ФИЛОСОФИЯ ЯЗЫКА

1
487

Благоприятен брод через великую реку.
Конфуций

Казахский язык начала ХХI века производит двоякое впечатление. С одной стороны – это язык, на котором созданы богатейшие фольклорно-эпические произведения, которые по поэтике и объему не имеют себе равных в мире. Казахский язык – преемник языков древних тюрок и кипчаков, хранилище духовного сокровища грозных империй Аттилы и Чингисхана, чьи быстрые конницы «сквозь кровь и пыль» добывали победу для своих улусов. Казахский язык древен, испытан веками, он вместил творения Ахмеда Яссави, Жусупа Баласагуни, Махмуда Кашгари и других гениальных мыслителей и поэтов вплоть до великого Абая, Магжана Жумабаева, Мухтара Ауэзова, Абдижамила Нурпеисова. Сегодня он несет статус государственного языка РК. 

Большой круг проблем, от решения которых зависит судьба казахского языка в гражданском обществе индустриальной стадии развития, известный лингвист Канагат Жукешев затрагивает в своей новой исследовательской работе «Философия языка». Этих проблем целесообразно поделить на три, по уровню изученности. Нижеследующее ранжирование вопросов дает возможность представить наиболее полную картину нынешнего состояния казахского языка.
С другой стороны, казахский язык начала ХХI века имея де-юре государственный статус, в действительности не выполняет свою функцию надлежащим образом. В советский период казахский язык не использовался в делопроизводстве, в управлении экономикой, в науке, области технологий и воинской службе. В политике, образовании, культуре использование казахского языка носило половинчатый характер. Правила казахского языка являются не в полной мере унифицированными, следовательно, труд­ными для изучения. Он порой труднодоступен не только для носителей других языков, но и для коренного населения страны. По этой причине часть автохтонной – собственно государственной нации, – остается не знающей язык.
Распад Советского Союза, обретение Казахстаном государственной независимости должны были бы дать новый импульс развитию казахского языка в условиях самостоятельной языковой политики национального государства. В первые годы независимости народ повернулся лицом к государственному языку, выразил заинтересованность выучить его; увеличился контингент учащихся школ, где обучение велось на казахском языке. Наблюдались позитивные изменения в отечественном книгопечатании, увеличился тираж периодики на казахском языке. Выросло число издательств, типографий, имеющих больше, чем когда-либо, возможностей выпускать литературу на казахском языке.
После обретения независимости в рес­публике казахскому языку уделялось много внимания для поддержания его функционирования по статусу. Парламент с большим воодушевлением принимал все законы в поддержку казахского языка в статусе государственного. Правительством выделялось достаточно средств для его развития. Увеличивалось количество академических часов на изучение языка в средних и высших учебных заведениях. Министерства и ведомства республики, охватывая все сферы жизнедеятельности, проводили работу по обучению населения государственному языку. Население страны, в том числе и представители некоренной национальности, были готовы учиться и работать на казахском языке.
Но, несмотря на все меры, направленные на поддержку государственного языка, радужные надежды на дальнейшее, столь же интенсивное развитие языка не оправдались. Дело застопорилось, казахский язык продолжал формальное функционирование как переводное приложение к документам, написанным на русском языке. Уже во второй половине 90-х годов XX века в обществе наблюдался спад интереса к изучению казахского языка. Престиж казахоязычной культуры у молодежи упал ниже прежнего уровня. Рвение народа выучить язык, стремление применить его в делопроизводстве, быстро прошли. Среди молодежи авторитет культуры, создаваемой на казахском языке, стал понижаться и постепенно опустился на более низкий уровень. И учиться государственному языку и обучать на нем стало сложнее. Более того, стало трудно обучать казахскому языку самих казахов. Использование казахского языка в сфере производства, государственного управления, во многих других отраслях осуществлялось формально. Появилось много сомневающихся в будущности казахского языка. В прессе часто стали появляться материалы, где высказывались требования, чтобы казахский язык соответствовал своему статусу государственного и должным образом выполнял свою функцию. Но многие из них носили описательный или лозунговый характер и не способствовали раскрытию истинных причин бедственного положения языка. Хотя в этих публикациях пламенных призывов и демагогических предложений было много, но вопрос – почему казахский язык, имеющий статус государственного, оказался в таком критическом положении – оставался открытым, никто не мог указать, как выбраться из этого положения.
Естественно, у людей, неравнодушных к судьбе языка, у которых жизненная деятельность тесно связана с казахским языком, которые видят кризисное положение, возникали вопросы о том, какова стратегия ученых-языковедов по отношению к языку, каким является науч­но-методическое обеспечение функционирования казахского языка, какие концепции и стратегии разработаны лингвистической наукой для разрешения его актуальных проблем?
Конечно, велась определенная работа: проводились конференции, на них обсуждались проблемы языка. Защищались диссертации, написаны книги, моно­графии. Совершенствовалась учебная литература. Проводилась разъяснительная работа среди населения, чтобы способствовать изучению языка.
Несмотря на это, нельзя утверждать, что сегодняшняя лингвистическая наука Казахстана подробно рассмотрела все аспекты интеграции государственного языка в индустриальное общество и дала научно обоснованную оценку его современному состоянию. Оказалось, что многие актуальные проблемы не были исследованы на достаточно квалифицированном уровне, а некоторые, в том числе немало судьбоносных, вообще, оказались вне поля зрения лингвистической науки.
Казахские языковеды, как и прежде, правильно твердили, что лексический ресурс казахского языка предостаточный, для того чтобы выбрать из этого богатства подходящее слово и установить термины и понятия. Однако считали, что этим должны заниматься специалисты отраслей, а не они сами. Они были уверены в том, что все решается на уровне настойчивого требования со стороны влас­тей и достаточного выделения денежных средств. По их убеждениям, при решении вопросов языка нужно применить политические, административные, экономические и волевые методы. С высоких трибун провозглашались лозунги, призывающие людей к уважению государственного языка. Составлялись планы перехода к делопроизводству на казахском языке, однако, сроки их осуществления неоднократно корректировались. В отношении отдельных лиц, не владеющих языком, предлагались предпринимать попытки принуждения. Слышались требования не избирать депутатами, не вводить в состав правительства и исполнительных органов власти людей, не владеющих государственным языком. Но результата не было. Иначе и быть не могло.

