О ТЕХНОЛОГИЯХ УПРАВЛЯЕМОГО ХАОСА

0
56

Мурат ТУЛЕЕВ,
кандидат политических наук,
эксперт Центрально-Азиатского
корпуса развития

Развитие средств и технологий информационной вой­ны делает как никогда актуальной разработку систем противодействия информационно-психологическим технологиям манипулирования сознанием, а также улучшение методов управления и защиты информационного пространства каждого государства. В современных условиях возникновение кризисной ситуации возможно за считанные дни, что требует немедленной реакции политического руководства стран постсоветского пространства.

Стоит признать, что в информационном обществе информационная вой­на является неотъемлемой составляющей политических отношений и основным инструментом принуждения и достижения политических целей. Войны такого типа признаны тем фактором, который может в значительной степени изменить направленность геополитических процессов и отношений в современном обществе и привести к смещению геополитических центров притяжения национальных интересов субъектов геополитической конкуренции (например, появление новых глобальных и региональных политических лидеров и формирование международных коалиций вокруг них) [1].
Информационно-технологическая война, или кибервойна, предполагает воздействие на информационную инфраструктуру противника, на его системы и средства связи, базы данных, компьютерные и информационные ресурсы. К примеру, 1 октября 2009 года было создано новое подразделение Министерства обороны США – Кибернетическое командование, его основной ресурс – использование информационных технологий и интернета в качестве оружия. Подобные подразделения существуют в России, Китае и ряде других стран [2].
Уникальными инструментами в противостоянии цивилизаций являются гибридная война и цветная революция. Они отличаются от других конфликтов тем, что наряду с дозированным использованием военной силы и различных форм экономического подавления противника (в гибридной войне) в конфликтах обоих типов широко используются возможности современных информационных технологий.
Цветная революция также представляет собой феномен в спектре современных конфликтов, для которого характерно массированное использование информационных технологий с целью формирования манипулируемой толпы. Информационные технологии воздействия на население в обоих видах конфликтов в начале XXI века вышли на новый качественный уровень, что придает подобному оружию недоступный ранее пространственный масштаб, особую остроту и угрожающую актуальность.
Западные стратеги геополитики активно используют технологии информационного противостояния как ключевого направления гибридной войны против стран-мишеней для создания в них атмосферы хаоса и неопределенности, зомбирования национальной элиты и народа в целом.
Концептуальная модель гибридной войны разработана на Западе, включена в военную доктрину США и их союзников по НАТО и используется на практике. Ныне смело можно говорить о гибридной войне как о войне гибридно-информационной, тем более что боевые действия в ней не рассматриваются, а информационные, наоборот, резко усилены. Ее информационный статус возрастает, поскольку в современных конфликтах нужно маскировать физические действия.
Гибридная война может постоянно менять правила игры и задействованные типы силы, поскольку она одновременно оперирует как военными, так и гражданскими составляющими. Крым и Донбасс – классический пример, когда сначала создается очаг гражданского неповиновения, за которым следует активное военное противостояние. Тем самым происходит подавление как военной, так и гражданской активности.
Гибридная война возможна только в случае сильной информационной агрессии, где атакующая сторона не афиширует своего участия. Война есть, но со стороны противника нет ни зримых войск, ни оружия. В ней желаемое достигается при сильной информационной поддержке.
Следующие характеристики российской информационной агрессии (по Украине) отмечают эксперты:
– отсутствие единой линии фронта;
– информационное пространство является основным полем боя;
– нет формального объявления войны, военное участие официально скрывается;
– большие группы населения включаются в войну.
Таково необычное сочетание параметров, характерных именно для странной войны, которой официально нет, но в телевизоре есть [3].
Совокупность методов формируют так называемые гибридные стратегии, которые лежат в основе конфликтов второго вида – гибридных войн и цветных революций. Их объединяет стратегия достижения политических целей с минимальным военно-силовым воздействием на противника за счет использования современных информационно-когнитивных технологий с опорой на «мягкую силу» и «жесткую силу».
При этом планомерно осуществляется подрыв военного и экономического потенциала, разрушается культурно-мировоззренческая сфера, поддерживается радикальная оппозиция для манипуляции протестным потенциалом населения. Предоставляются военная помощь и финансовое содействие экстремистским и террористическим организациям. По мере решения задач по максимальному изнурению противника допускается ограниченное применение военной силы в формате карательных операций с целью перевода страны под внешнее управление.
По мнению начальника Генерального штаба ВС РФ генерала-армии Валерия Герасимова, «применение непрямых ассиметричных действий и способов ведения «гибридных» войн позволяет лишить противоборствующую сторону фактического суверенитета без захвата территории государства военной силой» [4].
Таким образом, сочетание традиционных и гибридных видов современных конфликтов является детерминантом, определяющим фактором для всех вооруженных противостояний. При этом если конфликты второго вида могут достигать поставленной цели без открытого использования военно-силовых методов, то конфликты первого вида в обязательном порядке включают «гибридные» технологии.
