КОНТРАСТЫ РЕЛИГИОЗНОЙ ЖИЗНИ

0
48

В конце минувшего года 22-летний мужчина из Атырауской области, который учился в медресе в Шымкенте, забил пятилетнего пасынка за неправильное прочтение молитвы. Родные утверждали, что к мальчику отчим всегда относился хорошо, пытался увлечь религией, но ребенок толком не понимал его требований. Можно было бы отнести этот случай к неадекватности мужчины, если бы не одно обстоятельство – он учился в рели­гиозно-просветительском учебном заведении, то есть имел определенные знания. Какие причины смертельных побоев ребенка? Возможно, в медресе прививают идеи радикальных течений, слабые знания преподавателей, психическая неустойчивость слушателя или что-то иное? Эти и другие вопросы остались без ответа. 

В религиозной теме сегодня наблюдается некое затишье. Конечно, за несколько месяцев ситуация не может кардинально измениться – это временная пауза до начала учебного года, когда начнется ежегодная проблема с хиджабами в учебных заведениях. В то же время для относительного затишья имеются и объективные причины.
Это прежде всего поражение Исламского государства Ирака и Леванта (ИГИЛ) и возврат казахстанцев из Сирии. ИГИЛ, провозглашенное как всемирный халифат в 2014 году с шариатской формой правления, в свое время было воспринято религиозными «романтиками» и радикалами как настоящий халифат, восстановление шариата, истинно исламское общество, где у них будет возможность воплощения своих религиозных представлений и убеждений. По этим и другим причинам в боевиках, желающих воевать «за джихад», «за веру», «за Аллаха», и их «боевых подругах» не было недостатка по всему миру.
И множество мусульман, в том числе из Казахстана, нередко с семьями, разными путями оказывались в зоне боевых действий. По официальным данным, с начала появления халифата в Сирию и Ирак уехало около 800 граждан Казахстана, а сколько их реально там было, сколько погибло – никто точно не знает.
Немало было у нас и тех, кто просто поддерживал халифат и его идеологию, в социальных сетях и даже в мечетях шла вербовка мусульман для учебы, военной подготовки за рубеж. Иностранные пропагандисты красочно описывали образ джихадистов, настоящих воинов за веру, привлекали новобранцев славой мучеников, которые непременно попадут в рай. Многое обещалось и женщинам.
Немаловажно, что Исламское государство продолжило салафитскую традицию призыва мусульманской общины к возвращению к временам праведных халифов и пророка Мухаммада – это мечта многих салафитов.
Поражение ИГИЛ было как отрезвляющий спуск с небес на землю боевиков, их жен, отчасти крушение религиозных представлений и убеждений тех, кто верил в «исламский рай». В итоге из зоны боевых действий в Казахстан удалось вернуть 357 детей, 67 женщин, несколько боевиков преданы суду. И вернувшиеся женщины рассказали о том, что жизнь в халифате была настоящей пыткой, и хотели бы похоронить эти воспоминания, просто забыть об этом навсегда; с ужасом поведали о том, что женщины выходили замуж по 19 раз, о распространенности насилия, педофилии, казни за попытки к бегству и т. д.
Так печально закончилась, мягко говоря, религиозная романтика некоторых наших граждан.
Вся эта история с халифатом вызывает настороженное отношение общества и государства: по каким причинам у нас появились его радикальные сторонники? Приблизительно такая же ситуация и у наших соседей. Самое большое количество боевиков для ИГИЛ «экспортировала» Россия (около 3500), затем – Узбекистан (1500) и Таджикистан (1300), Кыргызстан и Казахстан – 400-500.
В историческом, идеологическом и законодательном контексте история казахстанцев-джихадистов в Сирии – это плоды сверхлиберального закона от 1992 года «О свободе вероисповедания и религиозных объединениях», который открыл двери в Казахстане для многочисленных сект и религиозных организаций, дал возможность желающим получать духовное образование за рубежом.
В нынешних реалиях, когда салафизм становится опасным дестабилизирующим фактором в самых разных уголках планеты, власти Саудовской Аравии, откуда направились в халифат более 3000 боевиков, все чаще задумываются о пересмотре статус-кво. Ведь в этой стране существует салафитская оппозиция, и именно из нее идет поток добровольцев, отправляющихся воевать на стороне террористов по всему миру.
«Арабский» ислам зашел в вузы и школы светского государства, появились учителя и преподаватели, придерживающиеся канонов «чистого» ислама, много защитников арабского хиджаба. Уже не действуют разъяснения представителей Духовного управления мусульман Казахстана о том, что по канонам ислама голову покрывают не девочкам, а девушкам при достижении половой зрелости.
В девяностые годы после принятия сверхлиберального закона «О свободе вероисповедания и религиозных объединениях» осуществлялся свободный выезд молодых людей для получения духовного образования в страны Ближнего Востока, Пакистан, Афганистан и т.д. Там им прививались кроме основных знаний идеи, чуждые традиционной для казахов форме ислама, нередко и радикальные. Странно, что наши идеологи, законодатели, представители духовенства тогда не просчитали риски религиозной и идеологической экспансии в молодую республику. Это всем известная проблема, которую журналисты поднимали в отечественных СМИ.