* * *
В книге «Философия языка» первый круг составляют темы, изученные отечественными лингвистами и введенные в практику языка. Это теоретические положения и правила, которые охватывают, прежде всего, синтаксис и морфологию языка в целом; части речи, словообразование, структуру и члены предложения – главные и второстепенные. Сюда же можно отнести разделы пунктуации, орфографии, орфоэпии и их правила, установленные языковедами. Однако, не все из данных положений безукоризненны, в них есть спорные моменты, вызывающие неудобства в их применении и нуждающиеся в дальнейшей коррекции. Среди введенных в учебники правил также есть очень трудные для применения в языковой практике, в свое время казавшиеся весьма необходимыми.
Второй круг вопросов для исследователей проблем языка остается пока еще в стадии осмысления. Ученые рассматривали, обсуждали эти вопросы, им посвятили научные статьи и монографии. Однако их природа не до конца прояснена. Встречаются трактовки, научная достоверность которых подвергается сомнению, многие гипотетические суждения представляются ошибочными априори, хотя включены в учебники. Вопросы, входящие в данный блок, требуют пересмотра, с точки зрения современной лингвистической науки. Среди них особо надо обратить внимание на проблемы литературного языка.
В данной работе подробно рассматривается проблема литературного языка, критерии и требования, предъявляемые к нему, начатые в нашумевших статьях в газете «Деловая неделя». В результате тщательного исследования трудов казахских лингвистов, таких как М. Балакаев, С. Исаев, Т. Кордабаев, Р. Сыздык, А. Кайдаров, Н. Уали, лексики, помещенной в «Қазақ әдеби тілінің сөздігі» [в 15-ти томах. Алматы: «Қазақ энциклопедиясы», 2011], «Қазақша-орысша сөздік» [около 50 тыс слов. Алматы: Дайк-Пресс. 2008], «Жалпы білім берудегі қазақ тілінің жиілік сөздігі» [Алматы: Дәуір, 2016], и других источников, К. Жукешев делает вывод, что теория казахского литературного языка не создана, дефиниция не разработана, корпус литературного языка до сих пор не определен. Далее, опираясь на идеи русских лингвистов: О. Ахмановой, В. В. Виноградова, Р. А. Будагова, А. И. Горшкова, А. Н. Гвоздева, А. И. Ефимова, В. Д. Бондалетова, Ф. П. Филина, исследователь доходит до выработки собственной концепции. И здесь он дает характеристику литературного языка с четким определением критериев и требований к нему. Пожалуй, это есть самое значительное место в его труде. (Модель казахского литературного языка автор намерен опубликовать отдельным изданием, после выхода в свет данной книги.)
Центральным понятием литературного языка является стандартизация языка. Стандартизация языка – это «основа нормализации языка», ключевой элемент в развитии литературного языка, так как «литературный язык – это стандартный язык». Нормализация языка начинается со стандартизации слов, терминов, понятий и фразеологизмов. Это – обеспечение стабильности плана выражения и плана содержания языковых знаков. Когда наименования предметов, явлений, термины, фразеологические обороты в языковой практике употребляются нестабильно по форме и содержанию, то в индустриальном обществе вести государственное дело не представляется возможным.
Кроме вышесказанного, в плоскости стандартизации языка в данной работе рассматриваются:
– определение места образности и стабильности в литературном языке индустриального общества;
– денотативно-сигнификативный принцип, его применение при создании терминов и в процессе перевода;
– место синонимов в стандартизированном языке;
– сложные редупликационные конструкции в процессе стандартизации языка;
– пословицы и поговорки в поле языковых стандартов;
– влияние стандартизации языка на семантическую систему языка. Устранение семантического синхизиса;
– стандартизация языка и решение проблемы освоения языка заинтересованными субъектами.
Перечисленные выше проблемы в рамках стандартизации изучаются впервые, и только в данной работе. Они становятся особо актуальными тогда, когда общество переходит с аграрной на индустриальную ступень развития, со специфическими требованиями к языку. Гражданское общество индустриальной стадии развития ставит иные задачи, нежели перед языком аграрного общества.
Назовем несколько проблем, которые в данной работе приобретают совершенно иной вид и классифицируются по-иному, чем в исследованиях, проведенных до сегодняшнего дня.
Дифференциация официального и неофициального стилей языка. В учебниках понятия «стиль» и «стилистика» даны ошибочно, поскольку эти понятия на примере казахского языка не до конца изучены. В государственном языке дифференциация стилей делопроизводства и науки не осуществлена, правильные образцы не созданы. Они разрабатываются только сейчас, стихийно, на экспериментальном уровне.
