ПРЕВРАЩЕНИЕ ДУХА: ПРЕДЕЛ И МЕРА НАЖИВЫ

0
492

Такен ДЖАНАТАЕВ,
кандидат экономических наук

Противоречивые взаимосвязи между традиционными и мировыми религиями приводят к утере ценности традиционной мировоззренческой философии, к утрате этических норм. Поэтому проблематика «Этики общего блага», озвученной с трибуны ООН, предполагает возврат к истокам человеческой культуры, осмысления тех ценностей, которые в них заложены, чтобы ответить на вопросы: как получилось, что человеческий дух сбился с «небесного пути» и оказался в сетях духа наживы? Как получилось, что человек потерял контроль над своим духовным возвышением и допустил беспредельное и безмерное господство материального над духовным? Капитал диктует свои моральные принципы и вместо двенадцати апостолов в мир направил своих апостолов наживы в лице транснационального капитала со всеми ангелами-посланниками, сеющими «разумное, доброе, вечное» в стране пребывания.

Дух Дао

Ни одна религия не предписывает веру в вечные истины. В Бога веруем, но платить приходится наличными за свои поступки, не всегда соответствующие «пути небесному». В Бога веруем, но религии – это отражение мировоззренческой философии людей. Истина – это прерогатива разума, а вера – прерогатива чувств. Из всех традиционных и мировых религий только Дао сумела отразить единство разума и веры. Дао – это направленность человеческого духа вовнутрь, в абстрагирующее мышление и стремление осознать что есть истинное. Согласно древней китайской книге «Пути и благодати», мир представляет собой и изменчивость, и неизменность, и их непосредственное единство, то есть троичность. «Сущность неба – в его стремлении возвышаться так же, как сущность воды – в ее стремлении течь вниз… Но вода отражает в себе творческое небо, она пронизана его силами.
Сохранение во внутреннем этой отраженной сущности неба приводит к гармоническому единению с ним» [1].
Диалектика жизни передается как Дао дэ цзин, где Дао – путь, дэ – проявление силы Дао, цзин – сущность Дао.
Дао дэ цзин – это сущностный путь проявления духа, то есть путь постижения законов природы. Поэтому Дао можно рассматривать как универсальный гармонизирующий принцип диалектики жизни. Дао дэ цзин гласит: «Дао рождает одно, одно рождает двух, два рождает три, три рождает все вещи. Все вещи содержат «инь» и несут «ян», которые взаимодействуют в неиссякаемом потоке энергии «ци». Буквально «ци» означает дыхание и соответствует духу, энергии или жизненной силе, заключенной во всем сущем [2].
Фундаментальный принцип Дао – это сбалансированность всех явлений природы, а переход изменчивости к неизменности, а неизменности к изменчивости проявляется через диалектику «инь» и «ян», как символов непрерывного движения, неугасающего процесса развития всего сущего. В Дао отсутствует понятие единого начала, а личность человека или общества есть не что иное как динамичная совокупность всех отношений, в которых воплощены две стороны того или иного отношения. «Инь» и «ян» – это «бытие» и «ничто», «добро» и «зло», «светлое и темное», «предмет труда» и «средства труда», «потребительная стоимость» и «меновая стоимость».
В Дао основным требованием является невмешательство в естественный ход событий, суть которого заключается в том, что сущность «цзин» проявляется как «дэ» – эманация Дао или проявление силы через диалектический путь становления Дао. Широко используемое понятие «диалектический метод» в переводе означает использование двух сторон того или иного явления «инь» и «ян», так метод с греческого переводится как «путь», точно также латинское proccese – путь, как казахское ақжол – светлый путь. «Алыс жол алғашқы қадамнан басталады» – «Дальний путь начинается с первых шагов». Иначе говоря, внутренняя духовность вещи, явления должна проявляться в контексте естественного становления и развития, взаимопереходов двух сторон самого Дао как явления, вещи, духа. «Капитал» Карла Маркса начинается с изложения двух факторов товара: потребительной стоимости и стоимости. Каждая полезная вещь имеет две стороны: качество и количество, потребительную стоимость и меновую стоимость. Тайна первой главы первого тома «Капитала» сокрыта в листве капиталистических отношений, и чтобы понять суть капитала, нужно пройти весь путь становления и развития товара вплоть до превращения товара в капитал. «Переход от одного глубочайшего к другому – дверь ко всему чудесному, бытие и небытие порождают друг друга, длинное и короткое взаимно соотносятся, высокое и низкое взаимоопределяются…»
Вместо Суда Божьего в Дао действует извечный принцип жизненной силы «ци» как проявление взаимоперехода «инь – ян», «ян – инь». «Все вещи, прислонясь спиной к тени «инь», обнимает свет «ян», и дыхание «ци» пустоты приводит их к гармонии» [4].
Точно так же в капитале действует «стоимость» как дыхание капитала и как проявление взаимоперехода потребительной стоимости в меновую стоимость, как переход качественной стороны полезности вещи в количественную, и наоборот. Целью капитала являются стоимость и деньги как количественное выражение стоимости товара. Стоимость, как жизненная сила капитала, приобрела такую мощь, что поставила под угрозу этические ценности человека. В западной философии полезность вещи поставлена во главу угла жизненного мировоззрения и определяется его весом, качеством материала и другими внешними характеристиками. В Дао полезность вещи определяется ее пустотой. Так, употребление сосуда зависит от пустоты сосуда. Использование дома зависит от пустоты в нем. В этом отличие утилитарного подхода к природе западной философии и философского мировоззрения даосской диалектики жизни.

