ЕАЭС: плюсы и минусы интеграции

0
503

Экономика

Аманжол Кошанов,
академик НАН РК,
лауреат Государственной премии РК,
главный научный сотрудник Института экономики МОН РК

В условиях мирового экономического кризиса и декомпозиции основных блоков мировой экономики особого внимания требует укрепление основных направлений межгосударственного взаимодействия в рамках Евразийского экономического союза (ЕАЭС). Важно углубление взаимодействия в ключевых отраслях экономики, совместных инфраструктурных и промышленных проектах. Евразийская интеграция охватывает исключительно вопросы экономического сотрудничества. Евразийский экономический союз представлен суверенными постсоветскими государствами с их политически зависимым, полуколониальным прошлым и незавершенным рыночным переустройством экономики. Эти государства находятся на стадии становления с формирующейся национальной экономической системой.
В другом ключе представляется положение в Европейском союзе (ЕС). Это интеграционный союз государств в ядре с развитой экономикой, определившихся как суверенные государства и исторически налаженными торгово-экономическими связями. Теоретики ЕС (Бела Баласса др.) обосновывают стадийность его формирования, классическую пятистадийную теорию региональной интеграции:
– зона свободной торговли;
– таможенный союз;
– общий рынок инвестиций и рабочей силы, которые дополняют общий рынок товаров и услуг;
– стадия экономического и валютного союза, унификация макроэкономической, денежно-кредитной, налоговой, социальной политики;
– и последняя стадия – формирование политического союза с согласованной внешней и оборонной политикой.1
В русле стадийной теории региональной интеграции Президентом РК Н. А. Назарбаевым была выдвинута идея приоритетной социально-экономической модернизации Евразийского союза. Концепция обеспечения в первую очередь экономической независимости стран-членов ЕАЭС должна явиться основой их равноправных экономических взаимосвязей в рамках регионального союза с выходом на мировой рынок.2 Без решения проблем преодоления экономического неравенства и превращения их в полноценных членов ЕАЭС невозможно ожидать перехода к более высоким стадиям интеграции.
Модель Евразийской интеграции внеисторично соотносить с практикой высокого этапа развития европейской интеграции. В ЕАЭС национальные экономики несравнимы по уровню технологичности, не кооперируемы и пока не взаимодополняемы. Они на стадии формирования и структурных преобразований. В пределах ЕАЭС нет интегрированных производственных структур, обеспечивающих его внутренние потребности и экспортные возможности. Возникает необходимость критического переосмысления и поэтапного формирования производственной и экономической модели интеграции экономик стран-членов ЕАЭС. Конечной целью интегрируемых экономик должно быть повышение их конкурентоспособности как целостной системы.
Для развивающихся стран процесс интеграции должен проходить стадийно. Становление независимости молодых государств единственно возможно на базе последовательного формирования и укрепления экономики каждой из них и установления открытых либерализованных отношений со всеми странами – членами Всемирной торговой организации (ВТО). С этих позиций постулат Президента Н. А. Назарбаева о примате экономических связей в формировании ЕАЭС предстает жизненно необходимой предпосылкой «оберега» прежде всего политического суверенитета молодых государств и условием формирования и укрепления интеграционных союзов. Важность рационального выбора участников интеграционного объединения и симметрии их экономических потенциалов исследуют и российские ученые, особенно на опыте ЕС и России, стран СНГ.3
Экономическая интеграция в современном понимании, когда передовые экономики закладывают блоки пятого и шестого технологических укладов, серьезно усложняются связи между слабоиндустриальными и аграрно-сырьевыми экономиками. Такие системы не дополняют друг друга и не стимулируют технико-технологический прогресс, конкурируют друг с другом на сырьевом рынке. Они ориентированы в потребительских ожиданиях на технологии и предметы потребления развитых стран.
Интегральные процессы в ЕС и ЕАЭС различаются в приоритетах: в ЕС изначально преследуются цели эффективности и конкурентоспособности формирующихся структур, что диктуется относительно высоким уровнем экономического развития стран-членов объединения. В ЕАЭС приоритетны прежде всего модернизация и экономическое развитие. Здесь важны технологический и инвестиционный обмен для повышения уровней экономического развития стран-членов интеграционного союза.
