ИЗ РОДА САТПАЕВЫХ

0
82

В республике стартовала госпрограмма «Архивы–2025». Задача долгосрочного проекта – выявление и систематизация, публикация ранее неизвестных материалов из зарубежных и отечественных архивохранилищ для объективной оценки места и роли известных лиц Казахстана в контексте исторических процессов. История Северо-Казахстанской области содержит любопытные страницы. Мало кому известно, что в Петропавловске (Қызылжар) на ниве просвещения трудились представитель известного рода Сатпаевых и другие уроженцы Баян-аула. Карим Сатпаев – двоюродный брат ученого с мировым именем Каныша Сатпаева – оставил яркий след в истории образовательных учреждений Акмолинской губернии. В поисках дополнительных данных о Кариме Жаминовиче исследователь Гюльнар Муканова обратилась в архивохранилища. Раритетные документы предоставил Государственный архив Северо-Казахстанской области (далее – ГАСКО). Что удалось обнаружить в архивах, историк рассказывает нашему изданию.

– Что же представляла собой Акмолинская губерния времен Казахской автономии?
– Акмолинская губерния в середине 1920-х годов занимала обширную площадь и включала без малого шестьдесят (59!) волостей, в составе довольно крупных уездов: в Акмолинский уезд входило 19 волостей, Петропавловский – 15, Атбасарский – 8 и Кокчетавский – 17. Такое административное деление сохранялось до осени 1928 года. На ее территории находились губернский центр Петропавловск и другие города: Кокчетав, Акмолинск (ныне Нур-Султан), Атбасар. Население губернии занималось кто животноводством, кто земледелием, а кое-кто промыслами, торговлей и извозом. Расположение губернии способствовало активным контактам со смежными регионами Сибири, Тургая, Прииртышья и Центрального Казахстана.
– Заниматься вопросами народного образования в столь обширной губернии было непросто…
– Совершенно верно. Особенно в условиях сурового климата края, когда зимой морозы достигали сорока градусов! У многих курсантов совпартшколы в Петропавловске и учащихся из отдаленных казахских аулов не было смены одежды; им шили форменные куртки и брюки, выдавали головные уборы и сапоги и еще продпаек. Трудно приходилось, если средств выделяли недостаточно. Многие учащиеся оказались сиротами после страшного джута 1921 года, вызвавшего массовую гибель людей от голода. Приходилось запасаться дровами, часто школьные классы размещались в мало приспособленных помещениях. В архивном документе описывается случай, когда занятия в апреле 1922 года пришлось прекратить, поскольку местное подразделение чрезвычайной комиссии (ЧК) во время зимних каникул своевольно конфисковало дрова в здании педкурсов, вовремя не поступило финансирование продпайков, и в итоге пришлось распустить курсантов по домам. Что касается учителей, испытывался дефицит кадров, их приглашали со всей Сары-Арки.
– Когда встречается первое упоминание о просветительской деятельности представителя рода Сатпаевых в Акмолинской губернии?
– Я обнаружила очень интересный источник – список преподавателей Акмолинских мусульманских педагогических курсов в Петропавловске на 1921–1922 учебный год. Данные курсы были изначально рассчитаны на три года. Был сделан хороший набор на первый курс, численностью 123 курсанта, в основном казахская молодежь, было даже несколько девушек. Согласно документу, за подписью заведующего мусульманских педкурсов Ержанова, Сатпаев Карим в 1921 году стал преподавать. Характеризуется положительно. Кстати, он одно время учился у Сейфуллина Сакена, который так же положительно отзывался о Абдыкариме в романе «Тернистый путь».
– С кем довелось работать и общаться в Петропавловске Кариму Сатпаеву?
