«Казахский Островский» Немат Келимбетов

9
1248

Бахтияр Сманов, 
доктор педагогических наук, 
профессор, член-корреспондент НАН РК, 
генеральный директор Центра 
тюркологии имени Н. Келимбетова 
при КазНПУ им. Абая

Имя известного тюрколога, писателя и ученого, профессора Немата Келимбетова, оставившего неизгладимый след в литературе и науке словесности, было знакомо мне еще с молодых лет. Еще аульным мальчишкой я был наслышан о нем (он был родом из нашего края). А будучи студентом, когда «грыз» гранит филологической науки в стенах КазГУ им. Кирова, я с упоением читал его научно-исследовательские статьи, часто публиковавшиеся в те годы на страницах печати. Меня сильно увлекали его неординарные мысли о глубоких истоках казахской литературы, о ее значении в формировании национального самосознания. Это имя стало для меня путеводной звездой в молодости, и сейчас, в зрелые годы, оно является как бы ориентиром в постижении тайн этого безбрежнего океана, называемого жизнью.

Фото Немат КелимбетовПомнится, в один из тех незабываемых студенческих дней как бы ненароком спросил меня мой любимый учитель, известный востоковед, знаток арабского и персидского языков, дипломат Лениншил Рустемов, который очень тепло относился ко мне, не знаком ли я с Немат ага? (Л. Рустемов – сын пламенного журналиста-публициста, видного поэта-литератора, известного общественного деятеля, ставшего впоследствии жертвой политических репрессий 30-х годов, Зиябека Рустемова. – Б. С.). Я сказал, что с Н. Келимбетовым лично не знаком, но хорошо знаю его научные труды. Мой учитель много хорошего рассказал мне в тот день о нем и через некоторое время, подобрав удобный момент, познакомил меня с ним. Так началось мое общение с этим удивительным человеком. Я благодарен судьбе за то, что мне выпало такое счастье.

Позднее, когда мы с Немат ага начали общаться теснее, я начал понимать, как мне, простому студенту, повезло в жизни – каждая беседа с ним открывала новые горизонты для жаждущего знаний молодого человека. Писатель увлеченно рассказывал об истории нашего с ним родного края, расположенного близ Ташкента, говорил о неизвестных мне дотоле вещах так, что мне казалось, будто я слушаю интересный рассказ о неизведанном мире. Все, о чем он рассказывал, подтверждалось научными доводами, конкретными историческими фактами. Каждый разговор с ним для меня был лекцией мудрого ученого, глубоко знающего проблемы истории, литературы, философии жизни. Сейчас я четко осознаю – огромное влияние эти встречи с этим необыкновенным человеком оказали на мой выбор в жизненном пути, на мой образ мышления. Я до сих пор восхищаюсь тем, как он много знал об истории народов мира, о происхождении тюрков, о их религии, о фольклоре восточных народов, об исполнителях произведений народного творчества, о великих мастерах поэтического слова, как Майлыкожа, Маделикожа, Шады торе, Молда Муса, которые были незаслуженно забыты народом вследствие однобокой политики коммунистического строя.
Как понимаю сейчас, это был период в его жизни, когда он сильно увлекся наукой, вынашивал идею об исследовании новых, запретных по тем временам сторон казахской литературы, в частности, ее истоков, вопросов древней литературы тюркских народов, их фольклора.
Именно в те годы, несмотря на суровые идеологические установки, в этом направлении науки делались первые робкие шаги. Сведущие люди чутко улавливали малейшие перемены, каждую новь, слабые веяния, каждое свежее дуновение ветра на этой ниве. Стали темой бурного обсуждения статьи исследователей литературы М. Жолдасбекова, М. Магауина, К. Саттарова, С. Каскабасова, Е. Турсынова, А. Кыраубаевой и др. Среди них был и Немат Келимбетов. Тема, выбранная им для исследования, была актуальнейшей – жизненный путь и творческая деятельность поэта Шады торе Жангирова. Руководителем научной работы был неутомимый исследователь проблем казахской литературы, видный ученый, наш уважаемый учитель Бейсенбай Кенжебаев. 
