• Культура
  • 30 Сентября, 2020

КАЗАХСКАЯ ЭТНОГРАФИЧЕСКАЯ ШКОЛА

Серик АЖИГАЛИ,
этнолог, археолог,
доктор исторических наук, профессор

Термин «казахская этнографическая школа послевоенного периода, или второй половины XX века» был введен нами для определения крупного и важного этапа становления и развития этнографической науки в Казахстане. Он был, в первую очередь, связан с плодотворной деятельностью академического научного подразделения – а именно Отдела этнографии/этнологии ИИЭ им. Ч. Ч. Валиханова, из которого в течение полувека вышел большой отряд профессиональных этнографов нашей страны, в том числе около 70 кандидатов и докторов наук. При этом важное научно-теоретическое и научно-организационное значение этой небольшой структуры, в которой работала плеяда крупных исследователей-первопроходцев, и достижения которой были востребованы представителями многих смежных научных дисциплин, конечно, не было адекватным формальному статусу «отдела», курирующего этнографическую работу в республике.

Следует признать, что именно создание научной этнографической школы в Казахстане явилось важнейшим достижением этой небольшой структуры. Основополагающий вклад в ее развитие внесло первое поколение ученых – этнологов и антропологов республики, посвятивших себя неизученному направлению науки: исторической этнографии казахов. Достижения этой школы нашли выражение в коллективной разработке всех основных проблем данного особо актуального в послевоенный период научного направления, подготовке и издании большого числа научных работ, среди которых немало монографий по неисследованной проблематике.
Чтобы оценить значение казахской этнографической школы, достижения которой в настоящее время требуют широкого обнародования, необходимо обратиться к истории науки. Организационное оформление, становление академической этнографии в Казахстане во 2-й половине 1940-х – 50-х гг. было вполне закономерным. Образование самостоятельного Отдела этнографии при организации после войны Института истории, археологии и этнографии было продиктовано не только политикой государства в области науки, но и определенным заделом, научными традициями в исследовании культуры и быта казахов и других народов Казахстана. Перед этнографами изначально ставились важные задачи исследования традиционной культуры казахов, других этносов рес­публики, изменений, происходивших в культуре и быту в тот период – прежде всего на основе полевых изысканий. Серьезной проблемой являлась подготовка кадров. Поэтому были вскоре налажены тесные научные связи с московскими и ленинградскими учеными как в деле совместного полевого исследования (экспедиции 1947, 1949 гг.), так и в плане подготовки молодых специалистов. В начале 1950-х гг. под их руководством защитили кандидатские диссертации первые профессиональные этнографы в Казахстане – И. В. Захарова, Г. Н. Валиханов, В. В. Востров, Р. Д. Ходжаева.
Несомненно, послевоенные годы были весьма сложными и трудными для развития науки. Достаточно отметить, что до 1955 года экспедиции академических этнографов проводились на попутных машинах. Тем не менее, было сделано уже немало – почти ежегодно проводились экспедиции, материалы которых легли в основу диссертаций, ряда важных публикаций, а также и будущих монографий. Была завершена работа над плановой темой «Культура и быт казахского колхозного аула». Но, видимо, самым важным было то, что в этот период произошло организационное становление отдела этнографии, который мог уже решать серьезные научные задачи и готовить кадры. Особая заслуга в этом принадлежит первому заведующему сектором востоковеду Н. Сабитову, а также И. В. Захаровой (она возглавляла отдел этнографии в середине 50-х годов).
Именно в этот период в казахскую этнографию пришла группа молодых, энергичных, талантливых исследователей: Халел Аргынбаев, Едыге Масанов, Марат Муканов, Оразак Исмагулов. Они были востребованы, поскольку этнография Казахстана, прежде всего казахского народа, в научном отношении оставалась неизученной и представляла собой огромное поле деятельности. Каждый из них выбрал свое направление исследований или даже несколько направлений, и успешно их развивал впоследствии. Этнографическая работа с середины 1950-х годов велась в русле выполнения комплексной научной задачи – подготовки «Историко-этнографического Атласа Средней Азии и Казахстана». Важнейшее значение придавалось экспедиционной работе в различных райо­нах огромной республики. Отныне все более или менее серьезные разработки по исторической этнографии казахов базировались на достоверных полевых материалах. На основе этих изысканий появляются первые важные публикации молодых этнографов республики.