– Это также чрезвычайно любопытная тема. В Петропавловске на середину 1920-х годов оказались сконцентрированы сильнейшие кадры. Как отмечал в годовом отчете заведующий Казахским педтехникумом Жумагали Тлеулин, многие учителя считали своим долгом заниматься популяризацией знаний и совмещали работу с написанием статей и очерков для региональной прессы. Например, в списке преподавателей мусульманских педкурсов числятся: Ержанов Бибатыр (Байбатыр), Абдуллин Гаяз (Аяз), Айбасов Брмухамет, Айтхожин Сабыр, Курмашев Галимжан… Таков был круг общения Карима, который, к слову, любил декламировать поэзию Магжана. Отмечу лишь, что названные педагоги и общественные деятели – гордость края, Сабыр Айтхожин много лет работал редактором СМИ, затем занимал посты на республиканском уровне. Магжан Жумабаев, Сейтбаттал Мустафин (выпускник турецкой семинарии в Константинополе (ныне Стамбул), Ильяс Темирбеков (наркомпрос), Асхат Сейдалин, Бекмухамет Серкебаев (это отец оперного певца Ермека Серкебаева), Жиенгали Тлепбергенов, Смагул Садвокасов (наркомпрос), Галауетден Мамеков (выпускник уфимского медрерсе «Галия»), Гали Кемелев, Хайретдин Болганбаев (соратник Мустафы Шокая), Садвокас Жандосов и многие другие работали в учебных заведениях Петропавловска и губоно в 20–30-е годы прошлого столетия. К сожалению, все они стали жертвами репрессий в 1930-е годы. Школы выписывали газеты и журналы, в том числе «Бостандық туы», «Мир труда», профильные издания и т. д. Если вчитаться в отчеты и планы работы школ и техникумов (Казпедтехникум, русский педтехникум, сельскохозяйственный техникум и Боровской лесной техникум), то в Акмолинской губернии заметна активная экскурсионная работа: школьников и курсантов приучали к производству, вывозили на месные предприятия (кожевенная и сапоговаляльная фабрики, мельницы, др.), а лучших – в Боровое и даже в Москву! Сегодня эту методику именуют дуальным обучением: выпускник получает за время обучения как теоретические, так и практические знания. Благодаря серьезным педагогам город и губерния смогли успешно готовить национальные кадры.
– Какие имеются аргументы в пользу того, что Карим Сатпаев не однофамилец, а действительно родственник известного ученого?
– Доказательств не требуется уже потому, что близкое окружение и дети К. И. Сатпаева всегда помнили о Кариме. Он приходится двоюродным братом академику, о чем ему, кстати, напомнили органы, и даже ему пришлось писать объяснительную на предмет наличия родственника, имевшего судимости (об этом ниже). О Сатпаеве Кариме (полное имя – Абдыкарим) говорится в увидевшей свет в 1999 году книге «Свет очага» Шамшиябану Сатпаевой, дочери первого президента Академии наук республики, знаменитого геолога Сатпаева Каныша Имантаевича. В книге представлены новые, малоизвестные материалы о ближайшем окружении К. И. Сатпаева и его родных и знакомых. В частности, приводятся воспоминания писателя Зейтина Акышева: «…Молодежь аула Сатпаевых была привлечена к образованию намного раньше остальных. Они учились в Акмолинске, Семипалатинске, Омске. Летом, когда они приезжали в аул, по их просьбе соединяли две большие юрты и смотрели там спектакли. Мы, аульчане, только тогда узнали, что такое спектакли. Абдыкарим обычно играл на скрипке, потом на домбре, гармони, пел песни, учил новым спортивным играм. Стар и млад аула как бы духовно воскрешались».
Однако автор мемуаров в 90-е годы не располагала достаточными сведениями о дяде Абдыкариме, о чем сожалела. Тем не менее книга Ш. К. Сатпаевой – хороший источник и служит основанием для дальнейших поисков.
– Что еще удалось вам найти по биографии Карима Сатпаева в архивах? Может сохранились фотографии?
– Насчет фотоснимков – в те годы они были крайне редки. Часть их если и были, конфисковывались при обысках и арестах, уничтожались в страхе быть узнанными теми, кто их хранил дома. Однако есть одна зацепка: не так давно на форуме в Челябинске потомки Сатпаева Карима, 1895 года рождения, разместили его маленькое фото. Приблизительно фотоснимок можно датировать пред- либо поствоенным периодом: косоворотка с характерным воротом-стойкой и маленькими пуговицами, пиджак, короткая стрижка позволяют верифицировать снимок концом 30-х–40 годами прошлого столетия. Подпись под снимком гласит: «Прадедушка Сатпаев Карим родился 1895 году Тургайской области. Во время войны был в трудармии в городе Молотове (Пермь). Работал на лесоповале и сплавлял лес по реке Кама». Визуально лицо, изображенное на фото, с интеллигентными чертами, высокий лоб, прямой узкий нос, скулы, имеет сходство с фотографиями Каныша Сатпаева в молодости. Если эта версия подтвердится, то, возможно, приговор 1938 года о высшей мере наказания, вынесенный в Караганде Кариму Сатпаеву, был заменен на ссылку и лагеря. Так он мог оказаться в Перми. И вполне вероятно, что брат его Каныш узнал о том, что Карим жив, однако ему и родным приходилось хранить молчание. Ведь неслучайно ему пришлось писать объяснительную на имя М. Суслова по линии всесоюзного партконтроля о наличии судимости у родственника.
– Чем мог безобидный преподаватель, декламатор стихов, так навредить советской власти?
