• Геополитика
  • 03 Марта, 2020

НАЦИОНАЛЬНЫЕ ИНТЕРЕСЫ И ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА

Асылбек БИСЕНБАЕВ, кандидат исторических наук, доцент

 1 марта 1858 года  министр иностранных дел и премьер-министр Великобритании виконт Генри Джон Темпл Палмерстон в своей парламентской речи сказал: «У нас нет вечных союзников и у нас нет постоянных врагов; вечны и постоянны наши интересы. Наш долг – защищать эти интересы». 

Довольно часто это высказывание приводится в качестве доказательства британского беспринципного прагматизма во внешней политике. Но вся мировая история показывает, что союзники бывают ненадежны, а недавние враги становятся друзьями. Достаточно вспомнить расстановку сил во время двух мировых войн, как будет видно, что за двадцать лет происходит резкое изменение позиций ведущих стран мира. В британской политике неизменным оставались интересы, которые позволяли даже после распада гигантской империи сохранить влияние страны во всем мире. Парадокс в том, что борьба за собственные интересы часто приводила к появлению все новых и новых союзников. Обратимся к нашей стране. Казахстан известен своими интеграционными инициативами. Вот уже четверть века повестка дня казахстанской внешней политики, которая считается многовекторной, все-таки сосредоточена на евразийстве. С неизъяснимым упорством Казахстан стремится интегрировать уже не только бывшие сою­зные республики, но и всю Евразию. И это несмотря на слабую экономическую эффективность, неравенство в отношениях между союзниками. Более того, идея евразийской интеграции по-разному понимается в России, Казахстане, Беларуси, Кыргызстане и Армении. Итогом многолетнего интеграционизма стало создание ЕАЭС, который большинством экспертов рассматривается как в лучшем случае политический шаг весьма слабо связанный с экономикой. Для этого есть все основания. Армения не имеет общей границы ни с одной из стран союза. Беларусь и Кыргызстан граничат только с одной страной-партнером. Казахстан и Россия наряду с протяженной общей границей граничат еще с одним партнером. Основой экономики России и Казахстана является экспорт энергоносителей и минерального сырья. Для Беларуси, Кыргызстана и Армении это ключевой вопрос участия в союзе, поскольку страны являются импортерами энергоносителей. Отсюда в товарном составе взаимной торговли (январь-сентябрь 2018 г.) первые позиции занимают нефть, включая газовый конденсат (5 млрд 210,4 млн долларов США), неф­тепродукты (2 млрд 750,9 млн долларов США), природный и сжиженный газ (2 млрд 710,1 млн долларов США). Далее идут прокат, руды и концентраты цветных металлов, грузовые и легковые автомобили. Замыкают десятку сыры и творог (621,4 млн долларов США), молоко, сливки и кисломолочные продукты (588,6 млн долларов США). Естественно, что в ЕАЭС экономические, логистические и иные возможности стран-членов имеют большое значение. Так, значительную долю во взаимной торговле занимает Россия (64,8% в январе-сентябре 2018 года). Доля Беларуси составляет 23,3%, Казахстана – 9,8%, Армении – 1,1%, Кыргызстана – 1%. Нужно заметить, что ситуация за пределами ЕАЭС сильно влияет на товарооборот между странами данного союза. В 2018 году по сравнению с 2017 годом удельный вес взаимной торговли в общем объеме внешней торговли ЕАЭС уменьшился (с 14,6% до 13,7%). Доля взаимной торговли по Республике Армения снизилась с 29,8% до 28,8%, по Республике Беларусь – с 52,6% до 50,7%, по Республике Казахстан – с 22,8% до 21,3%, по Российской Федерации – с 9% до 8,4%. Незначительный рост отмечен по Кыргызской Республике с 38,4% до 39,3%. Можно констатировать, что интеграционный проект не привел к провозглашаемому росту экономики стран-участниц. Сама история различных сою­зов на постсоветском пространстве, которых было уже больше десятка, показывает, что идея объединения вовсе не гарантирует экономического успеха. Дело не только в сырьевом характере экономики стран-участниц, но и во многих других факторах. За последние десятилетия ситуация в мире изменилась достаточно серьезно. Ведущая страна ЕАЭС Россия, которая была призвана стать локомотивом интеграции, по-прежнему формирует основную часть бюджета за счет торговли энергоносителями и минеральным сырьем. Более того, она находится под давлением международных санкций и не может выступать в качестве серьезного и динамичного лидера. За 30 лет с момента распада СССР в мире происходила гигантская трансформация. В сравнении с 90-ми годами прошлого века возникли и уверенно набирают силу новые центры роста. Эпоха монополии Запада в мировой экономике и политике закончена. Успешно развивающиеся экономики мира оказались к югу и востоку от Казахстана. Китай уверенно занял лидирующие позиции в мировых рейтингах. Даже несмотря на торговую войну с США, рост