Абсолютный дух

В даосской диалектике жизни заложены все основополагающие принципы человеческого познания, которые Гегель перевел на язык диалектической логики. В основе его «Науки логики» лежит диалектика «инь – ян» и «ян – инь», которые он обозначил как «бытие» и «ничто» и их переход, то есть переход «бытия» в «ничто» и «ничто» в «бытие». В свою очередь Карл Маркс использовал этот переход в виде двух факторов товара: потребительная стоимость и стоимость. Гегель обратил внимание на то, что «…Дао считает началом переход в сферу мысли… при этом… обнаруживается определение троичности. Одно породило два, два породило три, а оно Вселенную. Как только человек начинает мыслить, появляется определение троичности. Одно есть нечто, лишенное определений, пустая абстракция. Для того чтобы оно обрело принцип жизненности и духовности, необходимо определение. Единство действительно лишь тогда, когда оно содержит в себе два и тем самым дана троичность» [5].
Диалектика Дао заключена в числах 1, 2, 3, которые иероглифически изображаются как (— = = ). В основе диалектики Дао лежит (—) и (=) как две стороны противоположности, причем в (=) уже есть переход 1 в 2. Тождество (—) и (=) находит свое выражение в (=), то есть в троичности. «Чистое бытие, – отмечает Гегель, – образует начало, потому что оно в одно и то же время есть и чистая мысль, и неопределенная простая непосредственность…» [6].
В более конкретной форме принцип троичности лежит и в первой главе первого тома «Капитала» Карла Маркса: (—) – потребительная стоимость, (=) – меновая стоимость и (=) – стоимость, как единство потребительной стоимости и меновой стоимости. Самовозрастание стоимости и есть сущность капитала как проявление Дао. В Библии Бог проклял Адама: «В поте лица твоего будешь есть хлеб свой…» (Бытие 3:19) и Адам Смит уловил дух Дао в труде как источнике стоимости. Однако трудовая теория стоимости в современной вульгарной экономической теории приобрела форму утилитаризма, которая по сей день господствует в экономической науке. Без элемента духовности утилитаризм приобрел однобокую и губительную форму ценностей материального мира, которые надо извлекать из природы, применяя не столько духовную, сколько материальную силу.
Обобщая дух традиционных и мировых религий, Гегель выразил их единство как Абсолютный дух – единство субъективного духа, становящегося как самосознание, и объективного духа, становящегося как система права, морали и нравственности. Причем корни абсолютного духа находятся в даосской диалектике жизни и отражает троичность Дао: «Субъективный дух – Объективный дух – Абсолютный дух». В начальной стадии становления духа эта цепочка имела вид: «Человек – Природа – Человек», теперь же она преобразовалась в новое качественное состояние: «Природа – Человек – Природа». Крайнему звену этой цепочки сегодня наносится непоправимый экологический, экономический ущерб, а среднему звену – моральный.
Явление Абсолютного духа находит свое воплощение в знании внешнего мира явлений, познании его как предметного мира. Теперь перед человеком стоит задача: «…знание должно быть показано лишь в своем становлении…» [7], и только в этом смысле предмет предстает в качестве духовной существенности. Сегодня знание предмета, или всеобщее общественное знание, интерпретировано как «экономика знаний», ориентированное не столько на духовное, сколько на материальное. К этому подталкивает капитал, который приобрел характер всеобщей формы знания.
Абсолютный дух Гегеля это уже полностью обезличенное, нейтральное, ни в чем не персонифицированное начало. Здесь воедино слились не только мировоззренческая философия традиционных религий, но и Яхве, Христос, Аллах как триединство Абсолютного духа. Абсолютный дух – это уже философия познания человека самого себя как частички природы. В индивидуальной форме Абсолютный дух выражается в буддизме и разных его направлениях. Тибетский буддизм гласит: «Взывай искренне к духовным идеалам, в которые ты веришь, и они защитят тебя» [8].
Буддизм – это не религия, а философия, которая сегодня особенно популярна на Западе. Человек Запада ныне в поисках Востока, где духовности сохранены в более-менее чистом виде. Понятие «Человек», особенно в западном мире, превратилось в социального маргинала, то есть человека, стоящего на краю пропасти, куда его привела безответственная экономическая деятельность. Возникла проблема экономической этики, которая должна иметь дело не с благом, как таковым, не с этикой, как таковой, а морально оцененном благом, то есть благом, не роняющим достоинство человека.