– По вопросу о судимостях Карима Сатпаева в 1922 и 1938 годах… Оба факта были сфальсифицированы. Об этом пишет и Шамшиябану, ведь и остальным Сатпаевым ставили «на вид» их социальное происхождение, объявляли «кулаками и баями». В интернете есть официальные данные из фондов МВД РК (только год рождения имеет вариации): «Сатпаев Карим, 1898 года рождения, киргиз (казах). Место рождения: Павлодарский уезд, Семипалатинская губерния. Образование: начальное. До ареста проживал: Акмолинская область (Целиноградская), г. Акмолинск, ул. Новая, 51. Должность: учитель-лектор УОН. Кем и когда арестован: Акмолинский губернский отдел ГПУ, 21.05.1922 г. Статья 58 УК РСФСР. Оправдан судом от 15-19.01.1924 г. приговор выездной сессии Акмолинского губернского суда».
«Сатпаев Карим. 1901 года рождения, казах. Место рождения: Павлодарская обл., Баян-Аульский. Образование: среднее. До ареста проживал: Карагандинская обл., г. Караганда, работал бухгалтером в Сельхозмукатресте. Кем и когда арестован: 08.04.1938 года, УНКВД по Карагандинской обл. Кем и когда осужден: Тройка УНКВД, 22.10.1938 года. Статья: 58-11, 58-7, 58-2, 58-9, 58-8 УК РСФСР. Осужден к ВМН. Дата и орган реабилитации: 29.06.1989 год. Прокуратура Карагандинской области». Это один и тот же человек, в те времена не было паспортов, и запись о дате рождения заполнялась со слов задержанного или примерно, что, кстати, оставляет надежду на то, что и челябинский Сатпаев окажется нашим Каримом.
– Чтобы арестовать человека, нужны веские основания…
– Что вы! Элементарный донос мог стать таким основанием. В фондах ГАСКО нашла копию приговора Выездной сессии Акмолинского губернского ревтрибунала от 24 декабря 1922 года (!) группе лиц, обвиненных в контрреволюционных призывах и действиях, по сути, то были недовольные продналогом местные жители. Ревтрибунал – это серьезно. «Главарь банды» Ващенко был приговорен к расстрелу, остальные получили тюремные сроки. Самое удивительное, что под пунктом 23 по этому нашумевшему делу проходил… Сатпаев Карим. Сфабрикованность обвинений следствия, которое велось почти год (арестован Карим был 20 мая 1922 года), в отношении преподавателя педкурсов, мало знакомого с местностью, было очевидно. Скорее всего, кому-то надо было дискредитировать даже не самого Карима, а его близкого родственника, деятеля «Алаш» в Семипалатинске Абыкея Сатпаева. Строки приговора составлены так, что даже члены ревтрибунала усомнились в их правдивости: «п. 23. Сатпаев в контрреволюционную организацию вступил в феврале-марте текущего года по предложению Ващенко (хотя события мятежа в Приишимье имели место в 1921 году осенью, – Г. М.), занимался налаживанием связей с иногородними контрреволюционными организациями, сопровождал главу Акмолинской к/р организации до аула Нуралина, где дал ему рекомендационные письма к зажиточным казахам о сокрейшей подаче последнему подвод по тракту на город Павлодар, принимал меры по налаживанию связи с видным деятелем Алаш-Арды (так в тексте. – Г. М.) Сатпаевым (в тексте пропущена первая буква и получилось Атпаевым. – Г. М.), от которого предполагал достать один пулемет для организации и пытался завербовать в организацию зажиточных казахов». Эти «действия» были квалифицированы по ст. 60 части 2-й УК. Был вынесен окончательный приговор в отношении «Сатпаева Карима, 24 лет, холост, грамотный беспартийный, по социальному положению кулак, происходящий из граждан аула № 1 Павлодарского уезда Семипалатинской губернии, за участие в контрреволюционной организации, на основании ст. 60 ч. 2-й УК, подвергнуть заключению в дом лишения свободы сроком на три (3) года. Председатель Долганов, члены ревтрибунала Анашкин, Скляров. г. Акмолинск». Шашиябану Сатпаева пишет, что Карима освободили досрочно через два года, настолько обвинения были надуманы. Такова история с его первым арестом.
– Грянул 1937-й год…
– Да, и разгул репрессий имел необратимый характер. В тридцатые годы сразу трое из рода Сатпаевых были репрессированы и погибли. Педагог, специалист по русскому языку и литературе, естествознанию, первый директор Семипалатинской семинарии и Семипалатинского педтехникума Абыкей Сатпаев (1881–1938). Родной брат Каныша Имантаевича – Сатпаев Газиз (1892–1937) – до революции учился в Семипалатинской гимназии, готовился стать медиком. Каныш любил и уважал его, высоко ценил интеллект и душевные качества. Жертвой несправедливости вновь стал Карим Жаминович Сатпаев. По свидетельству современников – образованный, обаятельный человек, талантливый скрипач, организатор этнографических вечеров. Ему могли поставить в вину знакомство с Магжаном Жумабаевым, Алькеем Маргуланом, Жусипбеком Аймауытовым, чьи труды он высоко ценил.