ЕАЭС объединяет страны, структура экономики которых относительно неконкурентна при интеграции в глобальную экономику и перед которыми стоит задача радикальной модернизации и преодоления сырьевой специализации. Общепризнанной особенностью евразийской интеграции является лидерство России как крупнейшей экономики в регионе. Но ее участие в технологическом и инвестиционном обмене не оказывает доминирующего влияния, не обеспечивает задачи модернизации экономики стран-членов объединения. В отличие от ЕС национальные экономики ЕАЭС испытывают постоянный дефицит инвестиций и новых технологий для решения проблем структурных преобразований, освоения природных ресурсов.
В ЕАЭС исходно были заложены разные цели интегрантов: Казахстан преследовал экономические интересы без ущемления политических прерогатив. В постановочном плане эту позицию можно сформулировать как:
– облегчение экспорта на базе единых таможенных норм;
– беспошлинная торговля на единой ЕАЭС территории;
– подключение Казахстана к общемировым транспортным узлам с выходом к рынкам и морским путям Ближнего и Среднего Востока, Китая, России и ЕС.
Для России были важны геополитические цели: укрепление позиции региональной державы при единовременном формировании единого экономического пространства. Об этом свидетельствуют постоянные инициативы РФ по ускоренному формированию целого ряда важных блоков наднациональной надстройки, затрагивающих политический суверенитет стран-сателлитов. В частности, предложения Государственной Думы об едином парламенте, по примеру ЕС, единой валюте, едином оборонном союзе и т. д.4
Россия и Казахстан сравнимы с позиции стран, подвергшихся последствиям «сырьевого проклятия». Они приступают к решению задач инновационной индустриализации, осложняемых преодолением последствий деиндустриализации за кризисные годы. При этом члены ЕАЭС – это страны с определенно сырьевой экономикой, что отчетливо видно из структуры их экспорта и внешней торговли, где доля углеводородов и металлургического сырья достигает 65-70%, не говоря о доле инновационной продукции, составляющей 3-5% (по официальной статистике), а в экспорте развитых экономик она доходит до 30-35%. В воспроизводственном аспекте значимость стран ЕАЭС друг для друга в плане реальной кооперации с выходом на совместную конечную продукцию транснациональных фирм пока недостижима. Программы неоиндустриализации реализуются на уровне национальных экономик. Финансовая, бюджетная, валютная политика каждого из членов ЕАЭС формируется автономно, исходя из программ и прогнозов социально-экономического развития на уровне средне- и долгосрочных стратегий и задач, определяемых уровнем и отраслевой структурой их экономик. При этом вопросы финансовой и валютной политики, как ключевых при формировании экономического суверенитета предстают исключительной прерогативой каждого из членов ЕАЭС. Механизмы их формирования и укрепления не могут быть передоверены наднациональным органам любого интеграционного образования. Нормы Маастрихтского соглашения как модель экономически развитого сообщества интегрируемых государств должны быть достигнуты каждым членом сообщества относительно самостоятельно. Разумеется, при экономическом сотрудничестве в рамках интеграционного союза. На базе институциональных преобразований экономики на высокой стадии интеграционного союза, как это реализуется на практике ЕС, возможно созреют условия для финансово-валютного союза на уровне наднациональных органов. Но это практически – дальняя перспектива. В противном случае – это будет фактически засильем более сильного патрона. Речь идет о дисбалансе мощностей российской и казахстанской экономик и неготовности последней к отрытой международной конкуренции при отсутствии ее диверсифицированности.
Концепция исключительно экономического характера содержания ЕАЭС выдерживается благодаря усилиям и последовательности позиции Президента Казахстана, что отражено в положениях Договора об интеграционном союзе.
В августе 2014 г. Россия объявила антисанкции к производителям продуктов из США, ЕС, Австралии, Норвегии и Канады. Беларусь и Казахстан подобные санкции не приняли, не присоединились к эмбарго России. Вследствие чего нарушился первый базовый принцип интеграционного объединения: торговая политика членов ЕАЭС становится менее согласованной. Основной принцип организации ЕАЭС, как экономического союза, вошел в противоречие с политическими мотивами санкций, что несовместимо с провозглашенными приоритетами экономической, продовольственной и, наконец, национальной безопасности стран-членов ЕАЭС. В связи с этим встает проблема более четкого теоретического и правового обоснования проблемы институциональной организации интеграционного союза – ЕАЭС как экономического союза и внесения определенно четких положений в Договор об ЕАЭС.