Дух наживы

Обналичивание нравственных ценностей и денежные ставки для оплаты соответствующих моральных поступков стало масштабным явлением. Доллар нанес коррупционное поражение всей мировой экономике, метастазы которого расползаются в той мере, в какой такие распространители инфекции, как Международный валютный фонд, Всемирный банк со всеми их щупальцами в виде разнообразных финансовых институтов, оказывают влияние на экономику всех стран мира. Богатые государства образовали свой кошелек через МВФ и Всемирный банк, бедные страны складывают в ларец печали всю боль своего сердца и, прильнув сердцем к небу, уповают на помощь Всевышнего. «Сердце человека, – говорит Карл Маркс, – удивительная вещь, особенно если человек носит сердце в своем кошельке» [9].
В сердце человека обитает Бог Отец, Бог Сын и Дух Святой. Бог в сердце человека, сердце – в кошельке, а кошелек – собственность бессердечного капитала. Отсюда троичность капитала: «Д-Т-Д». Кошелек – это тот пункт, откуда исходят и куда возвращаются не только деньги, но и этические, моральные добродетели. Дух Святой из сердца человека переселяется вместе с сердцем в кошелек и перевоплощается в Дух наживы. Грани между Духом Святым и Духом наживы становятся подвижными, и между ними возникают коллизии. Деньги вместо того чтобы выражать отношение товаров в формуле «Т-Д-Т», начинают вступать в частное отношение к самим себе: «Д-Д′» или деньги рождают деньги. Такие финансовые институты, как экспортно-кредитные агентства, инвестиционные банки, пенсионные фонды, хедж-фонды и другие, знают, по выражению К. Маркса, «что всякие товары, какими бы оборвышами они не выглядели, как бы скверно они не пахли, суть денег в духе и истине, евреи внутреннего обрезания, и к тому же чудодейственное средство из денег делать большее количество денег» [10]. Финансовые институты чудодейственным образом извлекали и извлекают деньги из самих денег, запустив в небеса многообразные финансовые пузыри из деривативов, ценных бумаг и других финансовых продуктов.
В формуле «Д-Д′», или деньги делают деньги, стоимость, как воплощение Духа Святого, отличается как первоначальная стоимость (Д) от себя самой как возросшей стоимости (Д′), «подобно тому как Бог Отец отличается от самого себя как Бога Сына, хотя оба они одного возраста и в действительности составляют лишь одно лицо…» [11].
Так, деньги в сумме 100 долларов в процессе самовозрастания стоимости превращаются, например, в 110 долларов. В сумме 110 долларов деньги находятся в трех ипостасях: деньги как таковые (Д), деньги в товарной форме (Т) и деньги в возросшей форме (Д’). В ипостаси Д-Т Святой Дух переселяется в душу товара (Т) и превращается в Дух наживы (Д’).
Только благодаря Богу Сыну в десять долларов, первоначальные 100 долларов становятся Богом Отцом или капиталом в 110 долларов. Как только родился Бог Сын в 10 долларов, а через Бога Сына родился и Бог Отец в 110 долларов, различия между ними исчезают и они превращают Бога Святой Дух в Дух наживы, который воплощается в формулу самодвижущейся стоимости: «100 Д – 110 Д′110 Д′′ – 120 Д′′, 120 Д» – 130 Д′′′» и т. д.