Думается, это было не случайно. Мы, студенты того времени, замечали, что двое взрослых людей – ученики Бейсеке, время от времени посещали лекционные занятия этого знаменитого ученого. Один из них Немат ага, с которым меня познакомил Лениншил Рустемов, второй – молодой преподаватель Ташкентского государственного педагогического института им. Низами, будущий известный ученый Кыдырали Саттаров (спустя несколько лет, он тоже стал доктором филологических наук, профессором), слышал, что и он – уроженец наших краев. Об этом я узнал от профессора Кенжебаева. Бейсенбай ага очень хорошо относился ко мне, часто приглашал в гости к себе домой, на свою дачу, находившуюся в районе Каргалы близ Алматы, хорошо знал его супругу Менжамал апай, сына Чингиза, народного художника Казахстана, сноху Валю, племянницу Айсару. Во время таких встреч он иногда рассказывал о своих учениках, подающих надежду.
Оба его ученика были доброжелательными, общительными людьми. При встрече живо интересовались моими делами, как старшие по возрасту, давали необходимые советы, между собой часто заводили разговор об актуальных вопросах науки, литературы и истории. Меня часто брали с собой в Дом отдыха Совета Министров, расположенный в верхней части нынешнего проспекта Достык в предгорьях Алатау, где по приезду в Алматы часто останавливался Кыдырали. Спустя годы, я начал осознавать: какое огромное влияние оказали они, эти двое замечательных людей, на мой выбор жизненного пути.
В 1973 году, в год, когда мы окончили университет, Немат ага, с большим упорством преодолев все преграды, защитил кандидатскую диссертацию. Это было победой нового мышления, нового подхода к вопросам об истоке нашей литературы. Причиной препонов на этом пути служило то, что сверхосторожные идеологи того времени причислили Шады акына – непревзойденного поэта, знатока национальной культуры и традиций тюркских народов, крупного представителя философской мысли Востока, к религиозным деятелям, которые были неугодны создателям идей оболванивания целых народов, лишения их самосознания, отчуждения их потомков от национальных духовных ценностей. Прекрасно понимая все это, Немат ага поплыл против течения, доказывая свою правоту в этом важном для своего народа вопросе, пытаясь защитить истину, закованную на долгое время в цепи.
Я присутствовал на том заседании диссертационного совета, был свидетелем того, как прошла защита диссертации, какие жаркие споры разгорались. На защите диссертации были авторитетные деятели научного мира тех времен. Из Москвы приехал общеизвестный ученый-тюрколог, профессор Института востоковедения АН СССР Амир Наджиб, из Ташкента – заведующий кафедрой государственного педагогического института имени Низами, известный ученый-фольклорист, профессор Натан ака Маллаев и другие крупные специалисты истории литературы, которые высказывали свои веские мнения о научных изысканиях Немата Келимбетова. Это был фурор в научном мире, ведь Немат ага доказал недоказуемое и непредсказуемое по меркам тех лет!
Об исключительных особенностях и особой научной ценности работы говорили научный руководитель диссертационной темы Бейсенбай Кенжебаев, официальные оппоненты диссертанта – общепризнанный своим поэтическим даром известный казахский поэт, доктор филологических наук, профессор Абдилда Тажибаев, и кандидат филологических наук в то время, являющийся сейчас крупным ученым, лауреат Государственной премии республики, профессор Мекемтас Мырзахметов и другие ученые. Все они дали высокую оценку работе Немата Келимбетова. Поразило многих то, что он при защите диссертации ни на йоту не пользовался своим служебным положением (как водится в наше время), а Немат Келимбетов занимал тогда ответственную должность в Совете Министров Казахской ССР.
Подытоживая высказанные мнения выступивших ученых, первый официальный оппонент Абдилда Тажибаев сказал: «Немат Келимбетов для защиты диссертации выбрал очень сложную тему: «Жизненный путь и творческая деятельность Шады торе Жангирова». Его научный труд открыл новую страницу в истории казахской филологической науки. Вопрос упирается не только в творчество Шады акына, который, как убедительно доказал диссертант, был действительно настоящим явлением в поэзии казахского народа, основателем особой поэтической школы и незаслуженно предан к забвению, а исследуемая тема важна тем, что Немат Келимбетов открыл широкую дорогу к исследованию творчеств и других, подобных Шады талантов, живших и творивших когда-то в степях, прилегающих к Сырдарье. Более того, он, Немат Келимбетов, открывает широкий горизонт для познания истории литератур всех братских народов, берущих свое начало с одного общего истока». Текст выступления Абдилды Тажибаева на этом, я бы сказал, историческом заседании диссертационного ученого совета, был опубликован в полном объеме в его книге «Годы и мысли», выпущенной в 1976 году издательством «Жазушы». А диссертация Н. Келимбетова была издана отдельной книгой под названием «Поэт Шады» в 1974 году тем же издательством.
