ПАМЯТЬ СЛОВА

0
71

Юрий ТАРАКОВ,
публицист

В составе скифов древние греки находили и праславян.
Кстати сказать, один из крупнейших византийских авторов второй половины IX в. Лев Диакон в своей «Истории» русских 9 раз называет таврами, 21 – тавроскифами, 63 – скифами и только 24 – росами. Скифы – пахари или скифы – земледельцы, сколоты, кроме того, были известны как борисфены, поскольку жили вдоль берегов Борисфена – Днепра. Возможно, что от Днепра, доисторической Руси, и получили они свое второе название – русы (живущие по Руси, т. е. по Днепру). Этот народ производил огромное количество хлеба и активно им торговал.
В книге «Язычество древней Руси» Б. А. Рыбаков приводит и данные лингвистики: «Во-первых, по лингво-ботаническим определениям Среднее Поднепровие должно входить в границы славянской прародины. Это подтверждено для начала I тысячелетия до н. э. архаичными гидронимами. Во-вторых, в восточно-славянских языках ощущается давнее соседство славян с иранскими племенами ( скифами, сарматами )».
А что можно добавить с позиций русского языка? «Ско» – резать, копать, колоть; скоба, скоблить, скот (животные, предназначенные на убой). То же у греков: «сково» – рыть, копать, а «скотоно» – убивать. В середине этого сращенного корня утерян звук «и». «Сипа» в санскрите – борозда, а «сира» – плуг. В латыни на этой основе получили «сулко» – бороздить, взрыхлять и «супа» – шитье (в русском языке «с» перешло в «ш»). И далее: если «харди» и «карди» – сердце, то что же такое «кар» и «хал»? В дари «кард» – нож, а в том же санскрите «хала» – плуг, а «халика» – пахать. Но ведь любой лингвист скажет, что в ряде языков индоевропейской семьи «х» соответствует русскому «с». Отсюда «плуг» – «сала», а «пахарь» – «салика». Китайцы называют нас «силафурен». А ведь «си» – рвать, разрывать…
И получается: сколоты – пахари, земледельцы. Дополняют картину англичане: «скабс» – стружка, «скоп» – копать, «скор» – рубец, «скочь» – надрез, «слок» – канава, прорезь, щель, «слод» – колоть, «слоип» – косить …
Селом, свежей пахотой веет и от разу­хабистого корня «ру». Санскрит, латынь, греческий и многие другие языки утверждают и передают следующие связанные с ним понятия: земля, убивать, разрушать, копать (руда, рудник), боронить. Укажем на большую семью однокоренных слов хотя бы в латинском языке: «руралис» – деревенский, «рурастрис» – сельский, «рурикола» – обрабатывающий землю, земледелец, «руро» – крестьянствовать, «рус» – поместье, поле, пашня, «рута» – вырытое, срубленное, «рутрум» – заступ, лопата, «рутус» – разграбление, «руо» – копать. А ведь одрисы, от которых ведут родословную славян многие историки, тоже были пахарями. У поляков «ру» перешло в «ро», и они получили «ролу» – обработанную землю. Почти то же звучание в Словаре В. Даля: «роля», «ролья», «рылье» – пашня. Последнюю точку в этом разговоре ставят монголы: «орон» – поле; «орос» – русский.
Кстати сказать, летописец-киевлянин тоже согласен с этой трактовкой: «поляне, яже ныне зовомая Русь».
Русь – это еще и открытое место (видимо, от поля). Быть на руси – находиться на юру, на виду.
Русь – простор, размах: «Все вывела на русь» – распахнула душу (опять в основе – пахать, распахивать), все высказала. И снова это подтверждают монголы: «орон» – не только поле, но еще и пространство.
Русь – трава, чаще всего мелкая, отава, отрастающая после сенокоса или нарождающаяся: в украинском языке «руна» – всходы, зеленя; в архангельском диалекте русского языка «руно» – ростовая трава на пожне. В финском языке «рухо» – трава.
Наконец, «рус» – корень для названия животных и растений, которые живут и произрастают там, где вырублен лес, а также на опушках леса и в обыкновенной степи, в поле, где леса вообще нет: василек русский, ракитник русский, рябчик русский (растение), синяк русский. Точно так же они названы по латыни: «рутеника», т. е. русские, степные растения. И этим они отличаются от лесных и болотных, с тем же основным названием.