– Получается, многие в роду Сатпаевых обладали незаурядными талантами?
– Да, и он очень гордился ими. Канышу Имантаевичу пришлось заполнять анкеты о социальном положении. В одной из автобиографий от 9 марта 1943 года К. И. Сатпаев запишет: «… Младше моего отца Имантая, – брат (мой дядя) Жамин как младший из сыновей Сатпая унаследовал от деда главное наследство и являлся баем, имея 200-300 голов овец, 100-150 голов лошадей. Остальные двое детей, Зеин и Амин, являлись бедняками. Его (Имантая) трое братьев скончались в 1932–1934 гг. по естественной старости». Со слов родных, Жамин был многодетным: сыновья Магаз, Абсалям, Акимтай, Абдикарим и несколько дочерей. Абдикарим (Карим) родился в Баянауле Павлодарской области в семье зажиточного грамотного Жамина. Как и другие дети, обучался грамоте дома, затем – в Аккелинской школе и в других городах. В 1917–1918 г. окончил педагогические курсы Акмолинской учительской семинарии, где преподавал Сакен Сейфуллин. Внешне красивый, активный юноша отличался от других: выступал, декламируя стихи и читая рассказы, многим запомнился искусной игрой на гитаре, домбре и скрипке, исполняя песни на казахском, татарском, русском языках.
Когда на Каныша Сатпаева написали очередной анонимный донос о судимости его родственников, он обратился к секретарю ЦК ВКП(б) М. А. Суслову и секретарю ЦК КП (б) Казахстана Жумабаю Шаяхметову, чтобы окончательно отвести наветы «доброжелателей»: «…Карим Сатпаев приходится мне двоюродным братом. Автор (имеется в виду анонимщик) неверно пишет, что он будто расстрелян в 1922 году. Он в том году был действительно арестован, но был вскоре выпущен на свободу. Затем в течение следующих лет он работал на различных должностях бухгалтера и других в пределах Акмолинской и Карагандинской областей и был арестован в 1937 году. Дальнейшая его судьба мне неизвестна». Письмо то было мерой вынужденной; возможно, Каныш Имантаевич знал, где находится Карим, и предпочел не раскрывать его адрес в Сибири.
– Кто ныне хранит память о Сатпаеве Кариме и его добрых делах?
– Человек с непростой судьбой, грамотный и выдержанный, Карим Сатпаев остается в памяти поколений. В книге Шамшиибану Канышевны сказано, что у Карима Жаминовича Сатпаева было двое сыновей – Тлеубек и Укубай, об их судьбах мне мало известно. Челябинский форум о человеке со схожей фамилией и именем, трудармейцем-казахом, и фотография, быть может, обнаружат тех, кто знает больше. Одно я знаю точно: Карим Сатпаев был незаурядным талантливым человеком, уже тот факт, что он ставил театрализованные постановки по произведениям Магжана и Жусипбека, обучал детей грамоте в пределах Акмолинской губернии, затем – Карагандинской области дополняет его светлый образ. Со слов его учеников, в частности, А. Айманова, «… в Баянауле ставились первые пьесы Жусупбека Аймауытова «Волостной взяточник» – «Жебір болыс». Поставил пьесу двоюродный брат Каныш агая Карим Сатпаев, приехавший в Баянаул по специальному приглашению. На постановку пришло много зрителей, не только местные, но и жители близких к городу аулов. Спектакль завершился концертом. Карим обычно заранее отбирал исполнителей, учил их неизвестной нам тайне, технике искусного художественного чтения, декламации. Помним, как группа учеников прекрасно прочитала стихи Абая, Магжана, Султанмахмута, Жусупбека». «Я выучил стихотворение «Жамиля» Магжана», – завершает свой рассказ Айткен Айманов. Сыновья Жамина отличались долголетием. Есть надежда, что и Карим Сатпаев выжил в ГУЛаге, но вынужден был проживать за пределами Казахстана. Вполне вероятно, в архивах будут еще обнаружены новые материалы и его статьи на страницах газет и журналов. Таких личностей надо помнить.
P. S. Автор выражает признательность директору ГАСКО, к. и. н. Маликовой Сауле Зейнуллиновне и сотрудникам архива – Гульнар Багеновой и Замзагуль Зикириной за содействие в поиске раритетных источников.

Записала Саида ИМИРОВА

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