Необходимо отметить, что изданию этих материалов и исследований тогда придавалось серьезное значение и, в частности, из шести первых томов Трудов ИИАЭ этнографии пропорционально были посвящены два тома – 3-й и 6-й; затем были изданы тома 12-й (частично посвященный этнографии), 16-й и 18-й. В них было опубликовано много новых и важных статей и материалов: нередко, это были довольно крупные публикации, исследования монографического характера, которые отражали содержание диссертаций того поколения этнографов. Солидные сборники статей, составившие весьма внушительную серию академических «этнографических томов» конца 1950-х – начала 60-х гг., явились важным коллективным вкладом в развитие отечественной этнографической науки. Отметим также, что публикации казахстанских этнографов начали издаваться и в центральных академических изданиях: в журнале «Советская этнография», в трудах головного Института этнографии в Москве.
Экспедиционные исследования планомерно и интенсивно проводились небольшим коллективом этнографов вплоть до начала 1980-х годов; был соб­ран огромный уникальный полевой материал по различным разделам традиционно-бытовой культуры казахов, других народов республики. Наряду с этим велись солидные архивно-библиографические изыскания. Bсе это нашло выражение в диссертационных исследованиях, авторских монографиях, получивших высокую оценку в советской этнографической науке: «Казахская национальная одежда ХIX – начала XX в.» И. В. Захаровой и Р. Д. Ходжаевой (1964); «Очерк истории этнографического изучения казахского народа в СССР» Е. А. Масанова (1966); «Родоплеменной состав и расселение казахов» В. В. Вострова и М. С. Мука­нова (1968); «Население Казахстана от эпохи бронзы до современности»
О. Исмагулова (1970); «Қазақ хал­қындағы семья мен неке» («Семья и брак у казахов») Х. Аргынбаева (1973); «Казахская юрта» М. С. Муканова (1981); а также и «Қазақ халқының қолөнері» («Казахское народное прикладное искусство») Х. Аргынбаева (1987) и др.
При этом особо следует отметить коллективные монографии: «Культура и быт казахского колхозного аула» (1967), в которой нашли отражение не только материалы по советской действитель­ности, но и по традиционной этнографии; и, в особенности, обобщающий труд «Хозяйство казахов на рубеже XIX–ХХ веков. Материалы к историко-этнографическому атласу» (1980). К этому следует также добавить, что на плодотворных исследованиях тех лет базируется и ряд более поздних изданий, абсолютно не утративших своего научного значения – «Казахское народное жилище» В. В. Вострова и И. В. Захаровой (1989); вышедший существенно позднее своего завершения сводный тpyд «Казахи» (1995); исследование «Қазақ шежіресі хақында» Х. Аргынбаева, М. Муканова, В. Вострова (2000).
Несомненно, в этот период казахстанская этнография была на подъеме, имела серьезные научные достижения – в особенности в русле выполнения программы по региональному «Историко-этнографическому атласу». Главным успехом коллектива академических этнографов в 1960-х – 70-х годах следует считать фактически сплошное полевое исследование территории Казахстана в этнографическом отношении и создание на этой основе, а также и на базе тотальной проработки обширного круга архивно-библиографических источников, специальных монографических исследований по основным разделам исторической этнографии казахов и смежным проблемам. После выхода в 1980-м году этапного труда «Хозяйство казахов», по мнению московских ученых, казахские этнографы были намного впереди своих коллег из других союзных республик, в том числе и России. Действительно, каждая из перечисленных книг являлась обобщающим, нередко капитальным исследованием, во многом образцом научного анализа. Если говорить конкретно, небольшим коллективом академических этнографов в течение 35 лет были получены весьма значительные научные результаты: освоена, в целом, прежняя источниковая база (многочисленные публикации досоветского периода) и освещена история этнографического изучения казахов; решена сложная и трудоемкая задача полевого ареального исследования традиционной культуры народа в исчезающих, неповторимых ее проявлениях; проведено исследование современной культуры села и отчасти города; научно решены основные проблемы исторической этнографии казахов почти по всем разделам (этнической истории и проблеме народной истории – шежире, хозяйству, промыслам и ремеслам, материальной культуре в особенности, основным проявлениям духовной культуры этноса, по проблемам семьи и брака).