Кажется, все ясно. Однако бельмом в глазу остается приказ Олега после заключения мира с греками в Царьграде: «Сшейте для руси паруса из паволок, а славянам копринные». А ведь несколькими абзацами выше в «Повести временных лет» сказано, что все были славянами или словенами… Только изменили самоназвание в зависимости от того, кто куда «сел». Те, которые сели около озера Ильмень, «прозвались своим именем – славянами, и построили город, и назвали его Новгород». Стало быть, они жили на севере, в лесах.
Но почему в отношении к ним со стороны киевских полян была такая дискриминация? Почему их в случае с парусами отнесли к людям второго сорта?
Русь-поляне обладали, во-первых, более высокой культурой, они, во-вторых, больше воевали и у них больше было военного опыта. Поэтому в дружине Олега русь занимала руководящее положение. В основе своей это был «командующий» состав. Отсюда и привилегии. Вспомним В. О. Ключевского: «Княжеская дружина и городское купечество представлялись одним общественным слоем, который носил общее название Руси, и, по замечанию восточных писателей X в., занимался исключительно войной и торговлей».
Русы отличались от остальных и внешним видом: крепким сложением и силой (в результате естественного отбора в постоянных битвах), «степными привычками», позаимствованными, видимо, у степняков-соседей или полученными по наследству от своих именитых предков. Вот, например, портрет Свято­слава, написанный византийским автором Львом Диаконом: «Умеренного роста, не слишком высокого и не очень низкого, с мохнатыми бровями и светло-синими глазами, курносый, безбородый, с густыми, чрезвычайно длинными волосами над верхней губой. Голова у него была совершенно голая, но с одной стороны ее свисал клок волос – признак знатности рода; крепкий затылок, широкая грудь и другие части тела вполне соразмерные, но выглядел он угрюмым и диким. В одно ухо у него была вдета золотая серьга; она была украшена карбункулом, обрамленным двумя жемчужинами».
Ну как тут не скажешь: запорожец, да и только! Хотя и образца десятого века… Разве такие поплывут под копренными парусами? Их назначение даже внешним своим видом наводить на противника ужас. Ведь стриженая голова для Запада все равно, что металлический шлем с рогами для Востока. Да и длинные закрученные усы напоминали повадки хищного зверя. Что же касается серьг в ушах, то их носили в Европе только моряки, а проще сказать – пираты.
…Но «ру» – еще и рожать (и прежде всего): «русич» – человек, а «русь» – народ, люди, род. Так что под парусами из паволок плыла родовая знать. И, видимо, только родовая. Интересно пишет, например, об этом Р. К. Нарайан в книге «Боги, демоны и другие» ( Москва, «Наука», 1975 г. ), рисуя портрет сказителя, который знает наизусть все 24 тысячи строф «Рамаяны», 100 тысяч строф «Махабхараты» и 18 тысяч строф «Бхагаваты»: «Пандит (так называют рассказчика) обычно очень стар, его привычки и весь его облик сложились под влиянием традиций тысячелетней давности, поэтому его одежда, как правило, состоит просто из двух кусков хлопчатобумажной материи… Брея голову (только в те дни, которые указаны в календаре), он оставляет на макушке небольшой хохолок, потому что в древних священных книгах, шастрах написано, что у мужчины должно быть столько волос, сколько он может продеть сквозь серебряное кольцо, которое он носит на пальце, и вы можете не сомневаться, что у него на пальце есть серебряное кольцо, потому что об этом тоже написано в шастрах».
Разве это не о Святославе? А если о Святославе, то не очередное ли это напоминание о том, что наши прямые предки – арии?
Дополняет картину Р. Б. Пандей в книге «Древнеиндийские домашние обряды (обычаи)»: «Расположение пряди волос на макушке было наиболее важной чертой чудакарны (обряд первой стрижки ребенка)… Волосы на макушке распределялись в соответствии с фамильным обычаем… Число прядей определялось числом риши, входящих в правару семейства (риши – ведийские мудрецы, «провидцы», считавшиеся авторами ведийских гимнов и основателями наиболее знаменитых родов; правара – указание на предков, называемых при жертвоприношении на огне)… Потомки Васиштхи носят только одну прядь, в середине головы». Васиштха – «богатейший», «лучший», мудрец из «Семи ришей», которым приписывается авторство «Ригведы», «Васиштха-дхармасутры» и других памятников древнеиндийской литературы.