В ЕАЭС текущие международные сложности, испытываемые Россией в отношениях с Западным блоком, отражаются и на положении Казахстана. Республика оказывается в определенной мере заложником этих противоречий. Экономика Казахстана в 10 раз уступает российской, но более чем вдвое превышает экономики других членов ЕАЭС – Армении, Беларуси, Кыргызстана вместе взятых. Для Казахстана с учетом неотложности решения задач Программы индустриально-инновационного развития, особенно II пятилетки (2015-2019 годы) встает проблема поиска реальных и более эффективных партнеров во внешней торговле. Экономически суверенитет республики реализуется вне пределов ЕАЭС. В условиях изоляции России от внешнего мира Президент Казахстана предлагает новый путь расширения возможностей по доступу к новой технологии и современным потребительским товарам на рынках ЕС, АСЕАН и Востока. И вполне естественно заявление Н. А. Назарбаева в Послании народу Казахстана «…Важным является сделать 2016 год годом углубления экономических отношений союза с третьими странами и ключевыми интеграционными объединениями».
В создавшихся условиях Казахстан на путях выхода из кризиса инициирует выход на рынки технологически развитых стран, что практически открывает доступ к достижениям четвертой промышленной революции. В 2015 г. объем внешней торговли Казахстана сократился на 37% от уровня 2014 года и двукратно – от 2013 года, а со странами ЕАЭС – на 20%. В августе 2015 г. курс тенге обвалился наполовину по отношению к доллару. Торговый оборот внутри союза упал на 26%, и государства блока на поддержание курсов своих валют в среднем потратили 10-15% госрезервов. Объем ВВП Казахстана, по оценкам, в 2016 году мог упасть до уровня 123 млрд. долларов, что в 2 раза меньше показателя 2013 г. ВВП на душу населения составит 6,9 тыс. долларов при 12,3 тыс. долл. в 2014 году. Более того, внешнеторговый оборот страны за 11 месяцев 2016 года снизился на 21,5%, или до 55,3 млрд. долларов. Эти отрицательные тренды явились прямым следствием мирового экономического кризиса, обрушения цен на углеводороды и металлы, нестабильности обменных курсов тенге и валютных курсов стран – торговых партнеров Казахстана по ЕАЭС, экономических санкций Запада к России. В этих условиях Казахстан и Беларусь были вынуждены защищать стратегические сектора экономики, и они отказались вводить ответные санкции против Евросоюза.
При нарастающей конкуренции на мировом рынке и пресса экономических санкций США и ЕС в отношении РФ возможности последней в инновациях и выпуске новейшей технологичной продукции объективно сужаются. Надежда на импортозамещение собственных нужд России в новых технологиях, естественно, ограничивается временным лагом организации новых производств в этой сфере. Казахстану в этих условиях объективно необходим рынок передовой техники на рынках развитых стран за пределами ЕАЭС. Суверенные права республики в обеспечении неотложных потребностей на новом инновационном этапе II пятилетки ПИИР РК объективно обусловлены.
Как показывает практика функционирования ЕАЭС, проблемы экономического роста, решаемые в рамках интеграционного союза, на первом этапе должны быть преимущественно уделом внутренней политики суверенного государства. Сюда относятся макроэкономические проблемы темпов, пропорций, финансово-кредитной, валютной политики, международно-экономические связи, согласованные на уровне таможенной политики в рамках интеграционного союза. Это единственно верный подход с позиции мобилизации внутренних резервов и использования преимуществ интеграционных связей, включая беспошлинное движение товаров, свободное перемещение рабочей силы, свободное приложение инвестиций и других форм капитала.