ВВП Китая составляет около 6 процентов. Китайские инвестиции в экономику Казахстана достигли уровня 20 млрд долларов. Это на фоне ухода из страны европейских и американских инвесторов. Нужно отметить, что западные инвесторы основную часть средств вкладывали в горнодобывающую промышленность. По данным Национального банка, за первый квартал 2019 года в эту отрасль вложено более 120 млрд долларов США. Основными инвесторами стали Нидерланды – 55 млрд долларов и США – 32,2 млрд долларов. На втором месте находится обрабатывающая промышленность – 10,1 млрд долларов США. При этом Нидерланды вложили $3,6 млрд, а Швейцария – почти $2 млрд. Реализация этих проектов выгодна для инвесторов, но не меняет качественной картины экономики Казахстана. Следует обратить внимание на то, что КНР является лидером среди инвесторов в сектор транспорта и складирования – 4, 4 млрд долларов, затем следует Гонконг – 3,2 млрд долларов. В целом на этот сегмент пришлось $9,6 млрд. Таким образом, Китай вкладывает средства в расширение инфраструктуры, которая способствует развитию Казахстана как транспортного коридора – Восток-Запад, созданию развитой и современной сети коммуникаций, соединяющих не только Запад и Восток, но и регионы Казахстана друг с другом и внешним миром. Такой подход очень важен для нашей страны, которая за тридцать лет погрузилась в омут нефтяной зависимости. Модель нефтяной экономики исчерпала себя по многим причинам. И не только с появлением новых источников сырья в различных регионах мира, решением США начать ранее запрещенный экспорт нефти, острой конкуренцией на рынке, но развитием «зеленой экономики». Ориентация на добычу нефти привело к общему экономическому и технологическому отставанию страны. В связи с этим Казахстан может использовать шанс стать важной транспортной составляющей таких проектов как «Шелковый путь». Поэтому стратегически важно привлечение китайских инвесторов, которые нацелены на длительное сотрудничество и модернизацию коммуникаций Казахстана в целях расширения собственных экономических связей с ЕС, Ближним Востоком и другими регионами. Нужно отметить и изменение позиций России и Китая во внешней торговле Казахстана. Торговля с Россией за январь-август 2019 года составила 12,25 млрд долларов с ростом по сравнению с 2018 годом на 0,8%. В то же время торговля с КНР выросла на 26,2% и достигла 9,21 млрд долларов. Тенденция совершенно очевидна. Тем более, что в десятке ведущих торговых партнеров Казахстана, кроме России, нет ни одной страны ЕАЭС. Другое перспективное направление для развития – Индостан. Индия и Пакистан являются гигантскими рынками для Центральной Азии. Но движение на юг возможно только при условии координации усилий всех государств Центральной Азии. Мировой опыт показывает, что успешные национальные экономики являются результатом регио­нального прогресса. Во всяком случае об этом говорит опыт Юго-Восточной Азии, на который пытается равняться Казахстан. Поэтому преодоление самых различных преград на пути объединения потенциала государств Центральной Азии сулит серьезные экономические и социальные выгоды. В Центральной Азии, к сожалению, уровень интеграции, несмотря на все принятые решения и многочисленные заявления, остается крайне низким. Дело не только в разном экономическом потенциале стран. Коррупция, неэффективность государственного аппарата, давление на бизнес, отсутствие возможности защиты собственных интересов в суде, закрытость системы принятия решений, препятствия для продвижения товаров и создания совместных производств и многое другое являются серьезным барьером для экономического развития. Кроме того, решение проблемы развития связано с экономикой Афганистана. Страна ежегодно закупает товаров и продукции извне на сумму около $7,5 млрд, а объемы экспорта в 9 раз меньше импорта – всего $800-$900 млн. в год. Лидерами в регионе по торговле с Афганистаном являются Казахстан и Узбекистан. Эти две страны занимают 4-е и 5-е место среди импортеров на афганском рынке. Доля Таджикистана составляет 1,3% в общем объеме импорта в Афганистан, а доля Кыргызстана мизерна. Основными статьями экспорта центральноазиатских стран в Афганистан являются нефть и нефтепродукты, электроэнергия, газ жидкий, металлопрокат, удобрения, цемент, мука, пшеница и несколько наименований сельхозпродукции. Доля товаров с более высокой добавленной стоимостью весьма низкая, в то же время высокая конкуренция со стороны ТНП из Китая, Индии и Юго-Восточной Азии. В 2018 году в суммарном объеме страны Центральной Азии поставили в Афганистан: муку и пшеницу на $763 млн, электроэнергии – $233 млн, нефти и нефтепродуктов – $226 млн, жидкого газа – $141 млн, удобрений – $71 млн, яиц – $31 млн. Активизация южного направления важна и для успеха экономических реформ. Интенсификация