Но продолжим разговор о славянах и русах. Ученые, западные и восточные, северные и южные, дружно относят к пахарям и антов (восточных славян). В IV–VII веках они занимали зону лесостепи между Днестром и Днепром и к востоку от Днепра. Знали пашенное земледелие, оседлое скотоводство, добывали и обрабатывали железо, камень, кости. У антов было развито ткачество и ювелирное ремесло. «Имя антов, – пишет Б.С.Э., – в начале VII в. перестало упоминаться в письменных источниках. Место антов заняло новое объединение Русь, ядро которого совпадало с наиболее развитыми землями антов».
Свое название анты получили от греческого корня «ан». Помните Антея, сына Посейдона и Геи? Великана, не одолимого в единоборстве до тех пор, пока соприкасался с матерью-землей?.. Ангола, Ангора, Андора, Анкара – все это в той или иной степени связано с горами. Но есть еще и «анаболия» – подъем, надставка, движение вверх, в гору, а также «анаграмма» – перестановка в слове букв, образующих другое слово («ана» – пере и «грамма» – буква). Гора, подъем, восход ведут к востоку, так как восток – не что иное, как восход – подъем солнца, его движение от горизонта в небо. А это уже Анатолия от «анатоле» – восток… И Анатолийское плоскогорье. И анты, конечно, – восточные люди, восточные славяне.
Корень «ан» с тем же значением сохранился и в русских говорах: Андома – река в Вологодской области, которая течет среди моренных холмов, а Андомская возвышенность на Восточно-Европейской равнине является водоразделом озер Онежского, Лача и Белого.
Евреи, другие древние народы нередко называли русов также куманами-степняками, как и половцев. И не случайно. В ряде языков «ру» несет в себе отрицание или переводится как пустота, отсутствие содержания, заложенного во втором корне слова. Возьмем для примера сербскохорватский язык: «русавай» – беспорядок, «рупа» – дыра, «ружно» – нехорошо. Тогда Русь? Пус­тошь, степь, поле?
Добавим к этому рубанок со стружкой и получим другую русь – воинство, потому что в основе – резать, рубить, убивать. То же самое в слове «ратай»: пахарь и воин («рать» – воинство). Картину дописывает в «Тарасе Бульбе» Н. В. Гоголь: «Бегущие толпы монахов, жидов, женщин вдруг омноголюдили те города, где какая-нибудь была надежда на гарнизон и городское рушение» (городское ополчение).

***

Вот и перемешалось у нас все в голове, как в перестроечной России. Потому что «ру» несет в себе целый веер близких и очень далеких друг от друга понятий. Все они когда-то уживались в небогатом словаре наших предков. А затем, с развитием языков, одни из них остались уделом одного народа, другие – другого. Русь – народ стал отождествлять и русь – землю, на которой этот народ жил. А так как «ру» – это еще и копать, и рушить, то у соседних народов лучше запомнилось последнее: «русь» – 1) воинство, дружина; 2) пашня, земледелие. Понятия «народ» и «родина» постепенно забылись как сами собой разумеющиеся, а зарубежные историки отправили нас в поисках истины в скандинавские страны и в Германию.
Увы, та же неоднозначность и у славян. «Сла», «сло» – 1) холод, север, 2) резать, ломать, копать, пахать, пашня, а также земля и равнина. Но есть и еще два значения.
Первое. «Сла», «сло», «соло» – один, мало, пусто, скудно: слабый; сланчина – мелочный переездной торговец; сланина – приземистый кустарник; слаэть (рязанский говор) – словно, ровно; соломина – дудка, пустой внутри стебель. В греческом языке «склэфорс» – тощий, тонкий; в латинском «солитудо» – пустынность, безлюдье, пустынные места, «соло» – опустошать; в пушту «хали» (по-европейски «сали») – пустой, свободный, «хала» – полость, пустота; в румынском «слаб» – худой, тощий, «солэ» – поле. Отсюда: славяне – жители пустынных, вольных земель, степей, полей, или степняки, поляне.
Второе. В санскрите «су» – рожать. И отсюда «сла», «сло» – род, а «славяне», «словены» – люди, народ… Но и воины тоже (из «резать», «рубить», «убивать»). Кроме того, «сила» – в романских языках, и прежде всего в румынском, – войско, рать. Именно поэтому «русь» пошла под шелковыми парусами, а словены (люди-воины) – под копряными. Именно поэтому мы и имеем Словению, Словакию и Югославию – страны, населенные народом одного происхождения. Именно поэтому герои Бранислава Нушича чтят славу – праздник святого покровителя.