Я поэт, у которого стихи 
отражают как зеркало 
всю действительность эпохи…
Даже в этом подстрочном переводе поэтическое слово Шады звучит метко и звонко. 
Немат Келимбетов, как истинный ученый, проникновенно, убедительно и детально раскрыл творчество незаслуженно забытого временем и людьми великого поэта. И этот его научный труд занимает особое место в казахской литературе. 
Затем последовал тяжелейший период в жизни Немат ага. Заболев неизлечимой болезнью, он был на долгие годы прикован к постели. Но не падал духом. Его творческие рвения, жажда к жизни, свободолюбивые мысли несли его ввысь. Он, страдая страшным недугом, не видя белого света, творил светлое. Как я знаю, его девизом в этой неравной схватке были строки из стихов великого Абая: 
Случилось горе – преодолевай. 
Счастье выпало – не зазнавайся. 
Ищи ответ всему в своем сердце.
Никогда не горюй. 
Всегда помни совет своей души
(дословный перевод)
В этой упорной борьбе за жизнь его стремление к творчеству поддерживали Куаныш женгей, его супруга, сыновья Мухит и Кайрат. Их теплые, ободряющие слова, забота придавали ему силы, неиссякаюмую веру в свои возможности. И Немат ага, не теряя надежды, продолжал творить, делать то, что не под силу многим вполне здоровым людям. Он неутомимо писал. Занялся литературно-художественным переводом, научно-исследовательской работой, и, конечно, личным творческим трудом. Его упорство, жажда к жизни, к творению доброго дали свои плоды. Немата Келимбетова вся наша страна знала как умелого художественного переводчика, видного исследователя-тюрколога и литератора, талантливого писателя-прозаика, замечательного драматурга, глубокомыслящего журналиста-публициста. 
Я покорен его талантом и трудолюбием, до сих пор с интересом перелистываю страницы пережитой этим необыкновенным человеком жизни. Он долгие годы проработал на кафедре казахской литературы КазНПУ им. Абая, преподавал казахской язык в КазНТУ им. К. Сатпаева.
Замечательный педагог, талантливый филолог 10 января 2002 года, как помнится мне, на заседании специализированного диссертационного совета КазНУ им. аль-Фараби защитил докторскую диссертацию на тему: «Древняя тюркская поэзия и преемственность художественных традиций в казахской литературе». Стал доктором филологических наук, профессором, академиком Академии гуманитарных наук, а также членом Союза писателей РК. Эти строки пишу не ради перечисления достигнутых Немат ага высот, а ради того, чтобы показать пройденный тернистый путь простого аульного парня, стремившегося к высоким жизненным целям. Он в моих глазах – образец представителей моего народа, которые смогли пройти все тернии в пути к звездам своей мечты.
Насчет простого аульного парня, я не погорячился. Немат-ага родился и вырос в ауле Жанажол Ташкентской области Узбекистана. Окончил среднюю школу в Келесском районе Южно-Казахстанской области. Уже в те годы он стремился к высоким вершинам. Ему хотелось объять необъятное. И эту свою цель он достигал упорством, трудолюбием и, конечно, врожденной талантливостью. У него появилась мечта стать писателем, когда он работал в Сарыагашской, Келесской районных газетах. К этой заветной мечте приблизили годы работы в республиканской газеты «Социалистік Қазақстан» (ныне «Егемен Қазақстан»).
Немат Келимбетов не забывал о своей мечте и в те годы, когда он занимал важные посты в Совете Министров, работал ответственным секретарем Правительственной комиссии по делам Государственных премий в отраслях литературы, искусства и архитектуры, всегда стремился внести свою лепту в дело развития родной литературы. Умело сочетал государственную службу с творческой писательской и научной деятельностью. В те годы его узнали как талантливого переводчика художественных произведений. В его переводе на казахском языке заговорили произведения прозаиков других народов. Немат Келимбетов перевел на казахский язык роман армянского писателя Леонида Гурунца «Наш милый Шушикент», роман украинского прозаика Василя Козаченко «Молния», произведения узбекских писателей – «Горизонт» Саида Ахмада и «Звездные ночи» Примкула Кадырова. Немат ага в совершенстве владел русским, узбекским и другими тюркскими языками. 