Определение деятельности этнографов второй половины 40-х – первой половины 90-х годов XX века как казахской этнографической школы, по нашему убеждению, вполне обоснованно. Здесь налицо основные признаки самобытной научной школы/направления: наличие высокопрофессиональных кад­ров, прошедших подготовку в ведущих мировых центрах этнолого-этнографической науки; коллектив единомышленников (основной костяк состоял из молодых исследователей примерно одного возраста); наличие большого и важного объекта и предмета исследования (в первую очередь – «историческая этнография казахского народа»); использование научно обоснованной методики исследования в русле установок и достижений советской этнографической школы (прежде всего, сравнительно-исторический метод и в меньшей степени типологический метод); новизна исследований и их системность, нацеленные на единый результат; наличие исследовательского стиля (комплексность и монографичность, уход от мелкотемья); апробация результатов и признание в научном сообществе, практический выход результатов; сохранение преемственности в развитии, подготовка учеников и передача опыта и т. д.
Безусловно, казахские этнографичес­кие штудии послевоенного периода развивались в рамках единой советской этнографической школы с ее характерной масштабностью, значительными достоинствами и преимуществами, но также и недостатками. В советский период наметились следующие выраженные упущения в развитии науки: не уделялось должного внимания теоретическим проблемам казахской этнографии, разработке основополагающих вопросов общей и частной типологии (которая остается «ахиллесовой пятой» оте­чественной этнологии: исследований по типологии культуры и ее разделов/феноменов почти нет), палеоэтнографическим (этноархеологическим), культурно-генетическим исследованиям, изучению некоторых отраслей традиционного хозяйства, духовной культуры, идеологии, народного искусства; не была создана достойная сводная биб­лиография по этнографии казахского народа. Но в целом успехи и достижения казахской этнографической школы советского периода явно перевешивают недостатки и упущения, и многолетнюю деятельность коллектива академических этнографов, безусловно, следует рассматривать как большой вклад в развитие науки и культуры Казахстана.
Не случайно многие открытия и наработки этнографов республики послевоенного времени, отличавшиеся новизной, достоверностью и комплексностью, были востребованы и использованы (нередко без указания источника) в ряде отраслей науки и практики. В частности, казахстанское этноискусствоведение в значительной степени базировалось и нередко до сих пор основывается на этнографических материалах, добытых в ранний период. Аналогичное можно сказать и о развитии художественных промыслов и деятельности мастеров-прикладников, в особенности в 1970–80-х гг. Разработки этнографов значительно обогатили казахстанскую историографию, были использованы филологами и т. д.; имели также и практическое применение – например, в сфере оптимизации чабанского труда, в области обрядово-ритуальной жизни населения и т. д. Следует отметить, что многие самоценные труды академических этнографов Казахстана той поры используются до сих пор в виде различного рода перепечаток, нередко без соблюдения авторских прав, научной и этической легитимности издателей, без необходимых предисловий, научных комментариев.
Особо важным в последующем развитии этнографической школы в Казахстане явилось то, что в 1970–80-х годах в нашей науке велась целенаправленная подготовка кадров этнологов второго поколения, которые прошли школу серьезной, академической работы в тогда еще большом Отделе этнографии (до 15–17 человек), были приобщены к активной полевой деятельности, обучались и защищали диссертации в крупных научных этнографических центрах СССР: А. Толеубаев, Н. Масанов, С. Ажигали, Ш. Тохтабаева, А. Калыш, Р. Мустафина, А. Toктабай и др. Особые заслуги в этом лидера казахских этнографов этого времени – профессора Х. А. Аргынбаева. Наряду с дальнейшей разработкой актуальных проблем исторической этнографии казахов (где продолжали заполняться имевшиеся лакуны), происходило расширение тематики исследований этнографов в сфере этносоциологии, этноискусствознания, социальной истории этноса, религиоведения. Стало больше уделяться внимания этнолого-теоретической, культурно-генетической проблематике, отчасти вопросам типологии и т. д.
Исследования казахских этнографов второй волны также были весьма результативными, но не столь коллективными, скоординированными и успешными в общем результате, как это было осуществлено старшим поколением: целостное исследование основных проблем исторической этнографии казахов. Однако индивидуальная реализация результатов исследований представителей второй волны этнографо-этнологической школы Казахстана была весьма солидной и также новаторской – в 90-х годах выходит ряд трудов, характеризующихся новыми подходами в осмыслении традиционной культуры казахов, расширением этнологической тематики: «Реликты доисламских верований в семейной обрядности казахов» А. Толеубаева, «Генезис традиционной погребально-культовой архитектуры Западного Казахстана» С. Ажигали, «Кочевая цивилизация казахов» Н. Масанова, «Представления, культы, обряды у казахов» Р. Мустафиной, «Традиционная культура жизнеобеспечения казахов»