Интересно сообщение автора «Польской хроники»: «А вот и иное истолкование слова «германцы». Говорят, что оно происходит от слова «german», когда один с другим связан узами братства. Ведь «germo» есть какое-то приспособ­ление, в котором два вола, соединенные вместе, тащат плуг или повозку. Так и тевтонцы, имея соседние королевства со славянами, постоянно общаются с ними, и нет в мире двух народов столь близких и дружественных, чем славяне и тевтонцы. Таким образом латинянами они были названы «ducz» – отсюда и тевтонцы и «slaws» – отсюда славяне, то есть родные братья».
Здесь все точно и вместе с тем все шиворот навыворот, потому что истина окутана туманом вымысла. Да, «ге» – рожать, и Германия – родина, как и Дойчланд («деу», «до» – рожать, а «ланд» – земля). Все остальное – вымысел. Истинно и значение «славс» – рожать, родина, народ. Отсюда и Томислав, Станислав, Святослав, Янислав, Венцислав и другие – сыновья, на что также обращено внимание автора Великой Хроники, потому что, как он утверждает, все эти имена «берут начало от одного отца Слава, откуда и славяне».
В основе же древнеарийское «су» – рожать. В поэзии В. К. Тредиаковского нередко встречается слово «инославный» – чужеземный или чужеродный.
«О, Днепр Славутич! – плачет в «Слове» Ярославна. – Ты пробил каменные горы…». Это обращение к Днепру Батюшке, отцу родному.
Древнеримский мыслитель Аммоний в «Комментариях к «Об истолковании Аристотеля» (раздел о происхождении име) Архидама называет «начальником народа» («архо» – сила, власть, «дамо» – народ), а Агесилая – «вождем народа» («аго», «аге» – в древнегреческом языке «вести», а «сила» – второе название народа). Более того, в латинском языке есть слово «коло» со следующими значениями: 1) обрабатывать, возделывать землю; 2) разводить; 3) обитать, жить, населять; 4) почитать, чтить, уважать; 5) украшать. Но в славянских языках, и это хорошо известно языковедам, еще в древние времена арийское «к» частично перешло в «с». Тогда что же мы получим, если заменим эти согласные звуки? Славян, которые живут на севере, в степях, на полях, возделывают землю и населяют ее. И славу как добрую, почитающую человека молву.
Сохранились ли эти корни и понятия в современных языках? Да, они есть, но требуется, разумеется, желание, чтобы их отыскать. Македонский язык: «слава» – праздник в честь святого покровителя семьи; «сой» – род (порода, вид, племя, происхождение); «сойлия» – из хорошей семьи, хорошего происхождения. Сербскохорватский: «свет» (в основе древнее «су» – рожать) – народ. Словенский: «сла» – вожделение, похоть. Польский: «шляхта» – родовая знать. Чешский: «сленча» – девушка, барышня, молодая женщина, а в любом языке в слово «женщина» вложено понятие «рожать». Хинди: «свадеш» («суадеш») – родина. Албанский: «сой» – 1) происхождение; 2) порода, племя; 3) сорт, вид. Латышский: «слака» – 1) порода; 2) вид (сорт); «слева» – жена; «слевите» – женщина. Персидский: «солби» – единокровный, родной. Пушту: «аслаф» – предки. Таджикский: «асил» – благородный, родовитый; «салаф» – предок; «силсила» – 1) династия, генеалогия, потомство; «силсиланома» – родословная, генеалогическое дерево, генеалогическая запись; «сулола» – род, племя (династия, потомство). Гиссарских парья: «сали» – свояченица, сестра жены; «сало», «салу» – шурин, брат жены. Язгулямский: «лавен» – парень, добрый молодец. Ормури (с его диалектами): «зал», «сал», «сала» – женщина, супруга. Финский: «суку» – род. Датский: «слагт» – 1) род; 2) поколение; 3) сорт, вид. Норвежский: «слектина» – родич, «слектенгер» – родня, «слектскап» – родство, «слектледд» – род. Шведский: «слаг» – род (сорт); «слякт» – родня; «слякте» – поколение; «сляктинг» – 1) родственник; 2) родня, родные.
