біздің қазақ ұлтының автономиясы енді тұрмыс халда туысқан автономиясы болар емес, жерге байлаулы автономия болмақ. Ішіндегі орыс мұны мақұлдайтын көрінеді».)10 Позднее, если внимательно вчитаться в содержание постановления Второго всеказахского съезда от 5-13 декабря 1917 года, образовавшего Автономию «Алаш», то там нет ни слова о выселении переселенцев с занятых земель и депортации их во внутренние губернии России. Зато в этом постановлении, как и во всех последующих официальных документах «Алаш-Орды», а также в протоколах переговоров бывших лидеров «Алаш-Орды» с вождями советской власти, четко перечисляются все земли и территории, подлежащие немедленному возврату в собственность казахского народа, как, например, в постановлении Первого всеказахского съезда от 21-28 июля 1917 года: «1. До полного переселения казахов в своих участках, казахские участки не должны быть населяемы никем. 2. Все следующие участки, отобранные у казахов, должны быть немедленно возвращены последним. Участки дворянские, скотоводческие, торгово-промышленные, курортные, монастырские, отрубы, оброчные статьи, участки, выданные частным лицам, показательные поля, но, в действительности, отданные гарнизонам и другим. 3. Прекратить запись в свободные участки и т. д.».11 Далее. В ходе же переговоров с Сибирской автономией о взаимном признании, состоявшихся 13-26 июля 1918 года в Омске, между А. Букейханом и лидерами Сибирской автономии возникали многочисленные разногласия, а порой и конфликты по поводу принадлежности Семипалатинской области, Кустанайского уезда и других районов, как это отмечает в сборнике документов составитель Н. Мартыненко.12 Эти переговоры завершились взаимным признанием, но вскоре место Сибирской автономии заняло очередное Временное всероссийское правительство, образованное 23 сентября на государственном совещании в Уфе («Уфимская директория»), которое своим указом от 22 октября (4 ноября) 1918 года постановило «Правительство «Алаша» – «Алаш-Орду» считать прекратившим свое существование». Но реально свое существование прекратила сама «Уфимская директория» 18 ноября того же года. Она была разгромлена т. н. «Омским правительством» во главе с «Верховным правителем» адмиралом Колчаком, избранным в тот же день. Даже после появления «Омского правительства» глава «Алаш-Орды» Букейхан так же твердо, упорно и с конкретными фактами на руках продолжал отстаивать право своего народа на автономию на территориях тех же областях и губерниях. Например, на заседании предварительной межведомственной комиссии Омского правительства по устройству казахского народа от 11 февраля 1919 года, лидер «Алаш-Орды» заявил о правах казахов на Петропавловский уезд Акмолинской области, акцентируя внимание комиссии на незаконной захватнической политике царской власти: «Политика переселенческого управления в наших областях была политикой завоевательной по преимуществу. Казакское население постепенно вытеснялось из своих зимовок, у него отнимались мечети, в которых переселенцы держали телят... В 1911 году, на основании высочайше утвержденного мнения совета министров, участки земли можно было сдавать в аренду скотоводам на 36 лет. Переселенческое управление стало нарезать участки в 15 000 десятин, 10 000 и т. п. и раздавать их разным лицам. Таким получил громадный участок товарищ председателя Государственной Думы Варун-Секрет в Петропавловском уезде Акмолинской области, 15 000 десятин получил в аренду граф Потоцкий. Мнение совета министров, противоречащее закону, где сказано, что могут сдаваться в аренду участки не больше 25 десятин, создало