Российский исследователь Павел Цыганков говорит о гибридной войне как о новом явлении, которая отличается от других вооруженных конфликтов тем, «что наряду с применением физической силы в ней широко используются возможности современных информационных технологий. «Гибридной» ассиметричная или иррегулярная война становится тогда, когда ее центр тяжести смещается в информационную область с использованием новейших технологий» [5].
Информационная война как важнейшая военно-политическая составляющая подрывных гибридных стратегий представляет собой осуществляемую по единому замыслу и плану совокупность способов воздействия на сознание всех слоев населения государства-противника для искажения картины восприятия мира, ослабления и разрушения основ национального самосознания, типа жизнеустройства с целью дезорганизации мер к противодействию внешней агрессии.
Приоритетный характер информационных войн перед другими видами противостояния в борьбе за мировое лидерство определяется рядом причин и условий. Это возможность достижения целей без существенных людских потерь и разрушения инфраструктуры за счет организации цветных революций и гибридных войн на основе разработанных и апробированных технологий управляемого хаоса. Использование таких технологий во многом способствовало развалу СССР, Юго­славии, Ливии, сегодня они «работают» в Сирии и на Украине.
Стратегия информационной войны применительно к цветной революции представляет собой частный вид стратегии непрямых действий. Она включает систему политических, социально-экономических, ин­­фор­мационно-идеологических и психологических мер воздействия на сознание населения страны, личного состава правоохранительных органов и вооруженных сил с целью подрыва власти за счет провоцирования акций массового гражданского неповиновения, последующего свержения правительства и перевода страны под внешнее управление [6].
Эффективность современной стратегии противодействия гибридным методам в решающей степени зависит от мер невоенного характера, направленных на укрепление международных позиций Казахстана, сохранение и расширение авторитета государства на международной арене. В этом контексте одной из важных задач является четкое осознание и осмысление национальных ценностей и национальных интересов нашего государства, научное обоснование их приоритетности.
Расширение масштабов использования информационных технологий против Казахстана, их доступность создает условия для обработки различных слоев общества с привлечением технологий навязывания массовой культуры. В этом контексте особого внимания требует совершенствование потенциала традиционной казахской культуры, философии и менталитета для эффективного противодействия подрывным стратегиям информационной войны.
Необходимо создать в стране идеологическую базу для успешной реализации комплекса задач по противостоянию современным подрывным информационным технологиям на основе общенародной консолидации и дальнейшего развития казахстанского патриотизма. Для этого нужны укрепление, а в отдельных случаях возрождение исторической памяти народа и его самосознания.
Наряду с этим необходимы серьезные длительные усилия по повышению на международном уровне притягательности нашей страны не только, например, в сфере культуры или спорта высоких достижений, но и на уровне массовой молодежной культуры (кино, музыка, телевидение, литература, массовый спорт и т. п.).
Многомерный характер цветных революций и гибридных войн, сочетающие информационное, финансовое, экономическое, дипломатическое и специальное воздействие на противника в реальном масштабе времени, требует от общества и государства повышения эффективности и создания системы противодействия в первую очередь на культурно-мировоззренческом уровне.
Следует отметить, с учетом стратегии манипуляции общественного сознания, которая используется в цветных революциях, необходимо формировать потенциал «информационного реагирования, применение которого должно позволить в сжатые сроки противостоять информационным атакам противника. Принимая во внимание долгосрочный характер информационного воздействия в гибридной войне, нужно разработать комплекс мер по противостоянию угрозе, рассчитанный на среднесрочную и долгосрочную перспективу.
На основании анализа исследований по определенным видам гибридных угроз и в целях противодействия им целесообразно сделать следующие выводы:
– во-первых, необходимо наращивать меры по снижению эффективности влияния на общество подрывных информационных технологий за счет упреждающей контрпропаганды, защиты своих объектов от такого воздействия при одновременном ограничении и перекрытии возможных каналов информационной агрессии;
– во-вторых, эффективность принимаемых мер зависит от качества мониторинга обстановки в общественно-политической, культурно-мировоззренческой сферах и наличия моделей, позволяющих осуществлять превентивные действия на попытки информационно-психологического воздействия извне.

ЛИТЕРАТУРА

1. Савин Л. В. Сетецентричная и сетевая война. Введение в концепцию. М.: Евразийское движение, 2011.
2. Кларк Р., Нейк Р. Третья мировая война: какой она будет? СПб.: Питер, 2011.
3. Почепцов Г. Гибридно-информационная война порождает гибридную действительность. httppsyfactor.org
4. Герасимов В. В. Организация обороны Российской Федерации в условиях применения противником «традиционных» и «гибридных» методов ведения войны. М.: Вестник Академии военных наук, №2 (55) 2016, с. 20.
5. Цыганков П. А. «Гибридные войны»: понятие, интерпретации и реальность. «Гибридные войны» в хаотизирующемся мире XXI века. Под. ред. П. А. Цыганкова. М.: Издательство МГУ, 2015, 384 с.
6. Бартош А. А. Применение гибридных методов в современных конфликтах. Проблемы национальной стратегии. Изд. РИСИ-Москва, 2016 г.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