Представители писательского, научного кругов часто его сравнивают с русским писателем Николаем Островским, которому суждено было пережить такие же страдания как и ему. Отчасти они правы. Немат ага, как и Островский, долгие годы боролся со страшным недугом. 
Как и мужественный русский писатель, он до самых последних своих дней с невероятным упорством творил прекрасное. Не имея ни единого шанса на выздоровление, отчаянно боролся за жизнь. Несмотря на состояние своего здоровья, писатель без устали трудился, выполняя свой гражданский долг. Никогда не расставался с надеждой, стремился к высоким целям. Так вышла в свет его повесть-монолог «Не хочу терять надежду», в которой отражены реальные события жизни, достоверные факты. И никаких стенаний, ни капли безнадежности и пессимизма, что обычно встречается у людей, приговоренных злой судьбой к долголетним страданиям. Это произведение было издано издательством «Жалын» в 1981 году и вскоре нашло свое достойное место среди любимых книг многочисленных читателей. На страницах периодической печати печатались теплые отзывы благодарных читателей и литературных критиков об этом произведении. Позже оно было удостоено одной из самых высоких наград в рамках ЮНЕСКО – премии Франца Кафки. А в 2013 году национальная премия Российской Федерации «Лучшие книги и издательства года» была присвоена книге Немата Келимбетова, выпущенной издательством «Художественная литература» под названием «Надежда: о самом сокровенном». Пьеса «Не хочу терять надежду» до сих пор не сходит со сцены Казахского академического театра драмы им.  М. Ауэзова. 
За этим произведением последовали и другие художественные творения этого неутомимого писателя. Эссе «Письма сыну», «Старцы», «Зависть» сразу же после выхода в свет обратили на себя внимание мирового литературного сообщества и широкого круга читателей.
В настоящее время с произведениями писателя, прозванного «казахским Островским», знакомы читатели во многих странах мира. Они переведены на русский, китайский, турецкий, немецкий, украинский языки. Только в 2011 году в Турции, Германии были проведены презентации четырехтомных произведений, выпущенных на турецком и немецком языках. Как бы продолжением их стало проведение вслед за этими мероприятиями международной научно-практической конференции на тему «Видный ученый-тюрколог, писатель, переводчик Немат Келимбетов и проблемы тюркологии» в стенах КазНПУ им. Абая. Многим, думается, запомнились слова профессора Турецкого университета художественных искусств Мимар Синан Абдиуахап Кары, выступившего перед участниками этого очень важного мероприятия. В частности, он отметил: «В минувшем году в Стамбуле было издано двухтомное собрание сочинений Немат ага, а в этом году выпускаем четырехтомник его произведений. В Турции высоко ценят его труды. Однажды мужчина-турок попросил у меня найти один экземпляр книги «Не хочу терять надежду», изданной на турецком языке. Через некоторое время он звонит мне и говорит: «Эта книга перевернула все во мне – изменила и жизнь мою, и мой взгляд на нее, и всю душу. Теперь только начал задумываться о том, зачем она дана человеку, в чем ее сущность, и понял – насколько жизнь дорога для меня. Вам большое спасибо за то, что издали эту книгу на турецком языке и сделали ее нашим общим достоянием». А одна женщина-турчанка как-то сказала, что «прочитав произведение Немата Келимбетова «Не хочу терять надежду», я стала еще сильнее любить своего мужа».
Это произведение, по словам профессора Абдиуахап Кара, пользуется в Турции большим спросом, потому что все то, о чем пишет этот писатель-философ, призывает человека к прекрасному, усиливает стремление в нем быть гуманным, человечным, любить Родину, уважать близких.