Обязательность знания языка для всех членов общества. Ученые-языковеды долго и горячо обсуждали эту проб­лему, но ее правовую сторону решали некорректно. Создавалось ошибочное мнение, что для изучения языка достаточно укрепить соответствующую законодательную базу и решить проблему административным способом. Желание выучить язык нельзя было вызвать изменением законов и /или/ применением репрессивных методов. Заинтересованность в изучении языка у населения формируется только высоким уровнем качества контента языка.
Ввиду своего превратного толкования данное направление оставило, соответственно, ошибочное впечатление у субъектов языка, не давало языку научно развиваться. У К. Жукешева названные направления достаточно изучены и интерпретированы, и выдвинуты предложения по осуществлению данного направления.
Третий круг составляют проблемы, оказавшиеся вне поля зрения отечественной лингвистической науки, то есть абсолютно не изученные специалистами-казаховедами. Они представляют собой своеобразные «белые пятна» в когнитивной карте языковедов. В свою очередь, они делятся на проблемы теоретического и методологического характера. Остановимся на некоторых из них.
Репрезентативность языка – это способность языка функционировать согласно статусу. Достаточность или недостаточность репрезентативной мощи языка определяет уровень способности к функционированию языка согласно статусу. Репрезентативность языка – это форма существования языка и его квалитативный критерий. Пожалуй, она и является квинтэссенцией проблематики казахского языка, которая выходит на первый план как цель и результат литературного языка.
В «Философии языка» репрезентативная способность языка рассматривается в двух аспектах. В первом – репрезентативная возможность языка изучается с онтологической точки зрения. Это – определение корпуса литературного языка, дифференциация лексики на литературную и внелитературную, установление литературных норм языка, унификация семантической системы языка, решение проблемы без эквивалентного вакуума в пространстве языка (устранение дефицита индустриализмов и урбанизмов); недопущение аномального употребления языка в практике словоупотребления. Во втором – репрезентативность языка изу­чается с точки зрения философии языка, в контексте качества контента языка и его востребованности людьми. Философия языка является не только новым, но и самым актуальным и перспективным направлением языкознания в Казахстане как науки. Автор знакомит с методологической основой, предметной областью, проблематикой, методами лингвофилософских исследований, показывает постоянное и глубокое взаимодействие между названными явлениями.
Ареальная классификация языка. В рамках данного тренда рассматриваются ареал существования языка и влияние хозяйственного уклада на его развитие, вопросы выбора форм словоупотребления в казахском языке. Изучаются пространственно-временные, исторические и социальные аспекты существования казахского языка; различие лингвем человека аграрного и индустриального обществ, сложности в процессе обучения языку, связанные с этим. В современном казахском языке доминирует только одна форма словоупотребления – форма аульной лингвемы, которая имеет отрицательное влияние на репрезентативную возможность языка.
Функциональная классификация языка и ментальный лексикон интеллигенции. Последние полстолетия казахская литература прошла под лозунгом освоения городской темы. Нескончаемое число раз перед казахскими писателями ставилась задача о необходимости писать на тему производства. Однако казахские писатели – выходцы из аула, по-прежнему придумывали сюжеты о семье и родственниках, событиях вокруг домашнего очага, об аульной жизни и быте животновода, дальше этого не шли. Почему?
В книге «Философия языка» суть явления раскрывается, опираясь на положения ареальной и психологической лингвистики. Лингвема человека аграрного общества, в некоторой степени, может удовлетворительно изобразить аульную жизнь и всё, что связано с животноводством. А то, что происходит в обществе индустриальном, ей не под силу.
Психолингвистика рассматривает речь человека и систему языка, их взаимо­обусловленность и соотносительность, детерминацию языка, мышления и действия.
Ментальная лексика казахских писателей не позволила мыслить и действовать вне рамок родного общества. Аграрное содержание национального художественного искусства обусловлено аграрным качеством ментального лексикона казахского писателя и соответствующим типом мышления. Это содержание как в зеркале отражает его когнитивное пространство. Освобождение от аульной идеи, укрепившейся в сознании на ментальном уровне, требует у писателей интеллектуальной силы воли, а у лингвистов изменения лексики педагогической и художественной литературы и материалов СМИ.
«Человек не может реализовать того, чего нет в его словарном фонде». Опираясь на это центральное положение психолингвистики, К. М. Жукешев специфично заключает: для изображения событий, процессов и явлений, происходящих в другой пространственной действительности – в жизни индустриального общества, нужен адекватный лексический корпус и умение использовать его на уровне урбанолекта – лингвемы человека индустриального общества.