Осенью 2018 года депутаты сената парламента РК, рассматривая законопроекты по вопросам религиозной деятельности, предложили исключить норму, согласно которой получение казахстанцами духовного (религиозного) образования в иностранных государствах допускается только после получения высшего духовного (религиозного) образования в своей стране, посчитав это нарушением прав граждан на получение образования и беспрепятственный выезд и въезд в страну.
Депутаты будто не знают, что салафиты, «арабский» ислам и т. д. в РК появились, как только нашу молодежь стали обучать в религиозных заведениях Египта, Пакистана, Саудовской Аравии, Катара, Турции, Афганистана и т. д. Ведь там студенты не только изучали Коран, но перенимали особенности ислама страны пребывания, ее культуру, образ жизни. Во всех этих государствах есть свои религиозные противоречия, радикальные, экстремистские, оппозиционные течения ислама – зачем они нужны нашим имамам?!
Теперь сравним салафитскую традицию: призыв мусульманской общины к возвращению к временам праведных халифов и пророка Мухаммада, то есть вернуться к истокам, первоначальной исламской общине, и что было привнесено в ислам более чем за тысячу лет его существования, относится к так называемым запрещенным новшествам. По этой причине салафиты не приемлют «степной» ислам, казахскую культуру и традиции. Непонятно, как можно вернуться к первоначальной исламской общине в ХХI веке?
Наши имамы призывали написать петицию и собирать подписи в поддержку ношения хиджабов в учебных заведениях проводили обряд «неке кию» без официальной регистрации брака и т.д. Участились и разводы по исламским законам, когда муж дает развод жене одним только словом «талак». Не говоря о снижении уровня образования, науки, культуры, литературы, такие тенденции будут усиливаться, если государство будет безучастным к этой серьезной проблеме.
Понятие «атеизм» трактуется по-разному – от прогрессивного до ругательного значения. В понятие «религиозность» также вкладывается в разных странах различное содержание, и нередко религиозные представления соседствуют с явлениями и тенденциями, несовместимыми с религиозностью.
В целом эксперты отмечают общее падение религиозности по всему миру. Атеистами являются 85% шведов, 80% датчан, 72% норвежцев, 65% японцев, 60% финнов, много атеистов и в Китае. Базой для развитой экономики большинства стран является высокий уровень развития образования и науки на основе атеизма. С давних пор известна связь развития науки, образования, производства с атеизмом.
Отрицательная корреляция между IQ и религиозностью была выявлена в ряде исследований, в которых отмечена следующая особенность: чем выше уровень образования респондентов, тем меньше среди них верующих.
Иными словами, атеизм присущ многим развитым странам, кроме США, где религия и религиозные организации используются для политических целей как орудие идеологического и политического давления, в том числе за рубежом.
И наоборот, в большинстве стран с высокой степенью религиозности наблюдается низкий уровень развития экономики, образования, науки. Конечно, не стоит эту сферу представлять и противопоставлять лишь двумя терминами «теизм» – «атеизм». Есть, например, агностицизм, вера в мировой разум, мир предков, одушевленную природу и т. д. Развитие науки в последнее время дошло до признания некоего творца, неких высших сил, которые контролируют, управляют вселенной, землей и человечеством.
Здесь уместно привести маленький отрывок из знаменитой речи премьер-министра Малайзии Махатхира Мохамада на открытии 10-й сессии исламской конференции 16 октября 2003 года о причинах отставания мусульманских стран в науке, образовании, технологиях, экономике и т. д.: «Но на половине пути развития исламской цивилизации появились новые толкователи ислама, которые стали учить тому, что приобретение мусульманами знаний означало лишь изучение исламской теологии. Изучение естественных наук, медицины и т.д. не поощрялось. В интеллектуальном смысле в мусульманском обществе начался регресс… Вместо этого мусульмане все более и более вовлекались в споры по незначительным вопросам, таким как: соответствуют ли Исламу узкие брюки и кепки с козырьком, следует ли разрешить печатные машинки и можно ли использовать электричество при освещении мечетей. Мусульмане проспали промышленную революцию.
Иными словами, мусульмане должны быть продвинутыми не только в теологии, но и в науке, образовании, медицине, технологиях и т. д. У нас же насчитывается около 3600 (!) мечетей, 84 из них пустуют. Пустующие мечети появились из-за беспорядочного строительства.
Если же послушать наших имамов, то их проповеди не отличаются оригинальностью и глубиной. По этой причине молодежь нередко слушает салафитов, иностранных лекторов, ищет зарубежную литературу.
Почему бы нашим имамам не брать информацию из богатой культуры, литературы Степи, эпоса, не говорить богатым языком жырау и акынов? Почему бы нашим имамам не учиться в обычных светских вузах страны (и за рубежом) и хорошо разбираться в науках, медицине, новых технологиях, как советовал Махатхир Мохамад? Ведь сегодня лишь 20 процентов имамов имеют высшее духовное образование. Иначе мы можем проспать и четвертую промышленную революцию, как проспали третью.

Жасулан АБАЙ,
филолог

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