В «Полном церковнославянском словаре» записано слово «норик» – славянин. А это также «человек». В самом деле… Ведийский язык: «нар» – мужчина. Санскрит: «нар» – человек (муж, герой); «нара» – человеческий; «нарата» – человечество; «нари» – женщина, жена; «нарах» – человек. Иранские языки: «нар» – 1) мужчина; 2) самец (мунджанский, ормури). Шугнанский: «нар» – самец; «нараки» – семенной побег травенистого растения. Гиссарских парья: «нарина» – мужчина. Церковнославянский: «Нарци, еже суть словене». Румынский: «нора» – сноха, невестка; «нород» – народ, люди. Истории известны и роксоланы – кочевники – «народ «самарского племени», обитавший в древние времена в одной части нынешней южной России. Одни считали их за славян или или полуславян» (Г. Дьяченко). И в самом деле: «рок» – движение, течение, время; вырок – «выходное», «исходное» – «документ, по которому дочь, вышедшая замуж и получившая достаточное приданое, отказывалась от своих прав от участия в наследстве остального родительского имущества» (Г. Дьяченко); вырумовать – удалить или прогнать из дому, из имения (церк.-слав.); срок, урок – 1) заданное время; 2) работа, определенная на какое-либо время; урочный. В русском языке корни «рас», «рос», «рус» – понятие о воде, реке, течении, движении. Сербскохорватский: «без рока» – бессрочный. Украинский: «рок» – год. Корень древний. Гуси (Африка): «екеро» («еке» – префикс) – время.
Автор «Полного церковно-славянского языка протодьякон Г. Дьяченко завершает картину: «Сами словене говорят о себе, как мы видим в житии св. Мефодия: «мы словяне, простая чадь» (то есть, дети, люди, народ). И этому не противоречит лингвистика.

ИЗРУБЛЕННЫЙ, НО НЕ УБИТЫЙ

«Спартак дрался один против семисот или восьмисот врагов, сомкнувшихся вокруг него живым кольцом, покрытый ранами, он стоял посреди сотен трупов, нагроможденных вокруг него. Глаза его сверкали, голос был подобен грому; с быстротой молнии он вращал меч, наводя на всех ужас, поражая, нанося раны и убивая наповал всех тех, кто осмеливался напасть на него…» Так пишет Рафаэлло Джованьоли о последнем сражении великого фракийца, необыкновенного человека, в «котором сочетались высокие качества души, незаурядный ум, неукротимая отвага, необыкновенное мужество и глубокая мудрость».
Читаешь эти строки и невольно думаешь: да ведь это не только о Спартаке, это и о племени, павшем в неравном бою против могучего Рима. И даже о языке, который не дрогнул перед мечами легионеров… Ученые до сих пор спорят о том, каким он был, и до сих пор не находят его истоков, не могут определить его основные корни.

***

Язык фракийцев… Где он родился и кому передал свою свободную и мятежную душу? В Б.С.Э. сказано: «Фракийцы – общее название группы индоевропейских племен, населявших в древности С.-В. Балканского полуострова, а также С.-З. М. Азии (геты, бессы, одрисы, даки, трибаллы и др.).
Геродот дает дополнение: он рассказывает о происхождении сарматов или савроматов: этот народ – результат племенного союза скифов с амазонками. И занял территорию в трех днях пути на восток от Танаиса (Дона) и в тех же трех днях дороги на север от озера Меотида (видимо, Каспийского). Когда Дарий начал поход в Скифию, ее обитатели обратились за помощью к другим племенам, вставшим на пути персов, в том числе и к сарматам, так как все равно никому из них не миновать войны: «Все остальные фракийские племена уже в его (Дария) руках, в том числе и соседние с ним геты». Отсюда вывод: наши предки в любом случае имели фракийское происхождение.
Следы фракийского языкового субстрата сохраняются в новых балканских языках. Еще более категоричен в своем очерке «Века трояновы» Владимир Щербаков: «Во II–IV веках нашей эры в Поднепровье произошли удивительные перемены. Сложилась по существу новая система хозяйствования. Археологи находят свидетельства этих перемен на территории всей так называемой Черняховской культуры (называемой по имени села Черняхов, где найден первый памятник).