Выступая также на этой конференции с докладом, представитель китайского издательства «Ұлттар» («Национальности») Айкын Абиден рассказал много интересного. Он отметил, что в 2010–2011 гг. на китайском языке было издано четырехтомное собрание произведений Н. Келимбетова. «Один из депутатов китайского парламента, – говорил он, – с высокой трибуны призывал своих коллег прочитать произведение Немата Келимбетова «Не хочу терять надежду», чтобы стать истинным патриотом своей страны, человеком и гражданином с большой буквы». В тот момент, слушая такое признание представителей других народов, мою грудь распирала гордость за Немат ага. Настоящее писательское счастье, – думалось мне тогда, – это когда признают твой труд не только в родной стране, но и в других странах мира. В этом плане Немат Келимбетов был поистине счастливым писателем.
Самыми плодотворными оказались годы в период его научной работы на кафедре казахской литературы в КазНПУ им. Абая, где он, будучи доцентом, а затем профессором, читал лекции по проблемам древней казахской литературы. В эти годы общепризнанный ученый, преподаватель с огромным опытом, умудренный жизнью, испытавший все невзгоды судьбы Н. Келимбетов написал для вузов несколько учебников и учебных пособий, посвященных вопросам древних периодов родной литературы. Учебник «Древняя эпоха казахской литературы», написанный им и выпущенный издательством «Мектеп» в 1986 году, стал одним из ценнейших научных трудов, доказавших, что наша родная литература берет свое начало с самых древнейших времен. В последующие годы были изданы его учебники и учебные пособия «Классическая поэзия Востока» (1989), «Литература древних эпох» (1991), «Древний период истории казахской литературы» (1998), монографии «Древняя тюркская поэзия и преемственность в казахской литературе», «Истоки казахской литературы» (1998), «Преемственность художественных традиций» (2000), «Древние литературные памятники» (2004) и др.
Последняя монография видного ученого была удостоена премии имени Культегина. В ней автор глубоко анализирует вопросы преемственности художественных традиций в литературных наследиях, начиная с памятников литературы, созданных тюркскими народами в эпоху саков и гуннов, заканчивая героическими эпосами времен основания казахского ханства. Здесь автор, беря в основу монографии материалы ранее опубликованных своих научных трудов «Истоки казахской литературы», «Литература древней эпохи», «Преемственность художественных традиций» и других, рассматривает наследие древнетюркской литературы с учетом современных научных требований.
«Позже, но по нынешним исчислениям, еще в древние времена, роды и племена, заложившие основу формирования казахского народа, населяли территорию современного Казахстана, Средней Азии, Юго-Восточной Сибири, Центральной Азии, Приволжья, жили бок о бок с племенами, вошедшими через многие годы в этнический состав таких тюркоязычных народов, как узбеки, киргизы, азербайджане, туркмены, уйгуры, каракалпаки, хакасы, башкиры, татары и другие. Это значит, что экономическая, социальная, духовно-культурная жизнь современных тюркоязычных народов издревле была тесно взаимосвязана. Именно поэтому нужно тщательно исследовать историю литературы, все особенности общественной, политической и культурной жизни тюркоязычных народов, учитывая их историческую общность», – резюмирует ученый в вышеназванной своей исследовательской работе.
С Немат ага мы иногда созванивались, спрашивали друг друга о текущих делах, интересовались житейскими вопросами, которыми были заняты в то время. Он между делом рассказывал о состоянии своих научно-творческих работ. Но чаще всего упоминал о делах своих детей. Говорил, что они учатся в республиканской физико-математической школе имени академика О. Жаутикова. Гордился тем, что они учатся на «отлично». Чувствовалось, что он, любящий отец, возлагал большие надежды на своих детей. Его глубокие отцовские чувства, неизмеримая любовь к своим детям, забота о их будущем ярко были выражены в его эссе «Письма сыну», которое было адресовано, на мой взгляд, не только к своему сыну, а ко всему молодому поколению.
Это произведение, написанное в эпистолярном жанре, содержит не только назидания любящего отца, но и множество ценных в научном плане мыслей, интересные жизненные наблюдения мудрого человека. «Письма сыну» полны лиризма, изобилуют историческими сведениями о прошлом казахского народа, которые рассматриваются ученым с иных ракурсов в отличие от сложившихся стереотипов. Он призывает сына взглянуть на историю своего народа по-новому, уважительно отнестись к его прошлому, к лучшим обычаям и традициям предков, оберегать их как зеницу ока. В эссе советы и желания отца искусно переплетены с высказываниями древних мудрецов, примерами, взятыми из жизни истинных патриотов своего народа. Это еще более усиливает философское, воспитательное значение произведения. Я бы сказал, что «Письма сыну» Н. Келимбетова – жизненная программа, составленная для молодого поколения.