Дух наживы приобретает вид: «Д-Т-Д′» как всеобщая форма капитала. Старая еврейская поговорка: «У кого есть, тому прибудет» отражает именно этот процесс бесконечного приращения денег: «Д-Т-Д′-Т′-Д′′-Т′′-Д′′′…» и т. д. «Верьте мне, что я в Отце, и Отец во мне; а если не так, то верьте мне по самим делам» (Ин 14:11).
Чудотворное средство появления Д′ в формуле «Д-Д′» основано на конъюнктурных колебаниях курса валют и ценных бумаг. Так, хеджевый фонд Дж. Сороса продавал ценные бумаги без их наличия у себя. Они принадлежали другому владельцу. Продавая чужие ценные бумаги по фиксированной цене Дж. Сорос обещал покупателю прибыль на определенную дату будущего периода, то есть занимал так называемую «короткую позицию». В то же время Дж. Сорос приобретал ценные бумаги с верой и надеждой продать их подороже, то есть занимал «длинные позиции». Причем деньги «длинной позиции», на которую он покупал ценные бумаги, он брал из денег «коротких позиций», то есть из денег другого владельца ценных бумаг. Деньги делают деньги.
Примерно по этой схеме строятся финансовые пирамиды строительных компаний, банков и многих финансовых институтов. Так, Альянс Банк, по сообщению Агентства по финансовому надзору, использовал чужие, заемные деньги на формирование собственного капитала банка, так называемое «Бридж-финансирование». Руководство агентства от возмущения всплеснуло руками: «Так называемое бридж-финансирование запрещено. Создавать акционерный капитал за счет заемных денег запрещено прямо. Можно было бы привлечь долговой капитал через субординированный долг, а вот заводить, таким образом, воздух в капитал банка – просто нет слов» [12], как передали СМИ в августе 2009 года.
На формуле «Д-Д′» построены все финансовые пирамиды. Спекуляции на недвижимости, цены на которые обильно поливались долларом из толстого кошелька мировых финансовых институтов, превратили реальные цены в иррациональную форму выражения стоимости товара. Доллар сыграл на чувстве человека быстро обогатиться. В начале XX века Макс Вебер писал: «В нас­­тоящее время стремление к наживе, лишенное своего религиозно-этического содержания, принимает там, где оно достигает своей наивысшей свободы, а именно в США, характер безудержной страсти, подчас близкой к спортивной» [13]. Сегодня капитал получил полную свободу во всем мире, и стремление к наживе стало абсолютным духом, не знающим ограничений этического характера. Стремление к наживе охватило дух человека во всем мире и стало не просто «спортом», а «олимпийским видом спорта», где Международный олимпийский комитет в лице Международного валютного фонда и Всемирного банка устанавливает свои правила курса валют. Подвесив перед носом бедных стран корзины валют, МВФ и ВБ устраивают гонку за деньгами. Когда не хватает денег на развитие и диверсификацию экономики, иллюзия справедливого курса валют подгоняет бедные страны к заимствованиям из этой корзины. Результат – это вечная долговая кабала таких стран, как Казахстан, долг которого составляет порядка 100 млрд. долларов. Транснациональный капитал стал Всесильным богом наживы.