экономики неизбежно сопрягается с активизацией внешнеэкономической деятельности. Локомотивом интеграции в регионе может стать Узбекистан. Реформы президента Шавката Мирзиеева стимулируют рост экономики Узбекистана. За последние девять месяцев 2019 года ВВП страны вырос на 5,7% по сравнению с аналогичным периодом 2018 года. В абсолютном выражении в текущих ценах внутренний валовый продукт достиг 38,2 млрд. долл. На душу населения ВВП составил 1,1 тыс. долл., что означает рост на 3,8% в годовом исчислении. Положительная динамика роста характерна практически всем крупным отраслям узбекской экономики. Так, сельское хозяйство, лесная и рыбная промышленности показали в совокупности увеличение объемов на 2,4%, что связано с повышением показателей как в производстве сельскохозяйственных культур, так и продукции животноводства. Значительный рост был отмечен в горнодобывающей промышленности – 1,9%, а также в обрабатывающей промышленности – на 8,9%. Азиатский банк развития прогнозирует рост ВВП Узбекистана на 5,2% по сравнению с предыдущим годом, и это станет одним из самых высоких показателей как среди стран СНГ, так и в мире в целом. За последние четыре года товаро­оборот между нашими странами вырос и по итогам 8 месяцев 2019 года превысил 1,8 млрд долларов. Главной статьей экспорта Казахстана является пшеница. Импорт, в котором прежде доминировал газ, включает в себя в основном фрукты – более 95 тысяч тонн с общей стоимостью 66 млн долларов. Узбекистан входит в десятку главных торговых партнеров Казахстана и без участия в ЕАЭС. Пока обсуждается вопрос участия Узбекистана в ЕАЭС, страна активизирует усилия для расширения экономических отношений с Афганистаном. По понятным причинам объемы контрактов незначительны. Поставки включают в себя продукцию нефтехимической, текстильной, продовольственной продукции и строительные материалы. Но это только начало, поскольку Узбекистан нацелен на расширение внешнеэкономической деятельности по всем направлениям, не замыкаясь при этом на постсоветском пространстве. «Узбекистан выступает за диверсификацию транспортных маршрутов, в том числе создания таких, как Трансафганский транзитный коридор с доступом к морским портам», – констатируют в своих сообщениях министерства страны. Одним из самых важных проектов для развития южного направления является строительство газопровода ТАПИ протяженностью 1840 километров. Он пройдет через афганские города Герат и Кандагар, затем по территории Пакистана и достигнет населенного пункта Фазилика в Индии. Газопровод позволит транспортировать 33 млрд кубометров газа в год. Сооружение афганского участка в провинции Герат началось в феврале 2018 года. Еще одним крупным проектом станет строительство ЛЭП CASA-1000. Окончательное соглашение по прокладке трансграничной ЛЭП CASA-1000 министры энергетики Кыргыз­стана, Таджикистана, Афганистана и Пакистана подписали в 2015 году. Таджикистан и Кыргызстан будут поставлять электроэнергию в Афганистан и Пакистан в объеме 1300 мегаватт ежегодно. Узбекистан, ранее настроенный против проекта, изменил свою позицию. Министр иностранных дел Узбекистана подчеркнул, что ЛЭП «Сурхан – Пули-Хумри» подключит Кабул к единой энергетической системе Центральной Азии и позволит увеличить поставки электроэнергии из Узбекистана в Афганистан до 6 млрд квт/ч в год. Строи­тельство таджикского участка регионального проекта CASA-1000 планируется завершить до конца 2021 года. Проект поддерживают Госдепартамент США, USAID, Всемирный банк, Исламский банк развития, Министерство международного сотрудничества Великобритании и Австралийское агентство международного развития. Казахстан и вовсе может быть исключен из этих процессов собственными действиями по развитию «евразийского» направления. Вовлечение в ЕАЭС в условиях расширения экономических санкций в отношении России уже сказывается на экономике нашей страны. Формальное участие в центральноазиатских проектах может привести к сокращению ее доли в этих инициативах. Нельзя не заметить и то обстоятельство, что Казахстан, несмотря на все заявления о необходимости структурной перестройки экономики, остается сырьевым государством, не представляющим интереса для импортеров. Немаловажно и то, что современный «Шелковый путь» имеет достаточно много вариантов транспортировки товаров. Нужно помнить и о том, что 75 процентов грузоперевозок в мире осуществляется морем. Следовательно, морской «Шелковый путь» является основным для торговли между Западом и Востоком. Сухопутный путь может проходить южнее Казахстана, через Кыргызстан и Узбекистан и иметь ответвление в сторону Индостана. Это более короткий путь на Запад. Важное значение Китай придает порту Гвадар (Пакистан), который арендован на 40 лет. Власти обеих стран договорились о создании экономического