совершенно ненормальное земельное отношение в степи. Казаки принуждены арендовать собственные земли. Мы требуем, чтобы... не повторять ошибок прошлого, не делать того, что делалось до Февральской революции. Мы просим вернуть земельный вопрос в то положение, в каком он был при Временном правительстве Львова-Керенского».13 Кроме того, Букейхан с такой же решительностью стоял за право Автономии «Алаш» на создание собственной армии: «В вопросе о милиции вы меня не поняли. Милиция наша – это войско. Оно уже фактически существует: 700 наших джигитов находятся на фронте в Семиречье, 540 человек у Троицка, 2000 человек в Уральской области. Когда вы читаете сообщения об успехах на Семиреченском фронте, то знайте, что эти успехи достигнуты благодаря нашим отрядам... Армия должна быть организована наподобие казачьих войск, с самостоятельным войсковым управлением».14 Алихан был реалистом: гибким и прагматичным политиком, дальновидным государственным деятелем. Для него, как главе юной национальной Автономии, было важнее всего сохранение этого автономного образования в пределах исконных казахских территорий и земель, во имя чего он был готов пойти на компромисс с большевиками, несмотря на наличие непримиримых противоречий с их вождями, относительно формы государственного управления и подлинного народовластия, что ярко выразилось в памятке крестьянам, солдатам и рабочим от 1 декабря 1917 года.15 После переезда Народного совета Автономии «Алаш-Орда» в город Алаш в марте 1918 года, А. Букейхан предпринял первую попытку вступить в переговоры с В. Лениным и И. Сталином. Замечу, что это произошло еще задолго до начала переговоров с «Комучем» в июне того же года. По свидетельству С. Букейхана, младшего брата лидера «Алаш», на заседании правительства, состоявшемся в начале марта в доме казахского купца Жумеке Оразалина, Алихан Букейхан предложил своим соратникам признать власть большевиков и заключить с ними мир, заявив: «Мы слабые: у нас нет оружия и не достаточно сил, чтобы долго сопротивляться им». Тогда большинством голосов членов Народного совета это предложение был отвергнуто.16 К тому же, переговоры с В. Лениным и И. Сталиным по прямому проводу прервались из-за резкого ухудшения положения самой Красной армии в Сибири, северных и северо-западных областях Автономии «Алаш». Осенью 1919 года, когда стало ясно неминуемое поражение армии адмирала Колчака, глава «Алаш-Орды» предпринял попытку возобновить переговоры с советской властью. Но в этот раз вожди большевиков имели все возможности диктовать условия присоединения Автономии «Алаш» к советской власти, нежели в марте 1918 года. Здесь важно подчеркнуть, что право казахов на 9 областей, Букеевскую орду Астраханской губернии и смежные казахские волости Алтайской губернии, а также Петропавловский уезд Акмолинской области (ныне Северо-Казахстанская область) Букейхан упорно и последовательно отстаивал сперва перед Временным правительством, а затем и перед советскими вождями, как законную территорию Автономии «Алаш», исконные земли казахов, которые сегодня являются составной и неотъемлемой частью современного независимого Казахстана. В завершении статьи можно добавить две малоизвестные страницы истории Казахстана 1919–1920-х годов, когда в Кремле шли непростые переговоры по определению границ между Казахской автономией и РСФСР. Первая история повествует о том, как 29-летнему Алимхану Ермекову удалось отстоять перед основателем и вождем советской власти В. Лениным тогда еще Гурьевскую, ныне нефтегазовую кладезь Казахстана – Атыраускую область. Небольшая цитата из его письменных