Апостолы наживы

Процесс глобализации в экономических терминах означает углубление общественного разделения труда, когда производственные цепочки, например, выпуска автомобилей, разбросаны по всему миру, а конечная продукция завершает свой производственный цикл в одном или нескольких местах, не обязательно в одной стране. Разделение труда, сопровождаемое специализацией производства, вызывает концентрацию не только производительного капитала, но главным образом, концентрацию финансового капитала. Если XIX век был веком бурного развития капитализма в Англии, а XX век – веком капитализма в США и Европе, то XXI век – это век всеохватного капиталистического развития в глобальном масштабе.
В XXI веке набирает мощь транснациональный капитал. Если сегодня мир территориально разделен на более чем 200 национально-государственных образований, то экономический мир представляет почти единое пространство, где практически сняты или снимаются таможенные барьеры, призванные защищать экономические интересы национально-территориальных образований. На начало 2000 года транснациональные корпорации контролировали свыше 50 процентов мирового промышленного производства, 67 процентов международной торговли, около 90 процентов прав на интеллектуальную собственность, 90 процентов прямых инвестиций. Практически вся торговля сырьем на мировых рынках находится под контролем транснациональных корпораций [14]. По данным ЮНКТАД (орган Генеральной Ассамблеи ООН по торговле и развитию), в 1970 году в мире насчитывалось 7,0 тыс. ТНК, в 1990 г. – 24,0 тыс., а в 2003 г. – 35,0 тыс. ТНК. На долю 100 крупнейших ТНК приходится до 50 процентов всех зарубежных активов – 3,1 трлн. долларов США. Из числа 100 крупнейших ТНК к США относятся 32, Японии – 20, Германии – 10, Франции – 10 [15].
Транснациональные корпорации образовали новый мир глобального масштаба, геостратегические интересы которых охватывают весь экономический мир, а действия отличаются безжалостностью. Так, в Индии, согласно официальным данным, начиная с 1997 по 2008 год 160 тыс. фермеров покончили жизнь самоубийством, не выдержав конкуренции с транснациональной корпорацией Monsanto, которая контролировала семена на хлопок, не позволяя фермерам покупать другие [16]. Под давлением энергетических компаний Международный уголовный суд в Гааге в начале 2009 года выдает ордер на арест президента Судана Омара аль-Башира, имевшего неосторожность допустить компании Китая на нефтедобычу, отказав европейским компаниям [17]. Практически весь мир находится в сетях экономических интересов транснациональных корпораций.
Помимо транснациональных корпораций, действующих в сырьевых и добывающих секторах экономики Казахстана, появляются и другие транснациональные корпорации. Министерство индустрии и торговли ведет переговоры с таким гигантом, как Wal-Mart – крупнейшая в мире розничная торговая сеть США [18]. Продажи Wal-Mart в 2003 году составляли 260 млрд. долларов, что равнялось объему ВВП Швейцарии [19] и более чем в 2,5 раза превышает объем ВВП Казахстана. Кроме Wal-Mart ведутся переговоры о возможном сотрудничестве с такими гигантами розничной торговли, как французская Auchan с годовым оборотом в 36,7 млрд. евро [20].
Проникновение во внутренний рынок Казахстана идет по всем направлениям и постепенно охватывает все отрасли экономики. В результате роль правительства в регулировании экономики постепенно сводится к роли оператора деятельности транснациональных корпораций, все более подчиняясь их интересам. Аналогичная картина была в СССР, когда все предприятия сырьевой и добывающей промышленности Казахстана подчинялись военно-промышленному комплексу в лице Министерства среднего машиностроения СССР, а деятельность большинства значимых предприятий непосредственно управлялась из Москвы. Декоративный Совет Министров Казахской ССР «управлял» лишь 7 процентами экономики, относящимися к местной промышленности, коммунально-бытовому обслуживанию.
На сегодня Правительство Казахстана и Национальный банк недостаточно контролируют денежно-кредитную политику. В сфере финансового и денежного капитала безраздельно господствует транснациональный финансовый капитал в лице Международного валютного фонда, Всемирного банка и аффилированных с ними финансовых институтов всего мира. В 1998 году 100 ведущих банков мира владели почти 100 процентами кредитных ресурсов, из них 59 банков принадлежали США, Великобритании, Японии и Германии. Им принадлежали 65 процентов рынка кредитных ресурсов, или 7 трлн. долларов США. В целом, десяти самым богатым странам принадлежит 85 банков, которые удерживали 10 трлн. долларов США кредитных ресурсов, или 86,5 процента рынка [21].
США, Великобритания, Япония, Германия являются и основными акционерами Международного валютного фонда и Всемирного банка, которые, подобно двум ксендзам из «Золотого теленка», обхаживающим «Антилопу Гну» и его шофера, также обхаживают бедные страны. Пока Международный валютный фонд наполняет душу правительства бедных стран благочестивыми молитвами, Всемирный банк прямо или косвенно вливает кредитные ресурсы в сырьевой, добывающий или другие доходные сектора, например, розничную торговлю, а теперь и в коммунально-бытовой сектор. Если прямые инвестиции – это кредиты с прямым вхождением в капитал заемщика, то кредиты, получаемые самим правительством или под гарантию правительства, или же Национальным банком, идут всего лишь на рефинансирование и реструктуризацию старых долгов. Такого рода кредиты – это способ смягчить финансовые проблемы правительства и способ подчинения правительства интересам транснациональных корпораций. Как пишет американский экономист Дэни Родрик, «предполагалось, что финансовая глобализация будет способствовать тому, что бедные страны, испытывающие недостаток капитала, получат доступ к накоплению богатых стран. Фактически в годы перед финансовым кризисом капитал перешел из бедных стран в богатые» [22].