Н. Алимбая (рук. проекта), М. Муканова, X. Аргынбаева, «Казахское общество: традиции и инновации» Ж. Артыкбаева, «Мир традиционной культуры казахов» Н. Шахановой и некоторые др.
Но в целом 1990-е годы (а также и начало 2000-х) следует характеризовать как период острого кризиса этнографической науки в Казахстане, который, с одной стороны, был связан с общим кризисом академической науки, с другой – с отходом от активной деятельности старшего поколения ученых, выраженными центробежными ycтремлениями специалистов – этнологов и историко-этнографов, вызванными не только слабым финансированием, но и отсутствием консолидирующего начала. Выход из серьезного, прежде всего кадрового, кризиса наметился лишь в конце 1990-х – начале 2000-х годов, когда резко увеличилось число подготавливаемых специалистов в самостоятельном Диссертационном совете по специальности «этнология» при Институте истории и этнологии им. Ч. Ч. Валиханова.
Фактически с середины 1990-х годов начинается новый этап в развитии этнологии Казахстана, который был связан с активизацией деятельности среднего и молодого поколения этнологов, с вышеуказанными кризисными явлениями и их преодолением, а также и с определенной утратой завоеванных прежде позиций в сфере коллективного освоения комплексных проблем. Тем не менее современная этнолого-этнографическая наука Казахстана сохраняет важные основополагающие традиции казахской этнографической школы послевоенного периода, расширяя и углубляя исследования в области этнической истории, генезиса и типологии культуры, в важной сфере исследования истории и культуры диаспоры, в области разработки актуальных этноархеологических проблем и т. д.
Обобщая наш краткий очерк истории становления этнологической науки в Казахстане, можно выделить основные этапы развития «казахской этнографической школы второй половины ХХ века»: первый этап (1945 – начало 1960-х гг.) – основополагающая стадия решения организационно-кадровых вопросов; второй, основной, этап (начало 1960-х – начало 1980-х гг.) – период интенсивного развития этнографической школы, комплексного исследования проблем исторической этнографии казахов; третий этап (1980-е гг.) – этап обобщений, подготовки нового поколения специалистов и развития новых научных направлений; четвертый этап (1990-е гг.) – период кризиса этнографии в Казахстане, угасания традиционной школы, время смены поколений.
Впоследствии (2000-е годы), как уже отмечалось, происходит достаточно явственный, но не окончательный выход из кризиса науки, который сопровождается при этом процессом рассредоточения прежде единой этнографической школы. Основной причиной последнего является отсутствие научно-организационной структуры, а именно отраслевого института, а также и определенные субъективные факторы, усилившие центробежные устремления. Тем не менее последние 15–20 лет были в немалой степени плодотворными, обнадеживающими и конструктивными в плане развития отечественной этнологии: это касается интенсификации полевых исследований и издания достаточно серьезных авторских монографий. В целом же необходимо отметить, что за годы развития этнографии в Казахстане, в первую очередь в стенах Академии наук, сотрудниками академического Отдела этнологии и соискателями опуб­ликовано более 100 крупных изданий: монографий, коллективных трудов и сборников.
Вместе с тем многие разработки казахских этнографов остались не опуб­ликованными, либо изданы малыми тиражами и стали библиографической редкостью, практически не доступными для населения и молодых специалистов – как, например, «Родоплеменной состав и расселение казахов» В. Вострова и М. Муканова, «Казахская национальная одежда» И. Захаровой и Р. Ходжаевой, «Очерк истории этнографического изучения казахского народа» Е. Масанова, «Казахская юрта» М. Муканова, важнейший обобщающий труд «Хозяйство казахов». До сих пор не переведены на русский язык замечательные работы Халела Аргынбаева «Очерк по животноводству» и «Семья и брак у казахов»; осталась неизданной диссертация Едыге Масанова «Домашние промыслы и ремесла казахского народа». И самое главное – отсутствует до сих пор столь необходимое в настоящее время полновесное издание большого и многотиражного труда по исторической этнографии казахов, которое показало бы во всей полноте выдающиеся достижения казахской этнографической школы, высветило бы драматическую историю сложения этноса на суровой земле Казахстана, продемонстрировало бы все многообразие уникальной традиционной культуры казахского народа – как наследника Великой степной цивилизации.