Область Черняховской культуры на севере доходит до Припяти, на востоке – до Северного Донца, на юге – до Дуная, на западе – до хребтов Южных Карпат в центральной части современной Румынии». Там-то автор и находит прародину славян, как и многие другие исследователи. Но, сказав «а», они не говорят «б». Если мы назвали страну, то почему бы не сказать и о языке того народа, который ее населяет?
«Что вы, – возмутится ортодоксальный филолог. – Само слово «румын» происходит от римского «рома». Румынский язык – это испорченная латынь, которую на протяжении нескольких веков насиловали славяне». А не наоборот ли? Откройте словарь румынского языка, подготовленный Георге Болоканом, Татьяной Медведевой и Татьяной Воронцовой, и вы найдете не десятки, а сотни страниц толкового словаря русского языка, не попавшие в великое творение Владимира Даля. Возьмем несколько примеров. В статье «Чека» явно не хватает «румынских» уточнений: «чокан», «чекан» – молоток (молот); «чоканет» – стук, удар, звон; «чокани» – ударять друг о друга. Теперь вы понимаете, что значит «чеканить» и «чокаться»? Или вот у Пушкина: «Погиб и кормщик, и пловец!». «Кормщик» – это тот, кто в корме сидит? Нет, говорит Даль, управляющий ходом судна, задней потесью, рулем. Но куда проще и понятней у румын: «кэрма» – руль, «кэрни» – поворачивать, «кэрмиш» – поворот, «кэртуй» – руководитель. Стало быть, «керуваты» (украинский язык) – управлять, руководить, а «кырпатый» – курносый, потому что в румынском «кэрн» – курносый, изогнутый, кривой. «Кожух», – говорит В. И. Даль, – шуба, тулуп. А румыны уточняют: «кожит» – содранный, облупленный, «кожита» – кожица, корка, скорлупа, а «кожок» – овчинный тулуп (т. е. снятая с овцы шкура). Корова – самка крупного рогатого скота, потому что в румынском языке «корнут» – рогатый, а «корнута» – рогатый скот. Сам же «корн» (читай: «горн») – 1) рог, рожок, горн; 2) угол или край чего-либо (лесной кордон, например). Корона же – венок, венец, обод, крона дерева. Слово «ковать» не осилил в полном объеме и В. И. Даль. Зато оно очень хорошо растолковано в румынско-русском словаре: «ковригель» – бублик, «ковриги» – свернуться, «ковриг» – баранка, «ковачи» – кузнец (ср. украинск. «коваль»), потому что он гнет, крутит, вяжет железо. Жидкий у Даля – негустой, нетвердый, текучий, водянистый. Правильно, но в румынском языке все проще: «жилав» – мокрый, сырой, влажный, «жилэви» – становиться влажным. Зато в отношении милостыни (что крайне актуально в наше время) очень понятно в обоих словарях. Но интересно, как широко представлен основной корень этого слова у прямых потомков фракийцев: «милог» – нищий, «милоги» – выпрашивать, «милогит» – жалобный, плачущий, «милос» – сочувствующий, щедрый, «милосерди» – жалость, соболезнование, «милостэне» – благодеяние, милостыня, подачка, пожертвование, «милу» – дарить и т.д. Что-то не похоже на то, чтобы все это привнесли со стороны…
А не задумывались ли вы о происхождении самого что ни на есть славянского имени Преслава? Та, которая прославилась или о которой много говорят? Сомнительно. Более того, неверно. Убедитесь сами: «слэви» – 1) славить; 2) обожать, любить. Второе значение этого слова мы позабыли. А так было бы все ясно: Преслава – наипрекраснейшая, самая любимая. Или вот «огород» – то, что огораживается? Но ведь не всякий огород с оградой… И снова поможет румынский: «огори» – поднятый пар, зябь, «огорит» – вспашка. У ограды же есть еще одно понятие – двор, загон для скота, хлев.
Или рассмотрим такую параллель: кот – котенок, рысь – рысенок, медведь – медвежонок. Откуда же взялся поросенок? Ответ в румынско-русском словаре: «порк» – свинья.
Очень продуктивный корень «ста», переходящий в «сто» и «сту»: 1) стоять, подниматься (в русском языке: «стать на ноги»); 2) сидеть («стул» – сидение); 3) быть, находиться, оставаться (Статочное ли это дело? Что сталось с нашим братом?); 4) жить (станица – место жительства); 5) подходить, быть к лицу (стать, внешний вид); 6) останавливаться (поезд стал, станция); 7) прекращаться («дождь перестал»); 8) задерживаться («остаться на несколько часов где-либо»); 9) отдыхать («Постой!» – подожди, отдохни!); 10) оставаться («остался на заводе на пять лет»); 11) держаться на поверхности («А лед все стоял»); 12) быть, существовать («Стало теплее»).