Учение Апостолов

В ноябре 2009 года миссия Международного валютного фонда «выдала» рекомендации Казахстану как вести себя в посткризисный период. Помимо всего прочего, было сказано, что более стабильная банковская структура может «характеризоваться большей долей иностранного участия. Государственный сектор должен приступить к разработке прозрачной и согласованной стратегии выхода из акционерного капитала банков…» [23]. Транснациональный финансовый капитал в лице Международного валютного фонда приступил к новому этапу захвата финансового рынка Казахстана. «Помощь» Международного валютного фонда увязывается с поучениями как вести денежно-кредитную политику с тем, чтобы обеспечить глубокое проникновение в финансовый рынок Казахстана.
Во-первых, процентные ставки кредитных ресурсов, выдаваемые местным бизнес структурам, должны быть достаточно высокими, чтобы снизить риски невозврата. Так, если ставка внешних заимствований для местного банка составляет, например, 6%, то местный бизнес получает кредиты под 12-14% и попадает под двойное давление: выплачивает внешний долг и обогащает местный банк. При этом в зоне риска оказывается не только бизнес-заемщик, но и местный банк. В случае невыплаты процентов и основного долга местный банк попадает в долговую кабалу внешнему кредитору, который ведет двойную игру. Кредитные ресурсы мировых финансовых институтов берутся из финансовых средств стран, где низкие проценты, например, как в Японии или Германии. Эти средства перекачиваются в Казахстан, где ставка процента по требованию Международного валютного фонда или Всемирного банка должна быть высокой.
Во-вторых, по мере накопления в банках-заемщиках плохих и сомнительных долгов ужесточаются пруденциальные требования. Так, Агентство по финансовому надзору Казахстана принимает решение установить минимальный размер собственного капитала для более-менее сильных банков. Этой мерой Агентство финансового надзора якобы расширяет присутствие банковского сектора в регионах [24]. На самом деле начался изощренный процесс захвата транснациональным капиталом внутреннего финансового рынка Казахстана. Ужесточение пруденциальных требований означает, что в Национальном банке накапливаются большие денежные резервы, которые, по определению, «не работают» на реальный сектор экономики и должны находиться под бдительным оком Международного валютного фонда, Всемирного банка. Это приводит к росту банковских процентных ставок, которые сегодня составляют в пределах 20 процентов. Банки второго уровня вынуждены резко ограничить кредитование реального сектора экономики, прежде всего малого и среднего бизнеса, зато Международный валютный фонд, Всемирный банк обеспечивают защиту обменного курса доллара, так как усиливается зависимость тенге от доллара.
В-третьих, укрепление банков через жесткие пруденциальные нормативы создает базу для проникновения транснационального финансового капитала в так называемые «системообразующие банки». Сначала деньгами налогоплательщиков Казахстана предотвращается банкротство этих банков, затем после реструктуризации долгов эти банки переходят под контроль транснационального капитала. Остальные банки отсекаются и образуют банки «третьего сорта», которые должны уйти на периферию экономики для обслуживания нужд небольших предприятий, экспресс кредитования и т. д.
Следуя логике развития событий в финансовом секторе в перспективе произойдут структурные изменения в банковской системе, где наиболее устойчивые местные банки будут поглощены одной или несколькими из 100 крупных банков мира. В результате будет обеспечен оборотный капитал для транснациональных корпораций и постепенный контроль над всей экономикой путем увеличения задолженности через наращивания кредитных ресурсов. Здесь следует различать два момента:
1) обслуживание долга в виде процентов на основной долг обходится дороже полученных денег в виде прямых или портфельных инвестиций;
2) необходимость обслуживания долга в долларах приводит к дефициту бюджета государства и росту правительственного долга.
Библейское «простить долги» на языке транснационального финансового капитала означает:
1) безнадежные кредиты конвертируются в рыночные ценные бумаги с номиналом 50-70 процентов от начальной цены кредита, то есть заемщику якобы «прощается» 30-50 процентов долга, который в конечном счете вешается на шею налогоплательщиков Казахстана;
2) дополнительные кредиты с тем, чтобы заемщик мог обслуживать ранее полученные кредиты. Этим самым заемщик еще больше привязывается к кредитору;
3) продление сроков погашения основного долга на несколько лет, но с обязательной выплатой процентов. При этом выплата процентов может превзойти сумму основного долга.
Международный валютный фонд и Всемирный банк создали рынок, позволяющий и должникам, и кредиторам торговать ценными бумагами на ликвидной площадке, что приводит к образованию такого механизма ценообразования, который не имеет ничего общего с фундаментальным законом стоимости, зато усиливает зависимость Казахстана от транснационального капитала. Банковский фольклор гласит: страны не бывают банкротами, банкротами становятся банки, которые их кредитуют. Как только банк выполнил свою функцию кредитования, он, подобно самцу-каракурту, пожирается самкой – финансовым институтом в лице транснационального капитала, который забирает долги заемщика для все большего увеличения стоимости.