Тем не менее в заключение хотим еще раз отметить, что за последний период академическими учеными был опубликован ряд важных, обобщающих трудов по этнографии и этнокультуре казахского народа и Казахстана. Среди них такие солидные издания, как: тематический сборник научных статей «Обычаи и обряды казахов в прошлом и настоящем» (Ред.-сост. Ажигали
С. Е. Алматы, 2001); крупные авторские монографии «Архитектура кочевников – феномен истории и культуры Евразии» (Ажигали С. Е. Алматы, 2002), «Алтай қазақтары» (Смағұлұлы О., Бекетайқызы К., Оразаққызы А. Астана, 2003), «Серебряный путь казахских мастеров» (Тохтабаева Ш. Ж. Алматы, 2005), «Қазақ жылқысының тарихы» (Тоқтабай А. У. Алматы, 2010) и целый ряд др.; коллективное издание «Казахская юрта» (Атырау–Лондон, 2005); материалы Международной конференции «Казахская диаспора Центральной Азии: история–культура–памятники» (Алматы, 2014) и др.
Необходимо отметить, что значительные успехи достигнуты и в подготовке научных кадров по специальности «этнология». В Диссертационном совете при Институте истории и этнологии с конца 1990-х и по 2010 год – то есть до его закрытия и перехода на «болонскую систему» – было защищено 50 диссертаций, из которых 10 докторских работ. Подавляющее большинство из них прошло серьезную апробацию в академическом Отделе этнологии, что существенно сказалось на качестве квалификационных работ. В настоящее время в Казахстане насчитывается около 80 профессиональных этнологов – докторов и кандидатов наук, представляющих собой весьма серьезный научный творческий потенциал.
Достаточно результативно в последние годы ведутся исследования и коллегами-этнологами из внеакадемических учреждений, которыми издан ряд важных обобщающих трудов по этнографии казахов – в частности, сводные публикации А. Т. Толеубаева, Н. Алимбая, А. Б. Калыша, Р. М. Мустафиной и др. Среди них особо следует отметить подготовку и издание в последние годы 5-томной энциклопедии «Қазақтың этнографиялық категориялар, ұғымдар мен атауларының дәстүрлі жүйесі» («Традиционная система этнографических категорий, понятий и названий у казахов»), которая выдержала уже второе издание (Алматы, 2017).
По-прежнему целенаправленно развивается казаховедение в России, в становление которого большой вклад внесли В. П. Курылев, Н. А. Томилов, И. В. Захарова (после ее переезда в Омск); О. Б. Наумова, Е. И. Ларина;
И. В. Стасевич, Л. Ф. Попова; Ш. К. Ахметова, И. В. Октябрьская и др. При этом исследования российских этнографов традиционно осуществляются в тесном контакте с казахской этнографической школой. Можно отметить ряд публикаций российских коллег последнего времени по этнографии и этнокультуре: «Традиционная культура казахов в собраниях Кунсткамеры» (Алматы, 2008. Совместное издание под эгидой КазНИИКИ), монографии «Социальный статус женщины у казахов» (Стасевич И. В. СПб., 2011), «Казахи аула Каскат» (Томилов Н. А., Ахметова Ш. К. Омск, 2013), «Сквозь модернизацию: традиции в современной жизни российских казахов» (Ларина Е. И. и Наумова О. Б. М.–СПб., 2016) и др. Под эгидой Института этнологии и антропологии РАН, при участии казахстанских специалистов, завершается работа по подготовке к изданию обобщающего труда – тома «Казахи» в академической серии «Народы и культуры».
В настоящее время в этнологическую науку Казахстана уже пришло третье и приходит четвертое поколение исследователей, для которых важно как сохранение базовых традиций академической этнографии, так и разработка новых специфических направлений в исследовании этноса и культуры, расширение географии изысканий. Для многонационального Казахстана этнология по-прежнему остается одной из наиболее актуальных, «почвенных» наук, требующей особого внимания и поддержки со стороны государства. Давно уже назрела необходимость создания в нашей стране крупного Научного центра (Института) этнолого-этнографических исследований, отсутствие которого становится главным препятствием в дальнейшем развитии этой большой науки. Перед этнологами Казахстана стоят важнейшие по своей социальной, научной, общекультурной значимости задачи в сфере комплексного изучения этногенеза, этнической истории, многообразной традиционной и современной культуры, антропологии казахского народа, углубления типологических и культурно-генетических изысканий, по исследованию проблем этносоциологии, развитию новых актуальных и востребованных направлений науки в области этноархеологии и памятниковедения, а также культуры зарубежной казахской диаспоры.