Подобное функционирование интегрируемых экономик с позиции использования преимуществ интеграционного союза и взаимной кооперации приведут к последовательному выравниванию уровней экономик, оптимизации финансов, валютных отношений национальных экономик. Последовательно будут достигаться примерные нормативы функционирования экономик стран-членов ЕАЭС. Это тот уровень Маастрихтских соглашений, которого достиг ЕС в 90-е годы. Это тот уровень, который форсируется РФ в рамках ЕАЭС путем ускоренного создания наднациональных органов, политизации союза административными мерами. Подобный, на наш взгляд, формализованный подход не решает проблему преодоления фактического экономического и социального неравенства стран-членов ЕАЭС, которые должны доходить последовательно путем взаимоувязанного развития интегрируемых экономик на базе использования внутренних ресурсов и преимуществ кооперирования. К такому уровню решения проблем ЕС приходит на протяжении 65 лет его функционирования. Нерешенных вопросов выравнивания в союзе 27 государств ЕС еще предостаточно. Первична прежде всего проблема выравнивания уровней экономического и социального развития интегрируемых государств за счет внутренних ресурсов каждой из экономик и эффективности их взаимодействия в сфере экономики и финансов.
Складывающаяся форма экономической интеграции стран-членов ЕАЭС характерна для развивающихся государств, структурно и технологически не достигших постиндустриальной стадии. И реализация стратегических целей ЕАЭС объективно будет проходить определенные стадии интеграции от торгово-экономических до фактически федералистских проектов с наднациональным объединением. При этом главное и решающее – последовательное совершенствование экономических позиций членов союза.
Следует иметь в виду опыт интеграции стран ЕС, притом большинство из которых прошло стадию постиндустриализма, не может быть универсальным. Становится популярной концепция «минимальной» или «гибкой интеграции». Мы имеем в виду инициативу «Brexit» и опыт скандинавских стран с их традиционной приверженностью национальным государственным институтам и механизмам и довольно пессимистическим отношением к так называемым федералистским проектам. Практика международных отношений оправдывает сочетание политики интеграции с конкретными стратегически ключевыми партнерами и политику взаимодействия со всеми остальными, максимально дифференцируя подходы к двусторонним отношениям.
Более тесным межстрановым торгово-экономическим и отраслевым связям в рамках ЕАЭС способствуют благоприятные отношения для ведения бизнеса. Казахстан по условиям привлечения прямых иностранных инвестиций, по ставкам налогообложения и др. показателям занимает привилегированное положение среди развивающихся стран.
По условиям налогообложения среди 189 стран республика заняла 17 место. Казахстан предоставляет инвесторам освобождение на 10 лет от корпоративного налога. Новым инвесторам в перерабатывающей промышленности, по новым положениям, возвращается 30 процентов инвестиций после ввода объекта в действие. По свидетельству вице-президента Всемирного банка Сирила Мюллера, Казахстан по показателю «DoingBusines» занимает почетное 35 место, поднявшись на 16 позиций по сравнению с 2016 годом.6

Казахстан в центре Евразии относится к числу т. н. landlockedcountries (закрытых стран). Для нас критически важен доступ к мировым рынкам как для экспорта, так и импорта. Мы должны понимать, что если у нас не будет ЕЭП (Единого экономического пространства), то возникнут проблемы как в реализации, так и в транзите наших товаров. В конце 90-х гг. квота на экспорт нефти через российскую систему трубопроводов (КТП) была 3,5 млн. т, сегодня экспортируем более 70 млн. т.7
Преимущества и выгоды Казахстана в составе ЕЭС (Евразийского Экономического Союза) очевидны:
– более упрощенный вариант транзита и продажи наших основных товаров (нефти, сырья, зерна и пр.) основным потребителям – ЕС (Европейскому Союзу), России, странам Востока;
– по условиям создания и ведения бизнеса Казахстан более привлекателен для иностранных и союзных инвесторов. Целый ряд российских и белорусских предприятий открыли свои филиалы в Казахстане. Российские бизнесмены заинтересованы в Казахстане как в потребителе промышленных товаров (машин, оборудования) и как в крупном поставщике сырья.
В макроэкономическом плане от ЕЭС в выигрыше крупные промышленные предприятия в нефтегазовой, горнодобывающей, металлургической, химической и др. стратегических отраслях страны, формирующих основу нашего бюджетного благополучия. Российский бизнес нуждается в нас как в потребителях промышленных товаров. Это видно по структуре нашего товарооборота. Почти 40 процентов всего машиностроительного экспорта России (2015 г.) поступает в Казахстан.* В условиях нарастающей конкуренции на мировом рынке объективно взаимная интеграция должна крепнуть, тем более когда пресс экономических санкций со стороны США и Запада давит на экономику России.