Начало лета 2002 года… В то время я работал деканом историко-филологического факультета Казахского государственного женского педагогического университета. Как всегда: дел невпроворот, а времени ничтожно мало. В один из таких суетливых дней неожиданно позвонил Немат ага. Сказал, что он намерен провести встречу-беседу со студентами нашего вуза. Немат Келимбетов – автор учебников, по которым учатся наши студенты. Он – их любимый автор. Как тут не согласиться с его предложением! Это было бы очень здорово и полезно для студентов! На эту незабываемую встречу он пришел в сопровождении группы ученых во главе с его близким родственником, доктором технических наук, профессором Жаксыбаем Касымбековым.
Почему мне так крепко запомнилась эта встреча Немата Келимбетова со студенческой молодежью? Мне кажется сейчас, уже после долгих лет, прошедших без этого удивительного, неповторимого человека, что он в то время очень нуждался в общении с людьми с открытой душой, коими     являлись  молодые студенты, ищущие ответы на множество волнующих их душу вопросов, желал поделиться самыми сокровенными мыслями о прошлом и будущем литературы родного народа с подрастающим поколением, которое может продолжить начатое им и его предшественниками святое дело. Аудитория в прямом смысле этого слова была заворожена его увлекательными рассказами об истоках литературы тюркских народов. Каждое его предположение, каждая гипотеза сопровождались неопровержимыми доказательствами, историческими фактами, научными доводами. 
Встреча многим запомнилась тем, что она больше похожа была на лекцию с богатым содержанием, на беседу мудреца со своими последователями.
Молодежь, затаив дыхание, слушала о малоизвестных им древних дастанах тюркских народов «Алып ер Тона», «Огуз каган», «Атилла», «Батыр Шу», «Ергенекон», «Синий волк» и других, сбором, исследованием и систематизацией которых занимался ученый. При этом он особо подчеркивал мысль о том, что эти бесценные литературные памятники, созданные в эпоху наших предков – саков и гуннов, являются общим достоянием всех тюркских народов. Он обратил внимание участников встречи на схожесть казахских героических эпосов и древних литературных произведений в плане содержания, стиля и основных идей.
Присутствующие много нового узнали об эпосах «Культегин батыр», «Билге Каган и Тоныкок-мудрец», о том, что письменная литература казахов берет свое начало из этих источников. В качестве примеров Немат ага приводил казахские эпосы более поздних времен. Собравшиеся с большим интересом слушали его рассказы о творчестве Юсуфа Баласагуна, Ахмета Югнеки, Ходжа Ахмеда Яссави, сказителей-жырау, живших и творивших во времена Казахских ханств, Асан-кайгы, Казтугана, Шалкииза, Доспамбета, Жиенбета, Ахтамберды, Умбетей, Бухара и других, где исследователь оперировал многими ранее неизвестными научными фактами и историческими доводами. 
После этой замечательной встречи мы продолжили беседу за богатым дастарханом Куаныш женгей в доме писателя, расположенном на пересечении улиц Достык и Сатпаева Алматы.
Не забывается еще один момент, связанный с Немат ага. Он был очень дружен с одним прекрасным человеком – народным артистом Сабитом Оразбаевым.
Это было 10 ноября 1982 года. Как раз в этот день скончался Генеральный секретарь ЦК Компартии СССР Л. И. Брежнев. В то время я работал в Министерстве образования. Придя утром на работу, у входа в министерство встретил Немат ага и Сабит ага, которые сказали, что только вышли из кабинета Лениншил Зиябековича Рустемова, работавшего в тот период заместителем министра образования. По радио тихо звучала мелодия траурной музыки. Здесь от них и услышал о случившемся. Немат ага грустно произнес: «Не зря говорят в народе: «Жизнь, как быстротечная река». Сегодня здравствуешь, завтра – тебя не станет. Всемогущий создатель не посмотрит – кто ты, час настал – тебя уже нет».
Было видно, что он искренне печалится. Это и естественно – Леонид Ильич без малого двадцать лет бессменно правил большим государством – мощной империей. Народ к нему привык. Он умел находить общий язык с простым народом. 