ЛИТЕРАТУРА

1. Лао-цзы. Дао дэ цзин. Книга пути и благодати. М.: ЭКСМО, 2007, с. 38.
2. Там же, с. 12-13.
3. Лаo-цзы. Дао дэ цзин. Книга пути и добродетели. М.: ТЕРРА-Книжный клуб, 2008, с. 191.
4. Гегель Г. В. Ф. Философия религии. В 2-х т. Т. 1. М.: РОССПЭН, 2007, с. 352.
5. Гегель Г. В. Ф. Энциклопедия философских наук. Т. 1. Наука логики. М.: Мысль, 1975, с. 217.
6. Гегель Г. В. Ф. Феноменология духа. Философия истории. М.: ЭКСМО, 2007, с. 459.
7. Хадж С., Бурд М. Тибетская книга мертвых. Пер. с англ. М.: Омега, 2006, с. 114.
8. Маркс К. Капитал, Т. 1, с. 239.
9. Маркс К. Капитал, Т. 1, с. 165.
10. Маркс К. Капитал, Т. 1, с. 165.
11. Деловая неделя, 14 августа 2009 года.
12. Вебер М. Избр. произ. М.: Прогресс, 1990, с. 207.
13. Гусева Л. Транснациональные корпорации: основные тенденции развития и влияния на экономику принимающих государств. Казахстан в глобальных процессах. Научное издание. 2004. № 1, с. 104–121.
14. Симонов Ю. Ф. Мировая экономика и международные экономические отношения. Ростов на /Д.: Феникс, 2006, с. 67.
15. Капитал.kz, 14 мая 2009 года.
16. Республика, 6 марта 2009 года.
17. Капитал.kz, 5 ноября 2009 года.
18. Фишмен Т. Китай Inc. Восход сверхмощного глобального конкурента. Пер. с англ. М.: ЭКСМО, 2007, с. 224.
19. Капитал.kz, 5 ноября 2009 года.
20. Синки Дж. Финансовый менеджмент в коммерческом банке и в индустрии финансовых услуг. Пер. с англ. М.: Альпина Бизнес Букс, 2007, с. 766–768.
21. Капитал.kz, 27 августа 2009 года.
22. Деловая неделя, 6 ноября 2009 года.
23. Капитал.kz, 27 августа 2009 года.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