Созданные на основе аульного социолекта произведения не стали рентабельными и, по утверждению исследователя, не поднимутся до уровня удовлетворения требования городского читателя. Это не приговор автора книги, вынесенный литературе, это вывод, сделанный в результате социо-экстралингвистического исследования. К. Жукешев ставит вопрос ребром: пока казахский язык не может функционировать в индустриальном обществе, создать универсально употребляемый контент не удастся.
В данной работе на обсуждение выносится обширный круг языковых явлений. На некоторых из них, считаю необходимым остановиться.
Унификация семантической системы языка и устранение семантического синхизиса. Здесь речь идет об адекватности смысла отправленной и полученной информации, адекватности смысла материалов оригинала и перевода, семантическом единстве в формулировках предложений на разных языках.
Когнитивная лингвистика – сфера, где язык связан с познанием и перманентным мышлением. Это – обеспечение познавательной функции языка путем совершенствования процесса мышления; роль языка в процессе освоения мира через активизацию познавательной деятельности человека; построение информации с использованием языка как инструмента познания; глубинная семантика, показывающая общепонятийные категории; классификация общепонятийных категорий и умение ими оперировать.
Экстралингвистика – это связь языка с внешним миром. В рамках экстралингвистики рассматриваются следующие вопросы:
– демографические, этнокультурологические, социально-психологические, общественно-исторические факторы, влияющие на отношение языка с внешним миром, развитие языка и его функционирование;
– социальная подоплека обветшания языка;
– тематика, содержание, идейная направленность и научная достоверность контента языка;
– создание условий востребованности языка путем повышения качества контента.
У большинства исследователей утвердилось ошибочное мнение, что с увеличением доли автохтонной нации среди общего населения республики проблема языка разрешится сама собой. У автора данной книги иное мнение на этот счет: всё решается путем повышения качества контента до уровня, удовлетворяющего духовные потребности современников.
Прикладная лингвистика – употреб­ление языка в разных сферах жизнедеятельности, рассматривает интеграцию языка в различные отрасли производства, науки и его состояние в практической деятельности человека.
Субъекты языка и обучение носителя языка и обучающиеся языку, их культурный и интеллектуальный уровни, позиции по отношению к государственному языку и мотивация к изучению языка. Социокультурно-языковое расслоение казахов на два сообщества со свойственными каждому из них культурой и мировоззрением, природа духовной раздвоенности некогда единого народа.
Культура речи. Это понятие означает эстетическое приобщение субъектов языка к изящной, выразительной речи, которая способствует пробуждению мотива к изучению языка. Речь, построенная со вкусом к языку, как одна из функций привлечения его слушателей к изучению языка посредством культурной и этичной речевой деятельности на данном языке. Культура речи носителя казахского языка до сих пор не рассмат­ривалась как фактор, побуждающий мотивацию к дисциплине.
Корпусная лингвистика – методологическое направление, играющее важнейшую роль в процессе освоения языка. Разработка методологической установки по корпусной классификации языка незаслуженно оказалась вне внимания исследователей. Вследствие чего изучение казахского языка и обучение ему загнаны в тупик. Опираясь на положения корпусной классификации лексики языка, К. М. Жукешев предлагает совершенно новую методику освоения языка.
Дело в том, что в текстах учебников, в приведенных в них примерах, упражнениях преобладает пассивная лексика, представленная словами и словосочетаниями, характеризующими реалии аграрного хозяйства и аульного быта. Подобные недочеты встречаются и в телевизионных обучающих программах. В процессе обучения языкам словарный минимум должен строиться путем отбора наиболее часто употребительных слов к менее часто употребительным. По этой методике создается лексический актив, который образует языковой корпус-минимум для общения на бытовом уровне и корпус литературного языка на уровне ведения делопроизводства. Этой методологии, проверенной временем, придерживаются все при изучении другого, после родного, языка.
Концепции, приведенные в данной книге, знаменуют выход на принципиально новый уровень лингвистической науки Казахстана.
Предлагаемая книга будет интересной не только филологам, ученым-лингвистам, журналистам, философам, учителям и методистам казахского языка, но и всем стремящимся узнать природу и пути развития языка, всем, кто работает в духовной сфере, занимается проб­лемами языка, художественного искусства, образования и СМИ.