Как показывает мировая практика, даже самодостаточные экономики США и ЕС нуждаются во взаимной поддержке и расширении своих рынков. Эти страны активно обсуждают вопрос о создании зоны свободной торговли в рамках регулярных встреч G-20, G-7, а также более тесного сотрудничества на уровне международных интеграционных объединений НАФТА, Меркосур, АСЕАН и др. ЕС (Европейский Союз), несмотря на полувековой опыт функционирования, до сих пор занят поиском наилучших решений и доработок существующих норм, особенно в области совершенствования Маастрихтских соглашений (1992 г.) и создания единого финансового центра (пула) по регулированию экономики стран-членов ЕС, особенно в условиях мирового кризиса.
Следует признать, страны ЕАЭС по отдельности и вместе по технологическому уровню и эффективности экономики пока недостаточно конкурентоспособны. Цель создания ЕАЭС изначально: преимущественная защита внутреннего рынка от внешней конкуренции. Евразийская интеграция потому охватывает исключительно вопросы экономического взаимодействия государств. Это важнейший принцип интеграции. В рамках экономической интеграции не рассматриваются положения, выходящие за эти проблемы, включая вопросы безопасности, обороны, общего парламента, паспортно-визового режима, социальной политики. Это позиция Казахстана, которая неоднократно была четко выражена Президентов РК на заседаниях Высшего Совета ЕЭС (Евразийского экономического союза).
Реализация преимуществ единого рынка на общей таможенной территории в рамках ЕАЭС не может происходить успешно, если не анализировать вызревающие сегодня некоторые сложные спорные вопросы и не искать пути их решения. Важно, насколько четко политические дивиденды такого объединения или выгоды перевозки (транзит) важных ресурсов за пределы и внутри ЕАЭС сочетаются с интересами комплексного развития экономики республики, построения вертикально-интегрированных холдингов с получением конечной продукции как базовых сфер национальной экономической системы.
В Евразийском союзе Казахстан пока не занимает лидирующего положения. Страна в значительной мере зависима от импорта промышленных и потребительских товаров. Надежда и целевая установка республики – ставка на мобилизацию внутренних резервов, использование либерализованного внешнего рынка, более низкого уровня налогообложения. Это важно в конкурентной борьбе и приспособлении к новым условиям ВТО.
Казахстан на сегодня глубоко интегрирован в мировую экономику, торгует со 184 странами мира. Республика – один из крупнейших экспортеров сырьевых ресурсов – нефти и газа, металлов, урана. Экспортная квота (более 76 процентов), корреляция курса тенге (20 процентов) – все эти меры фактическая поддержка экспортоориентированных секторов национальной экономики. При этом главный выигрыш получают экспортеры.8
Опыт ЕС (Европейского Союза) подтверждает, члены объединения последовательно подключаются к экономической интеграции, доведя свои отрасли и сферы до уровня международной конкурентоспособности. В этом плане готовы только добывающие производства. Экономика Казахстана на начальной стадии диверсификации. Республика еще не готова к реальным процессам международной экономической интеграции в европейском понимании. Конкурентоспособны пока недиверсифицированные добывающие отрасли, которые и так имеют свободный доступ на мировые рынки углеводородного сырья и металлов. Решение проблемы диверсификации для Казахстана пока весьма сложно, ибо каждая из стран имеет свою стратегию, например, «Россия-2030», «Казахстан-2050», направленных на диверсификацию со сходной конечной целью. Потому отрасли и сферы каждой из стран-членов союза преследуют свои цели, с самого начала находятся в острой конкурентной борьбе. Сферы кооперации, комбинирования в межрегиональном, отраслевом аспектах решают свои задачи, выбирают ограничительные меры по отношению к другим государствам (высокие тарифы) и более низкие тарифы для сбыта своей продукции на внутреннем рынке. В реальности такая политика объективно отражает направления внутриблоковой конкуренции по продвижению российских и белорусских товаров и торможение идентичной продукции Казахстана.