воспоминаний была обнародована Жаиком Бектуровым в 1989 году в карагандинской областной газете «Орталық Қазақстан», в статье «Үш Әлекең».17 По сведениям ныне покойного Ж. Бектурова, рукопись этих воспоминаний хранится в архивах М. Ермекова, родного сына А. Ермекова, писателя Г. Мусрепова. Вторая история, более известная, о том, как Ахмет Байтурсынулы одним письмом во ВЦИК СНК вернул Кустанайский уезд из состава Челябинской области России под юрисдикцию Автономной республики. Сегодня, как известно, Кустанайская область является житницей независимой страны, где ежегодно собирается урожай, по крайней мере, ¼ зерна Казахстана. Удалось бы А. Ермекову и А. Байтурсынулы отстоять и вернуть казахам эти области, если за ними не стояла мощная фигура лидера нации А. Букейхана, с его неоспоримыми научными и историческими фактами, аргументами и архивными документами, подтверждающими незаконный захват этих земель царскими колониальными властями? Букейхан сам непосредственно участвовал в переговорах, точнее, на заседаниях Совета народных комиссаров РСФСР, в Кремле, во главе казахской делегации, когда обсуждался вопрос определения границ Казахстана и России. Но он, чаще всего, предпочитал находиться в тени своих коллег, но снабжая и вкладывая в уста своих, более молодых соратников, например, того же А. Ермекова, те или иные неоспоримые аргументы и факты. Или другой пример. В своем письме с требованием возврата Кустанайского уезда, А. Байтурсынулы использовал не только факт своего рождения и работы учителем в этом уезде, но для пущей убедительности привел факты незаконного захвата казахских земель в уезде казаками и переселенцами, приведенные в статье А. Букейхана «Будущая пустыня» от 1908 года.18 Факт участия Букейхана в обсуждениях границ в руководящей роли подтверждается воспоминаниями А. Ермекова, так и следующим архивным документом, предоставленным РГАСПИ. Это выписка из протокола заседания Политбюро ЦК РКП(б) от 8 марта 1920 года под пунктом 17 о вызове Букейханова на заседание Совнаркома, в котором его имя фигурирует как «члена Кирревкома».19 Это совершенно новое и действительно сенсационное сведение. Поскольку по официальной историографии Казахстана, из бывших членов правительства «Алаш-Орда» лишь один Ахмет Байтурсынулы входил в состав Казревкома. В 1928 году Букейхан написал и опубликовал в журнале «Народное хозяйство Казахстана» небольшой, но очень ценный научный очерк под заголовком «Сельское хозяйство Кара-Калпакской области».20 До июля 1930 года Каракалпакская автономная область еще оставалась в составе Казахской АССР. Этот свой очерк лидер «Алаша» поспешил опубликовать из-за опасения планируемого переподчинения области непосредственно РСФСР или же чисто в научных целях, доподлинно неизвестно. Но Кара-Калпакская автономная область 20 июля 1930 года была выведена из состава Казахской АССР и переподчинена непосредственно РСФСР, а 5 декабря 1936 года – передана в состав Узбекской ССР, которая в 1930 году успела приобрести в качестве новой столицы еще и город Ташкент. Стоит ли напоминать, что в 1918–1924 годах Ташкент являлся столицей Туркестанской АССР под руководством Т. Рыскулова и С. Ходжанова и до 1930 года фактически оставался в составе Казахской АССР. В Ташкенте издавались газета «Ақ жол», журнал «Шолпан», казахской национальной интеллигенцией был открыт Среднеазиатский государственный университет – САГУ, на базе которого возник сегодняший Ташкентский государственный университет – ТашГУ. Еще раньше, в 1925 году, столица КазАССР была перенесена из Оренбурга в Кызыл-Орду, город Оренбург вместе с одноименной