О «ДРУГОМ»

0
32

Жакипбек Алтаев,
доктор философских наук, профессор кафедры философии КазНУ им. аль-Фараби, директор Центра исследований «аль-Фараби»

Тема «другого» является одной из центральных в мировой философии. Она носит одновременно и онтологический, и гносеологический, и аксиологический характер. Ведь сама проблема бытия человека и мира возникает в контексте разрешения таких проблем, как «Я» и этот внешний – «другой» мир; «Я» и этот «другой» – внутренний мир.
«Звездное небо над головой и внутренний закон во мне», как «другие», постоянно требуют познания и ценностного осмысления.

Проблема «другого» многогранна, универсальна по своей сущности. Как и любая философская проблема, она носит прежде всего культурно-исторический характер, имеет как культурное, так и историческое изменение.
В силу универсальности закона единства многообразия в единой общечеловеческой культуре имеет место «другая» культура. Запад и Восток, многообразие региональных и этнических культур – выражение данной, по сути, трансцендентной формы сознания. Это многообразие рождалось из многообразия языков, религий, способов ведения хозяйства, что в конечном счете было обусловлено разнообразием климатических и ландшафтных условий.
Человечество мучительно прошло через деление мира на «нас» и «других» в форме «господства» одних над другими: Ойкумена и остальной мир; Рим и варвары; Поднебесная и варвары, которые находятся за Стеной; Европа, пришедшая с мечом и крестом, индейцы Америки; колонизация Западом остального мира и т. д. Мировая культура строилась на идеологии власти и силы, обеспечивавших господство, которое в свою очередь обеспечивало лучшую жизнь «одних» за счет «других». Господство как форма культурного бытия доминировало над признанием «другого» равным «себе». В какой-то степени вся история человеческой культуры – это, по сути, преодоление конфликта, который порождается «другим», это бесконечные войны, в которых сгорала жизненная энергия человечества. И сейчас порою появляются различные теории, актуализирующие и гипертрофирующие конфликтность сознания «другого». Так, например, проблему «другого» трансформируют в теорию «столкновения цивилизаций», когда за туманными рассуждениями о сотрудничестве и взаимодействии культур и цивилизаций, исходя из старого сознания господства, вновь обосновывается превосходство западной и американской цивилизаций, которые при этом противопоставляются «другому», отличному от них миру: «Будущее и мира, и цивилизации зависит от понимания и сотрудничества между политическими и интеллектуальными лидерами главных мировых цивилизаций. В столкновении цивилизаций Европа и Америка либо будут держаться вместе, либо погибнут поодиночке. В более масштабном, глобальном, «настоящем столкновении» между цивилизацией и варварством великие мировые цивилизации, обогащенные своими достижениями в религии, искусстве, литературе, философии, науке, технологии, морали и сочувствии, также должны держаться вместе или же они погибнут поодиночке. В нарождающейся эпохе столкновения цивилизаций представляют величайшую угрозу миру во всем мире, и международный порядок, основанный на цивилизациях, является самой надежной мерой предупреждения мировой войны» (Хантингтон С. Столкновение цивилизаций. М.: ООО «Издательство АСТ», 2003. С. 532).
Как видно из контекста, актуализируется только негативная, конфликтная сторона сознания «другого». Здесь явно прослеживается идея превосходства «нас» и принижения, отрицания «других». Эти идеи суть продолжение апокалипсического сознания иудео-христианского мира.
Но, с другой стороны, человечество, понимая свою единую родовую сущность, всегда стремилось к культурному единству, преодолевая различия. Мировая культура как органический синтез этнических культур выступала определенным идеалом и целью культурно-исторического процесса. В наши дни (если не брать эрзац массовой культуры) человечество за счет цивилизационных достижений движется к единству мировой культуры, то есть к органическому единству самобытных этнических культур, которое зиждется на доминировании общечеловеческих ценностей. Идет синтез западных и восточных культурных ценностей, и вместе с тем культура в своем стремлении к самосохранению все более заботится о сохранении специфики и особенностей разных культур. То есть в культурном измерении в истории человечества диалектически и сопряженно присутствуют две тенденции: стремление к единству и стремление к обособленности, стремление реализовать идеал «Мы» и сохранить уникальность «Я». При этом эти тенденции продолжают пересекаться в решении проблемы «другого», когда культура в целом стремится к единству при сохранении внутреннего многообразия, когда в диалектике встречаются «мы» и «другие».
Поэтому более оптимистичной теорией является теория «диалога цивилизаций», которая, исходя из признания наличия «других», провозглашает равенство культур и цивилизаций и построение мира на основе равноправного диалога: «Мы должны будем уделить особое внимание коллективному аспекту существования человека, подчеркнув беспредельный диапазон человеческой цивилизации и особенно то, что ни одна из основных культур или цивилизаций не развивалась в изоляции от других. Диалог между культурами и цивилизациями требует и умения «говорить», и умения «слушать». Умение слушать – это большое достоинство, которое необходимо культивировать и которым обладает не каждый. Оно подразумевает активное вовлечение в диалог, когда перед слушателем раскрывается мир, созданный, открытый или познанный говорящим» (Сейид Мухаммад Хатами. Диалог цивилизаций: путь к взаимопониманию. Алматы: Дайк-Пресс. 2002).