Тут вмешался в разговор никогда неунывающий балагур Сабит ага: 
– В давние времена, – начал рассказывать он одну из шутливых притчей, которых у него в запасе очень много, – в наших краях жил-был очень известный в округе Касымбек датка (датка – губернатор, наместник Кокандского хана). Он был сказочно богат, даже Белый царь относился к нему благосклонно. У него были батраки, узбеки по национальности – братья Ешматбай и Ташматбай, работавшие на бая с самого детства. И вот однажды, во время полуденного отдыха на сенокосе младший Ташматбай говорит старшему Ешматбаю: 
– Ешматбай ака, послушай, вот, что я скажу: этот Касымбек бай – самый счастливый человек на земле. Все делается только по его желанию. Он – богач, он – правитель, датка. Он, наверное, бессмертен. Смерти не одолеть такого всемогущего…
Но в один из таких дней пришел черед и датка Касымбека. 
Словоохотливый Ташматбай опять завел «важный» разговор с Ешматбай-ака: 
– Слушай, Ешматбай-ака, вот что я скажу: я думал, что Касымбек бессмертен, такой человек с несметным богатством, с такой славой, с таким крепким здоровьем должен бы жить вечно. Видать, Бог действительно всемогущ, если осилил даже Касымбека… Что теперь с нами будет? Ведь мы против бая – просто жалкие букашки? 
Мы с Немат ага невольно улыбнулись, но каждый думал о чем-то своем. Истина – истиной, но в душе не был согласен с одной мыслью: Абай в своей бессмертной поэзии задается вопросом: «Разве можно считать умершим человека, который оставил неизгладимый след в жизни?». Я подумал, вот Сабит Оразбаев, в данный момент стоящий рядом с нами, крупный деятель искусства, любимый актер народа, создавший и создающий яркие, незабываемые образы на сцене, разве он – букашка? Разве такая личность исчезнет бесследно как тень?! Вряд ли.
Немат Келимбетов – это глыба в науке, мастодонт в литературе, неповторимая личность, которая останется навсегда в памяти народа. Даже смерть не в силах стереть его добрые дела, оставленные в памяти и сердцах людей. Да, жаль, конечно, что такие люди не бессмертны. Невольно вспоминаешь строки из бесценных сказаний поэта минувших веков Майлыкожы: «Печально, что жизнь бессильна перед смертью…».
… Уже минуло несколько лет, как Немат ага покинул нас. Но он живет в нашей памяти. Достойно отметили его 75-летний юбилей. В прошлом году специальным постановлением Правительства РК при КазНПУ им. Абая был открыт Центр тюркологии имени Немата Келимбетова. Начатое им дело продолжают его ученики, студенческая молодежь, молодые ученые изучают его научно-художественные произведения. 
Немат Келимбетов – человек несгибаемой воли, с твердым, как кремень, характером, до последнего вздоха стойко отстаивал свою гражданскую позицию. Он занял достойное место в истории духовной жизни своего народа, который неизмеримо любил.

9 КОММЕНТАРИИ

  1. Немат Келимбетов – личность незаурядная, вот с кого должна брать пример наша молодежь

  2. Можно было бы больше написать про Немата Келимбетова. Патриот своего народа

  3. Да, он отец нашего министра Келимбетова Кайрата, такого непостоянного в своих действиях и высказываниях… обещает одно, а делает совсем другое

  4. Мен өмір бойы осындай абзал ағаның,аяулы ұстазымның шәкірті болғаныма мақтанамын.Немат ағайдың телегей-теңіз білімінен сусындап,сабақ алу – ол бір ерекше бақыт болса,ол кісінің бізге куратор болып,менің старостасы болғаным,1984-88 жылдардың студенті үшін үлкен жетістік еді.Ағай бізді өмірімдегі куратор болған жалғаз группам деп мейірленетін.Барлығымыздың білім-ғылымға ізденуімізге бағыттып отырушы еді.Мені елгезектігім үшін өз қызындай жақсы көретін.
    Абай атындағы КазПИ-дің,фил,фак-тың 1988 ж түлегі

  5. он знаток казахского языка воспитал двух обрусевших русских сыновей так любит родного казахскрго языка а свою любовь не привить родным детям вот парадокс жизни после этого как можно уважатть и чтить его как япреподовател

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