Разве это не из толкового словаря русского языка? Увы, все тот же Георге Болокан!
С помощью румынского языка можно «перевести» на русский и многие из фракийских имен, названных в очерке Владимира Щербакова. Так, Козинта ничего общего с козой не имеет. «Коз» в румынском языке – «исключительно», «необыкновенно», а «фрумоша коз» – писаная красавица. Большая семья слов с этим корнем присутствует и в русском языке: неказистый; роскошный; кошный (чистый, добрый); кошее (диалект) – лучше, добрее, красивее; «кошанок» – ласточка. В украинском «кохать» – любить.
Бидзес – пылкий, горячий человек; Бенило – доброкачественный, несущий добро; Вислой – гребец; Бортко – пузатый; Вриго – достоверный, правдивый; Друзе – жестокий, суровый; Дажбор, Дажпор – собирающий дань, подать, налог; Пава – щит; Мока – мужчина из горной местности Трансильвании, овчар; Турбид – яростный; Осташ – воинственный, доблестный; Бердо – плотник; Сурус – кучер; Витус – витязь, отважный. Созвучные этим дает имена Польская хроника: Барним, Борживой, Борис, Вислав, Мики и т.д. А также Новгородские грамоты на бересте: Борыша, Братыша, Будота, Васько, Мика и т. д. Все это имена наших славянских предков.
Видимо, достаточно для первого беглого взгляда на проблему. Вывод один: предки румын говорили на том же языке, что и праславяне. Стороннее же влияние можно принять только частично: многовековое господство Османской империи почти ничего не внесло в румынский язык; его не сломило многолетнее господство на этих землях Византии, Австрии и Венгрии. Родные фракийские, праславянские корни прошли через века и тысячелетия. Да иначе и быть не могло: всю территорию Европы, на которой обитали фракийские племена, можно назвать праславянской и славянской. На нашей стороне в этом случае и византийский историк Лев Диакон. Болгарских послов, а затем и самих болгар (в условиях уже сформировавшейся славянской народности) он постоянно называет мисянами. А ведь «мисяне» – античное слово. Так называли жителей древней Фракии. К мисянам относил этот славянский народ и поэт Иоанн Геометр. И разве не по-русски звучит древнефракийский город на Дунае Доростолум или Дористол? «Среди походов Перикла, – пишет Плутарх, – особенно популярен был его поход в Херсонес, доставивший спасение жившим там эллинам. Перикл не только привел с собою тысячу афинских колонистов и усилил ими население городов, но также провел поперек перешейка укрепления и заграждения от моря до моря и тем поставил препятствие набегам фракийцев, живших во множестве около Херсонеса». Интересна и характеристика этих воинов, сражавшихся на стороне Македонии: «Впереди шли фракийцы, вид которых, по словам самого Низики (римского военачальника), внушал ему настоящий ужас: огромного роста, с ярко блиставшими щитами, в сияющих поножах, одетые в черные хитоны, они потрясали тяжелыми железными мечами, вздымавшимися прямо вверх над правым плечом» (Плутарх).
Фракийцы… Какая в них была сила и какая воля к жизни!
