АКСИОМАТИКА АНАТОЛИЯ КИМА

0
473

Берик ЖЫЛКИБАЕВ,
литературовед

Вниманию читателя журнал «Мысль» за июнь 2017 года предложил статью-беседу писателя Анатолия Андреевича Кима «Язык и литература – ключ к прошлому и будущему». 

Чтение этой статьи заставляет обратиться ко многим «вечным вопросам», издавна, на протяжении многих столетий волнующим хомо сапиенс и остающимся без однозначных ответов. Забегая вперед, скажу, что А. Ким большой мастер сам ставить перед читателем неожиданные вопросы, пускаться с ним в увлекательное «бродяжничество» по лабиринтам силлогистических парадоксов и контроверз.
На первый взгляд, при чтении «по диагонали» автор поет величальную песнь Слову – самому драгоценному приобретению человечества, завоеванному в жестоком противостоянии разума и инерционной пассивности, на которую будто бы обречен был человек изначально. Казалось бы, идет пересказ и перепев всех гипотез, сентенций, афоризмов, прозвучавших во славу Слова. Казалось бы, что писатель явился очередным проповедником высоких мыслей прозвучавших с античных времен до наших дней. Но он не был бы тем, кого знаем мы, творцом такого шедевра, как «Отец Лес», где изысканная художественность сопряжена с математически точным концептуальным расчетом – философскими аксиомами, которые не принять невозможно. Контекст автора – это амальгама высочайшего художественного вкуса и безупречного философского анализа. В этом плане он достойный восприемник великих мыслителей типа Лейбница, Канта, Гегеля.
Я не собираюсь пересказывать содержание его статьи, но не могу удержаться от позитивных замечаний самого общего характера. Он заявил свою статью в «Мысль», будучи принятым в редакционный совет.
Его статья может восприниматься как Верительная грамота российского посла, как знак огромного уважения к этому изданию. Мы и прежде воспринимали творчество А. Кима как философскую прозу. Мы ставили его в ряд писателей-мыслителей такого уровня, как Ю. Н. Тынянов, Ю. К. Олеша, а когда он перевел великую эпопею «Путь Абая», то ясно увидели, как тесно соприкасаются философско-эстетические принципы М. О. Ауэзова и А. Кима. Не обладая двумя факторами – изображения и осмысления изображаемого, мне думается, писатель не достиг бы таких успехов в переводе казахского классика на современный русский язык. Без преувеличения – когда читаешь перевод, то кажется, что за спиной А. Кима стоит М. Ауэзов и направляет его перо. Перевод воспринимается как авторизованный. А это редкая удача. Сам А. Ким говорит: «Взаимное понимание и перевод разных языковых природ возможны благодаря существующему – общему для всех людей – метафорическому течению незвучащих слов». Если исходить из традиций классической лингвистики, в частности, опираться на идеи Вильгельма Гумбольд­та, то «незвучащие слова» – Дух языка. В этой связи вполне своевременно вспомнить труды профессора Х. Х. Махмудова о творческом контексте, а также «Алхимию слова» Яна Парандовского, гениальные штудии Льва Семеновича Выготского.
Центральная аксиома Анатолия Кима вызывала бы возмущение ортодоксальных начетчиков научного коммунизма, перекрасившихся ныне в политологов. «Слова, в которые облачается сознание, и сознание, с помощью комбинаций слов создающее понятия, строит окружающий мир, а не окружающий мир создает нас, наши понятия и наши слова… Я берусь утверждать о словесном, лингвистическом происхождении мира… и для меня понятие «Бог» – это также творение человеческого сознания, это всего лишь сакральное Слово, а не само Верховное существо, я берусь утверждать лингвистическое сотворение мира – через слово». В Евангелии от Иоанна: «Слово было Бог, Слово было у Бога», т. е. деятелем, исполнителем замысла божьего было Слово: Бог планировал, а Слово воплощало замысел в реальность. С такой трактовкой роли Слова мы встречаемся в контексте многих авторов. Так, Николай Гумилев полностью соглашается с евангельской трактовкой: «В оны дни, когда над миром новым/ Бог склонял лицо свое, тогда/ Солнце останавливали Словом/ Словом разрушили города». Поэтому Слово было у Бога, а также было орудием божьим. Анатолий Ким опровергает Иоанна и его последователей, многомиллионную армию христиан. Он утверждает, что Слово – Бог, а орудием Слова становится Язык. Происходит это через «метафорическое формирование Слова в Сознание. Сознание же материализует Хаос невнятного Космоса в стройные системы – системы земных и небесных тел, дает им названия… Слово оказывает и создает космические и земные закономерности через феномен языка». Мы видим концептуальную цепочку: Слово – Сознание – Язык, в которой Слово остается демиургом, используя феномен Языка. Анатолий Ким завершает этот поиск аксиомами: «Слово подводит нас к пониманию того, что если человек – частичка Вечности, то он бессмертен. Слово дает нам понять, что если есть Вечность, то времени нет. Если есть бесконечность, то пространства нет».
Статья Анатолия Кима написана с зажигательным пафосом, она вызывает читателя на спор, на полемику. Стараясь не поддаваться первой волне нахлынувших впечатлений, скажу об одном моменте: об отрицании перфекта, категории не только лингвистической, но в большей степени исторической. Что делали бы историки (а имя им Легион!) без перфекта?! Анатолий Ким призывает отказаться от раздумий о Прошлом, считая это бессмысленной тратой Времени, которого нам сегодня так не хватает.
«Думая о художественной литературе будущего, я бы пожелал ей одного. Освобождения от плена глагола прошедшего времени. Ведь все рассказанное о том, что прошло, – это рассказы о том, чего уже нет и никогда больше не будет… Погружаться вниманием в литературную стихию, где господствует однополярная форма глаголов прошедшего времени – это становится невыносимо скучно…»
С этим, конечно, трудно согласиться, ведь общеизвестно, что «История – наставница жизни»! А верным спутником Дамы Истории был и остается преданный рыцарь – Perfect!

P.S. Уважаемый Анатолий Андре­евич! Вы часто повторяете: «Я маленький человечек, маленький человечек…» Это, конечно, литота, художественный прием. Давайте оставим эти оценки на суд Futuruma, когда, глядя в сегодняшние дни, в Perfect грядущие читатели будут оценивать, кто поистине «маленькие человечки», а кто просто «мыльные пузыри». С глубоким уважением к вашему таланту, мыслям и человеческим качествам, Б. М.
P.P.S. Для аккуратности хочу уточнить:
1. Роман Джорджа Оруэлла назывался «1984».
2. Свято верю в непоколебимость аксиом Карла Маркса: «Над духом тяготеет проклятие материи» и «Бытие определяет сознание».

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here