Абсолютное превалирование в ТС экономического потенциала России обусловило то, что 92 процента ставок ее импортных пошлин легли в основу норм ТС. Их более высокий уровень приводит к росту инфляции и внутренних цен. Экономика республики сохраняет пока выраженный сырьевой характер: 80 процентов экспорта РК приходится на добывающий сектор, туда же привлекается 80 процентов инвестиций.* Для сбыта своих товаров Россия использует т. н. ограничительные (более низкие) пошлины, что равнозначно экспансии (демпингу) российских товаров в Казахстан в ущерб организации производства идентичной продукции в самой республике.
Для новых предприятий Казахстана, вводимых по программе ФИИР, особенно инновационных, а также продукции обрабатывающих сфер встает вопрос о рынке сбыта. Это сдерживающий фактор диверсификации национальной экономики. Встает проблема конкуренции на внешнем рынке аналогичной продукции. Для готовой продукции России рынок Казахстана выгоден по спросу и цене и безальтернативен, что, в конечном счете, сдерживает расширение производства готовой продукции и соответственно, потребление товаров в Казахстане. Решающее и определяющее значение для равноправных экономических отношений имеет масштаб национальных экономик, их структура, различия в логистике и инфраструктуры.
Политические аспекты интеграции, ин­сти­­туциональное, таможенное, техническое регулирование опережают бизнес-процессы, спрос на промышленные товары, машины, оборудование в значительной мере решается за счет поставок из России и Китая. Радикальных изменений в структуре, технологическом уровне экономики Казахстана пока не происходит. Процесс интеграции в ЕАЭС, набирая темпы, находится в начальной стадии. Формирование интеграционного процесса пока характеризуется нестыковками по ряду важных позиций, требующих эволюционного решения. Так, объективно вопросы создания общего рынка нефти и нефтепродуктов, электроэнергетики отложены до 2025 г. То же самое относится к тарифам перевозок на железнодорожном транспорте. Высокие тарифы выгодны России, а перевозки товаров на большие расстояния не субсидируются. Пока не решена проблема равного доступа к трубопроводам и равных тарифов за прокачку энергоресурсов, в т. ч. из Казахстана. Эти важные инфраструктурные вопросы, имеющие прямой выход на функционирование указанных сфер в экономике членов ЕАЭС должны напрямую определять эффективность и равную выгоду нового интеграционного объединения.
Требует серьезного внимания сложившееся неравноправное институциональное распределение таможенных пошлин: 88 процентов – РФ, 7,5 процента – РК и 3,5 процента – РБ. В той же мере несправедливо распределение голосов интеграционного союза: 75 процентов – РФ, по 21,5 процента – у РК и РБ. При таком раскладе консенсус по любому вопросу не достижим. Абсолютный перевес априори остается за РФ, которая и так доминирует по экономическому, инфраструктурному, кадровому потенциалу. Как это принято в межгосударственных объединениях, например по ЕС, должно быть по голосу у каждой стороны с абсолютным консенсусом (равенстве) при решении всех кардинальных вопросов организации, совершенствования деятельности ЕАЭС.
Положение радикально меняется с вступлением России в члены ВТО. Либерализация внешней торговли и снятие завышенных импортных пошлин неизбежны. Нынешние барьеры на импорт из-за пределов ЕАЭС уже изъяты. Но при этом таможенные тарифы РФ определяют нормативы Казахстана. Здесь явный механический перенос зависимого положения Казахстана по Таможенному Союзу, когда оно на 92 процента определяется нормативами РФ. Обязательства РФ по ВТО априори механически становятся частью обязательства Казахстана, регулируемых теперь положениями ВТО. Такое положение ограничивает возможности маневра Казахстана в рамках ВТО. Принуждение Казахстана следовать в фарватере РФ ущемляет его государственный суверенитет в рамках ВТО. Таможенные тарифы по Казахстану в зависимости от значимости, специализации тех или иных сфер должны решаться в интересах нашей страны.
Мировая экономика на этапе смены прежнего технического базиса активно решает вопросы перехода на новый технологический уклад, переживает т. н. «шторм нововведений». Расходы на освоение нововведений, как и масштаб их применения по развитым странам, растут ежегодно на 35 процентов. По оценкам экспертов, перестройка экономики передовых индустриальных стран на основе нового технологического уклада продлится еще 3-5 лет. В антикризисных решениях и программах приоритет науки и нововведений бесспорен. Расходы на науку по развитым странам, как правило, на уровне 3 процентов ВВП. При уровне этого показателя по Казахстану в 0,17 процента – есть серьезная опасность консервации отставания.