Берик ЖЫЛКИБАЕВ,
доктор филологических наук,
профессор

1 КОММЕНТАРИЙ

  1. ОҚУШЫ
    Мен оқыймын сегізінші қазір класста,
    Білім алу оңай емес осы баста,
    Оқый алмай, оқымай жүрген бала да көп,
    Тамақ асырап, табыс тауып бала жаста.
    Көкем, әжем өте жақсы қуанад,
    Каникулға қастарына келгенде,
    Аймалайды, құшақтайды, сүйеді,
    Тентектеу болып, еркеленіп жүргенде.
    Қазақша сөйлеп қуанамын достармен,
    Қыздарға да қарап қоям қиялап,
    “Телик”тен олар ештеңені көрген де жоқ,
    Қарап қалсам, бұрылып кетеді, ұялад.
    Көкем менің қой бағады, жылқы ұстайды,
    Соңынан қалмай, ерге отырып, атқа мінем,
    Қатарларым өз қасымда, бауырымдай,
    Атшабыста,той-тартыста бірге жүрем.
    Әжем баптап сиырларын сауады,
    Айран, қаймақ, сарымай – бәрі жетеді,
    Шелпек жасайды, манты жасайды, тойғызад,
    Кока-кола, ананас, банан – ойдан кетеді.
    Таза ауа, құдық суы, дұрыс ас,
    Өлең айту, домбыра тарту – қуантад,
    Демалысым үш ай болсада азғантай,
    Тағы да келем, туған жерім – Бұрмасай!
    (20сағат 15минут, 03желтоқсан 2005жыл.)
    Төре Радул- Мөскеу ақыны, Орыс елінің жазушылар одағының мүшесі.
    E-mail: idilbopildik@list.ru, дом.тел 50-49-01

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