Кроме культурно-исторического проблема «другого» имеет и социально-исторический характер. В любом социуме и в разные исторические эпохи на основе разнообразия биологических ролей и способностей человека, разделения труда – как базовых основ общества – возникали и возникают различные группы, которые формируются в зависимости от степени обладания профессиональными качествами, собственностью и богатством, властными полномочиями. При этом все члены общества зависят друг от друга, взаимодействуют и противостоят друг другу, то есть все общество пронизано сознанием «мы и они», что, естественно, порождает и сознание диалектики «мы и другие».
Путем диалектического отрицания на разных социальных уровнях и типах отношений сознание «мы и другие» пирамидально стремится к сознанию «мы» в контексте единства социума, будь то сознание рода или племени, народа или нации, государства или объединения государств. «Безмерной ошибкой было бы предположение, будто представленная себе жизнь стремится к эгоизму – по своей сущности она неизбежно альтруистична. Жизнь – это космический альтруизм, она существует лишь как постоянное перемещение от жизненного «Я» к «другому» (Ортега-и-Гассет Х. Что такое философия? М.: Наука. 1991). Действительно, в настоящее время актуализируется сознание «мы» как планетарное сознание, характеризующее стремление человечества осознать себя единой семьей на земле. При этом диалектика сознания «другого» рождает поиск «других» миров – внеземных цивилизаций, параллельных миров, следуя космической сущности человечества.
Мы можем различать «другое» и на уровне индивидуального сознания. «Ибо при всем многообразии явления «человек» существенным является то, что люди значимы друг для друга. Повсюду, где они встречаются, они интересуются друг другом, испытывают друг к другу антипатию или симпатию, учатся друг у друга, обмениваются опытом. Встреча людей является чем-то вроде узнавания себя в другом, который признан как этот самый другой. В этой встрече человек узнает, что у него, каким бы он ни был в своей особенности, общее со всеми другими людьми в том единственном, чего у него, правда, нет и чего он не знает, что им, однако, незаметно руководит и на мгновения переполняет его и всех других энтузиазмом» (Мыслители ХХ в. Ясперс К. Смысл и назначение истории: Пер. с нем. М.: Политиздат. 1991).
В силу своей социальной, коллективной сущности индивид может состояться как личность только через принятие «другого»: другого человека, другого мира. На уровне индивидуального сознания через осмысление, самопознание, утверждение своего «Я» появляется также и другое для себя: другой человек, космос, жизнь, мир.
Через узнавание себя в «другом» человек переходит на следующий уровень осознания «другого». «Другого в себе». При этом имеются внешние проявления этого процесса, феноменальные по своей природе. Это и «другой Я» как социальная роль, часто приходящая в противоречие с «собой», это и раздвоение личности, когда в человеке присутствуют как бы два «других», это и отказ человека от собственного «Я» и присоединение к другой культурной или религиозной целостности. Но можно говорить и о таком аспекте осознания «другого в себе», как «внутреннем» процессе осознания. Тогда мы входим в сферу разделения психической личности, когда «Я» может взять себя «в качестве объекта, обращаться с собой как с прочими объектами, наблюдать себя, критиковать и бог знает, что еще с самим собой делать. При этом одна часть «Я» противопоставляет себя остальному «Я» (Фрейд З. Введение в психоанализ: Лекции. Авторы очерка о Фрейде Ф. В. Бассин и М. Г. Ярошевский. М.: Наука. 1989). В нашей терминологии «Я» находит в себе «других». «Я» и как другое «сверх-Я», «Я» и как другое «оно». Эти «другие» по отношению друг к другу, опять же, помогают понять себя как целостное «Я». Понимание процессуальных и функциональных связей между ними дает возможность понять «наисобственнейшее» «Я» как подлинный субъект. Таким образом, и в сфере психоанализа проблема «другого» присутствует как проблема единства многообразия, как проблема целостности.
Проблема «другого» непосредственно связана и с проблемой идентификации. Именно идентификация и самоидентификация есть суть решения проблемы «Я – другой», и наоборот. «Все идентичности требуют «значимого другого». С помощью некоторого «другого» и через отношения с ним и реализуется идентичность личности. Но «другой» может в своих действиях способствовать формированию и нежелательной идентичности. Комплиментарность – взаимозависимость идентичности – это функция персональных отношений, посредством чего «другой» наполняет или комплектует идентичность» (Павлова О. Н. Идентичность: история формирования взглядов и ее структурные особенности. М. 2001).
Таким образом, я попытался в тезисной форме раскрыть отдельные аспекты философской проблемы «другого» как проблемы дискурса, универсальности и значимости категории «другого» в раскрытии общих проблем, стоящих перед человеком и обществом.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