183 раз

показано

2

комментарий
Предыдущая статья КУЛЬТУРНАЯ ПАМЯТЬ В ИСТОРИЧЕСКОЙ ЖИВОПИСИ КАЗАХСТАНА
Следующая статья ТВОРЧЕСТВО АБАЯ В МЕЖКУЛЬТУРНОМ КОНТЕКСТЕ

Подпишитесь на наш Telegram канал

узнавайте все интересующие вас новости первыми

ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ

Ваш электронный адрес не будет опубликован. Обязательно заполните поля *

Казиев Торегали

10 Октября, 2020

Очень хорошая, злободневная и стратегическая статья! Ибо к примеру изучение этногенеза и этнической истории казахов на сегодня застряли на том уровне, что позволено было при СССР, это в целом, хотя в частности, как и пишет автор отдельными энтузиастами науки что-то и делается. В том числе и автором, вспомним хотя бы его капитальный труд об "Архитектуре кочевников..." Но одним энтузиазмом, без поддержки государства, историческую науку вперед не двинешь. И она (казахская ист.наука) остается во многом на уровне средневековых әңгімешек, тут без хорошо стимулируемого крепкого Центра (Института) этнолого-этнографических исследований не обойтись. Этногенез и этническая история лежат в основе казахской идентичности и тут вопрос носит концептуальный характер. Концепцию этногенеза казахов обязано сформулировать сегодняшнее поколение исследователей, той подлинной этнической истории, к которой по большому счету никто концептуально всерьез еще не приступал. А завтра, возможно, будет уже поздно и никому опять как при большевиках та собственно казахская концепция никому будет и не нужна. Ибо мир штормит и система мобилизующих этнос взглядов - нужна сейчас. Не успеешь - не спасешь самосознание собственного народа. Оставишь его безоружным.

Казиев Торегали

10 Октября, 2020

Суть проблемы в том, академическая наука о казахах основана на "взгляде со стороны", ибо писалась "посторонними" наблюдателями, а "взгляд изнутри" самого казахского общества носил вторичный характер. И перелома не наступило из-за недостаточного "внимания" государства к роли истории вообще. И к науке как таковой пока импульсное "внимание", нужна же постоянная стратегическая внимательность и опережающая поддержка науки. Если хотим быть в 30-ке развитых.

22 Октября, 2020

Скачать (PDF)

Редактор блогы

Аяған Өтенұлы Сандыбай

Блог главного редактора журнала «Мысль»