«Народ фракийский, – писал Геродот, – после индийцев – самый многочисленный на земле. Будь фракийцы только единодушны и под властью одного владыки, то, я думаю, они были бы непобедимы и куда могущественнее всех народов. Но так как они никогда не могли придти к единодушию, то в этом-то и коренилась их слабость…» Увы, время показало: Геродот был прав. Славяне, неуправляемые внутри, а кроме того при поддержке «преданных друзей» с Запада всё делают для того, чтобы окончательно поссориться и разбрестись по развалинам цивилизации. На протяжении веков давали друг другу уроки Польша и Россия. Вопреки очевидным выгодам экономического сотрудничества, вопреки здравому смыслу (Ведь с Германией помирились, а друг с другом никак нельзя!). В Югославии довели междоусобицу до полного развала государства. Болгария снова в союзе с теми, кто на протяжении тысячи лет ее унижал и уничтожал физически. И где сегодня собирают, обнимают и организуют русофобов? – В Киеве, провозгласившим своим главным национальным героем Мазепу. Черт с ней – с нефтью, с газом, да и с самим украинским народом, лишь бы показать москалям смачну дулю! А кто костью застрял в горле у американских президентов и кого объявили врагом номер один московские «демократы»? – А. Г. Лукашенко, потому что он все еще не идет на полный разрыв с Россией. И американцам, и «объединенной» Европе, и продавшимся им российским «правозащитникам» нужна новая драчка, чтобы в результате на так называемом славянском пространстве образовалось мокрое место. И далее. Уже стало модным учиться уму-разуму в Казахстане. Едут сюда на семинары с Востока и с Запада. От увиденного все в восторге. Только смотрят на все глазами любопытного в кунсткамере: видят любую букашку. Но не замечают Слона. А Слон этот – веками воспитанное у казахов чувство глубочайшего уважения к соседям. С кем не сложились отношения у Назарбаева? Кому Казахстан стал поперек горла? И какое государство на постсоветском пространстве развивается быстрее и успешнее всех? Перенять бы эту мудрость! Однако не все наши братья спешат это сделать. А ведь можно и не успеть.
Фракийцы! Славяне! Не пора ли одуматься?
Но вернемся к основному разговору. Никого, кроме славян, не видел на описанных выше землях и автор «Повести временных лет» (исключая венгров). А о событиях, связанных с вторжением римлян, стоит прочесть еще раз и более внимательно: «Когда волохи (римляне) напали на славян дунайских, и поселились среди них, и притесняли их, то славяне эти пришли и сели на Висле и прозвались ляхами, а от тех ляхов пошли поляки, другие ляхи-лутичи, иные мазовшане, иные поморяне». Да это же о землях, которые испокон веков именовались фракийскими! Кстати сказать, и самоназвание румын происходит не от ромеев, не от римлян. В основе его совсем другой корень. Смотрите тот же словарь: «роман» – древнеримский, римский, а «ромэн» – румын, крестьянин, муж, человек, гражданин. Это соответствует и цыганскому «ромм» – человек, цыган. И … русскому «русь» – люди, народ. Более того, профессор Георге Болокан дает еще одно слово: «руда» – 1) родственник, родня, родные; 2) род, семья.
Вот и встало все на свои места: да русь – народ, род, родина, родовая знать… Но и пашня, и воинство, дружина. Да, славяне, как и словены, – пахари, но прежде всего – народ, люди, а «славия» – страна, населенная этими людьми, народом.
И в этом, как видите, нет никакого противоречия: просто и по-русски. И по-иностранному: все, кто видит в нас воинов, пусть успокоятся: и такой перевод приемлем, только к норманнской идее и к норманнскому наречию никакого отношения не имеет.
…А теперь совершим небольшой экскурс а древнеиндийскую, а вернее арийскую, мифологию.
У древних наших предков, как уже говорилось, был могучий и вездесущий бог Рудра. Ряд исследователей выводит его имя из древнеиндийского «руд» – реветь. Однако функции, которые он выполняет, с ревом связаны лишь относительно. Вернее другая отправная точка: «родас» – земля, рожать, а также «руп» – земля. Кроме того, «ру» в санскрите – все, что связано с огнем, грозой и красным цветом. Отсюда Рудра – бог: 1) грозы, ярости, гнева; 2) разрушения; 3) смерти; 4) плодородия и жизни;
5) творец (родитель) мира. В древнеарабском мире его перевоплотили в Руду – богиню земли и плодородия, подземного царства («госпожу смерти»). Все эти значения в первозданном виде сохранились в русском языке:
1) рубин – камень красного цвета; рудой, русый – красный, светлый; рыжий – цвета солнца; 2) русь – люди, народ; нерусь – инородец; 3) рубить, рубанок, рубеж; русь – воины, дружина; 4) русалии – празднества и обряды в честь обновления жизни и плодородия; 5) русалки – не только молящиеся о дожде и плодородии девы, но и души, связанные с потусторонним миром. Вот где, оказывается, наше начало, а никак не там, куда указывают нам норманнофилы и норманноведы.
Так что люди мы, северяне и земледельцы. Именно поэтому славяне и «сели» на новых землях, как пишет Нестор, – да так, что их до сих пор никому сдвинуть с этих земель не удалось. И не удастся!

(Продолжение следует)

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