областью был включен в состав РСФСР. Но эти территориальные переделы происходили в отсутствии А. Букейхана не только в руководстве республики, но и вообще в пределах родных степей. С 1922 года лидер «Алаш-Орды» был заперт в «московскую клетку», из которой мог вырваться в родные края лишь изредка. В заключение предлагаю внимательно изучить карту Казахстана до 1930 года, опубликованную в 1985 году исследователями из Общества изучения Центральной Азии Оксфордского университета.21 В ней нельзя не увидеть, что к этому моменту территория Казахстана обрела форму «почти круга», очерченную лидером «Алаш-Орды» еще в 1918–1919 годах, когда упорно и последовательно отстаивал право казахов на эти территории перед всеми «всероссийскими» властями. По этой карте можно также убедиться в том, что вследствие отделения Оренбургской области и Каракалпакской автономной области, Казахстан «обрел» нынешнюю форму своей территории. Доживи А. Букейхан до сегодняшних дней, наверняка, повторил бы слова, сказанные накануне провозглашения Автономии «Алаш-Орда»: «Нам немало и этих земель, лишь бы их сохранить и освоить». Султан-Хан АККУЛЫ Прага, декабрь 2012 года Литература 1. 19-22 апреля в Уральске состоялся также областной съезд казахов под председательством Д. Досмухамедова. Алаш-Орда. Сборник документов. Сост. Н. Мартыненко. Алматы: «Айқап», 1992, с. 36-45. 2. Алаш-Орда: Сборник документов. Сост. Н. Мартыненко. Алматы: «Айқап», 1992, с. 26-27. 3. Қыр баласы. «Торғай облысының мұжық-казағының сиезі». «Қазақ», газ., № 229, 1917 ж. Орынбор. 4. Қыр баласы. Жер комитеті. «Қазақ», газ., № 227, 1917 ж. Орынбор. 5. Ғали хан. Мен кадет партиясынан неге шықтым? «Қазақ» газ., № 256, 23 желт., 1917 ж. Алаш (Семей). 6. Бөкейханов Ғ., Байтұрсынұлы А. «Алаш» партиясының программасының жобасы. «Қазақ» газ., № 251, 21.11.1917 ж. Орынбор. 7. Алаш-Орда: Сборник документов. Составитель Н. Мартыненко. Алматы: «Айқап», 1992, с. 126. 8. Алаш-Орда: Сборник документов. Составитель Н. Мартыненко. Алматы: «Айқап», 1992, с. 148. 9. ЦГА РК: Ф. 17, Оп. 1, Д. 23, Л. 11. История Западного отделения «Алаш-Орды». Сборник документов и материалов. Т. 1, Уральск, 2012. 10. Қыр баласы. Жалпы Сібір сиезі. «Қазақ» газ., № 251, 1917 ж. Орынбор. 11. Алаш-Орда: Сборник документов. Сост. Н. Мартыненко. Алматы: «Айқап», 1992, с. 47. 12. Там же: с. 122. 13. Там же: с. 140. 14. Там же: с. 143. 15. Букейхановъ, А. Н. Призыв комиссара. Памятка. Крестьянамъ, рабочимъ и солдатамъ. ЦГА РК: ф. 17, оп. 1, д. 21. 16. Бөкейхан С. Әлекеңнің өмірі. «Жұлдыз», журн., № 3, 1996, с. 102-125. 17. Бектуров Ж. Үш Әлекең. «Орталық Қазақстан» газ., 1989. Карағанды. 18. Старый Степнякъ. Будущая пустыня. «Сибирскіе вопросы», журн, № 45-46 от 1908, с. 19-27, СПб. 19. РГАСПИ: ф. 17, оп. 3, д. 65, пункт 17. 20. Букейханов. «Сельское хозяйство Кара-Калпакской области». Кзыл-Орда. Оттиск из журнала «Народное хозяйство Казахстана», №№ 11-12, 1928, с. 251-268. К.-Орда, 1929. 21. Society for Central Asian Studies. Kazakhs on Russians Before 1917. A. Bukeykhanov, M. Dulatov, A. Baytursynov, T. Ryskulov. Reprient series № 5. Oxford, 1985.

1550 раз

показано

0

комментарий
Предыдущая статья Изучение архивных материалов движения «Алаш»
Следующая статья ЗАГАДКИ «САМАРСКОГО ПЕРИОДА»

Подпишитесь на наш Telegram канал

узнавайте все интересующие вас новости первыми

ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ

Ваш электронный адрес не будет опубликован. Обязательно заполните поля *

22 Октября, 2020

Скачать (PDF)

Редактор блогы

Аяған Өтенұлы Сандыбай

Блог главного редактора журнала «Мысль»