коридора длиной 3 тыс. км, который соединит Синьцзян-Уйгурский автономный район и пакистанский глубоководный порт Гвадар. Поэтому медлительность в вопросах развития южного и восточного направлений во внешней политике Казахстана неминуемо приведет к экономическому и политическому отставанию. Большим препятствием для развития является медлительность в принятии решений Правительства Казахстана. Например, оно декларирует, что одной из главных задач является привлечение инвесторов. С этой целью была создана соответствующая структура – Kazakh Invest. Собственные активы его по итогам 2017 года составили 2,4 млрд тенге. В то же время обязательства увеличились почти в три раза – до 763,3 млн тг. Такой рост обязательств обусловлен прочими налогами к уплате (с 152,2 млн до 456,9 млн тг) и вознаграждением членов совета директоров в размере 163,1 млн тг. Вместе с тем, у Kazakh Invest сохраняется значительный объем задолженности перед работниками – 82,1 млн тг (в 2016-м – 89,6 млн тг). 2017 год для операционной деятельности нацкомпании оказался убыточным: минус 4,7 млн тг против операционной прибыли 2016-го в 409,8 млн тг. Связано это с несоизмеримыми по отношению к валовому доходу (1,2 млрд тг) размерами общих и административных, а также прочих расходов, совокупный объем которых составил 1,21 млрд тг. Неэффективность и расхищение средств стали показательными в проекте строительства ЛРТ в Нур-Султане. Как сообщается: «Антикоррупционной службой завершается расследование уголовного дела по фактам хищения в ЛРТ. Следствием раскрыты миллиардные схемы хищений, в которые были вовлечены должностные лица акимата Астаны, «Астана ЛРТ» и директора частных компаний». В то же время Казахстан, претендовавший на роль регионального лидера, резко сбавил темпы экономического роста. Изменение мировой конъюнктуры самым негативным образом сказалось на экономике страны, больной нефтяной зависимостью. Доход бюджета РК в январе-сентябре 2019 года составил более 7,7 трлн тенге против расхода в 8,5 трлн тенге. Таким образом, дефицит бюджета достиг 813,1 млрд тенге, или $2,1 млрд. По статистике данный отрицательный показатель является наибольшим среди стран ЕАЭС. Можно сказать, что погоня за званием интегратора сыграла злую шутку с Казахстаном, настойчиво продвигаю­щим идею ЕАЭС. Тем временем мир изменился настолько, что идея евразийской интеграции как стимула для развития превратилась в свою противоположность. Союз со временем стал объединением технологически и экономически нестабильных государств, основным средством существования которых стала реализация энергоресурсов и минерального сырья. В Центральной Азии наряду со многими проблемами, препятствующими реализации совместных проектов, является пресловутое лидерство. Даже сама постановка вопроса о лидерстве в регио­не предполагает разделение и ранжирование стран, там где нужно опираться на равноправное сотрудничество. Настало время пересмотреть многие базовые вопросы внешнеполитической и внешнеэкономической деятельности Казахстана. Вместо многовекторности, которая становится более похожей на шараханья из стороны в сторону, необходимо сопряжение дипломатии и экономики в ключевых направлениях. А ими в настоящее время являются восточное и южное. Это укрепление сотрудничества с Китаем, который по всем прогнозам не только упрочит свои позиции в мировой экономике, но и продолжит политику открытых дверей и активного присутствия не только в южной Евразии, но и Латинской Америке и Африке. Для выхода на огромные рынки Индии и Пакистана крайне важна активизация сотрудничества в реализации совместных проектов со странами Центральной Азии. Создание сети современных коммуникаций, открытость и равноправное сотрудничество в реализации совместных проектов, свободное перемещение товаров и рабочей силы, снятие межгосударственных барьеров позволят приступить к реальной интеграции региона. Нужно, наконец, понять, что внешняя политика должна основываться на глубоком и тщательно выверенном понимании собственных национальных интересов. Именно они должны стать главным критерием международной деятельности Казахстана. Исходя из национальных интересов, будет формироваться и набор инструментов для их реализации. Но нужно помнить, что не менее важен и фактор перемен, которые воздействуют на международную политику, ситуацию в стране, ее возможности, силу и слабость. Только при правильном учете всех факторов возможно успешное участие в мировой политике.

978 раз

показано

0

комментарий
Предыдущая статья УРАГАН ПО ИМЕНИ «ГРЕТА»
Следующая статья ВЕЛИКОЕ ДАО НЕБА И ЗЕМЛИ

Подпишитесь на наш Telegram канал

узнавайте все интересующие вас новости первыми

ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ

Ваш электронный адрес не будет опубликован. Обязательно заполните поля *