Курс на восстановление отраслей специализации национальной экономики и развитие новых инновационных отраслей и сфер – это закономерность и объективный путь эволюционного совершенствования технологической и отраслевой структуры экономики страны. В условиях сырьевидной экономики с учетом ее положения в международном разделении труда значительная часть промышленности, в том числе и высокотехнологичной, в обозримой перспективе продолжит работать на обеспечение потребностей и переработки природного сырья. Государственно-частное партнерство, особенно на этапе коммерциализации передовых технологий, будет стимулировать наукоемкий тип смежных отраслей.
Требует специального внимания и решения научных и исполнительных органов вопрос о целесообразности передачи принадлежащих государству природных ресурсов в управление особой государственной компании, функционирующей в коммерческом режиме. Природная рента, сопутствующая собственности на недра, является одним из факторных доходов, формирование которых в обычных условиях осуществляется рынком. Уход от универсальной налоговой формы учета дохода в форму селективного, рентного механизма позволил бы на основе применения конкурентных процедур точнее учитывать специфические характеристики отдельных недр. Специальная компания оперировала бы активами, которые государство готово предоставлять частному сектору на основе аренды. Там, где крупным акционером является государство, исполнительная власть вправе осуществлять функции собственника. Для предприятий, имеющих стратегическое значение для экономики страны, управление со стороны государства оправдано. Здесь регулятор выполняет одновременно функции собственника.
Текущий технологический уровень стран ЕАЭС не позволяет рассматривать сотрудничество с ними в качестве базы для инновационной модернизации экономик стран-членов, в том числе и Казахстана. Лаг времени достижения уровня развитых стран реально длителен. Поэтому увеличение доли технологичной продукции, трансфер новой техники возможен в решающей мере за счет третьих стран. Поэтому государственная инициатива и выход на технологические рынки развитых государств имеют на среднесрочный период важное стратегическое значение. В этом ключ не только удовлетворения насущных нужд внутреннего рынка, но и ведущее звено повышения конкурентоспособности экономики Казахстана. В этом аспекте торгово-экономическое сотрудничество с высокотехнологичным рынком Европейского Союза в условиях вступления в ВТО имеет определяющее значение в аспекте структурной перестройки экономики, последовательного углубления производственно-технологической интеграции с индустриально развитыми государствами.
Предложенные вниманию общественности ряд аспектов повышения экономических позиций Казахстана в новом интеграционном союзе направлены прежде всего на преодоление складывающихся диспропорций в таможенно-тарифном, налоговом регулировании, неоправданных протекционистских мер и попыток форсирования наднациональных функций в ЕАЭС. Предметом особого внимания должна явиться проблема преодоления технологического отставания стран ЕАЭС в целом, Казахстана в особенности. Актуальна разработка теоретических и методологических основ новой научно-технологической концепции и активизации инновационных связей с третьими, индустриально развитыми странами. Научная общественность заинтересована в позитивном решении отмеченных дисбалансов в экономическом сотрудничестве стран-членов ЕврАзЭС.

г. Алматы

Литература
1. Balassa B. (1961). The Theory of Economic Integration (2015). Doing Business: 2014–2015/ W.B.
2. МГУ им. М. В. Ломоносова. Совместное заседание ученого совета МГУ и Президиума РАН, 1994, март. Мансуров Т. Евразийский проект Н. Назарбаева, воплощенный в жизнь (1994–2014). Астана, 2014.
3. Борко Ю. А. Взаимосвязь процессов расширения и углубления европейской интеграции. Расширение Европейского союза и Россия. М., Деловая литература, 2006, с. 11–42; Шишков Ю. А. Интеграционные процессы на пороге ХХI века. Почему не интегрируются страны СНГ? М.: «III тысячелетие», 2001.
4. «Этот союз позволит России стать одним из мировых полюсов влияния». В. В. Путин. «Новый интеграционный проект для Евразии – будущее, которое рождается сегодня». М.: «Известия», 3.10.2011.
5. Общество и экономика. № 6, 2015, с. 17.
6. Давосский Всемирный форум. 20.01.2017 г.
7. «Центр Азии». Алматы. № 1, 2014.
8. «Казахстанская правда», 21.03.2014 г.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here