ВЕРНЫЙ ПРИСЯГЕ

0
166

Надежда СТЕПАНОВА

К 25-летию Вооруженных сил РК

Когда видишь перед собой успешных людей, невольно задумываешься, как им это удалось? Может быть, были по жизни «толкачи», продвигавшие своего родственника, земляка или одноклассника на головокружительную высоту? Или на ней уже ждали его и бросили спасительную страховку? А, может быть, он просто родился в свое время? Мы беседуем с генерал-майором Алмасбеком Сеитовичем Абдрахмановым, и я все больше убеждаюсь, что жизненные препятствия он преодолевал сам благодаря силе воли, трудоспособности и оптимизму.
Родился он в Алма-Ате в 1939 году в семье рабочих 13-м ребенком. Матери было 46 лет, отцу 55 лет. Последыш… Имя подобрали особое: Алмас – не возьми Бог, а бек, чтобы был богатым. До него все мальчики умирали, и как только он начал ходить, ему прокололи уши, чтобы все знали, что он – единственный сын, представляющий род, и должен стать основателем следующего. В живых осталось только трое девочек, и он, один мальчик. Алмасбек Сеитович сохранил и продолжил свой род. У него – два взрослых сына, шесть внуков, две правнучки.
– Отец умер в 1949 году, – рассказывает Алмасбек Сеитович, – сколько помню, все время лежал в постели. У мамы осталось шестеро детей, четверо своих, да еще две девочки младшей сестры, которая тоже умерла. Всех надо было не только кормить, но еще одевать, чтобы могли в школу ходить. Мы выжили благодаря маме. Она была очень талантливой, мудрой женщиной. Жили в ауле казахов на Седова и Дзержинского (Наурызбай батыра) в Алма-Ате. Землянки с земляными полами, света не было. У мамы хорошо получалось шить фуфайки, брюки, их она продавала на барахолке. Начиная с пятого класса я помогал ей. Она брюки сошьет, обмотает несколько штук вокруг моей талии, а идти надо мимо школы, но так, чтобы не увидели и не сказали, что я спекулянт. А еще приходилось вставать в 2 часа ночи и занимать очередь за хлебом. При Сталине его продавали по карточкам.
Еще учась в школе, Алмасбек занимался спортом. А учился он хорошо, особенно по математике. Был лауреатом городских и республиканских конкурсов, председателем дружины, кроме того, читал стихи и приветствия на комсомольских и партийных форумах. Активность и способности делали его уже в те годы заметной личностью.
Закончив школу, решил стать военным. Зная, что мама в военное училище не отпустит, ничего ей об этом не говорил. Подготовил документы, завтра уезжать, только тогда и сказал ей, что поступает в Рязанское военное училище автомобильного транспорта. Она в слезы. Ей 63 года, ему 18. Спрашивает, разве в Алма-Ате институтов не хватает? У нее знакомая есть в ЖенПИ, можно туда пойти. Он засмеялся: это же женский педагогический, а ему нужна настоящая мужская профессия. Сес­тры к тому времени уже были замужем. Когда Алмасбек Сеитович вспоминает маму, без слез говорить не может. Ведь благодаря ей они выжили.
– Как сейчас помню, – продолжает рассказ Алмасбек Сеитович, – в три часа ночи проснусь, в комнате свет горит, швейная машинка работает, утром встаешь, завтрак готов. Вот такая была у нас замечательная мама!
Поехал поступать в вельветовой куртке и стареньких ботинках. Не хотели принимать из-за маленького роста, но все же к экзаменам допустили. Сдал на «отлично».
– И вот наш первый обед в училище, – продолжает Алмасбек Сеитович, – напротив сел парень-москвич. А я левша, левой рукой ем и хлеб ломаю. Он мне говорит: «Ты, азиат, что правила хорошего тона не знаешь, левой рукой хлеб ломаешь?» Я промолчал, подумал, если подерусь, из училища выгонят. И вдруг этот москвич одной рукой хлеб ломает. Я на чисто русском языке говорю: «А ты, москвич, правила хорошего тона знаешь, что одной рукой хлеб ломаешь?» Он посмотрел на меня, ничего не ответил, встал и ушел. Потом уже, когда учиться начали, друзьями стали. Володей его звали, я помогал ему по физике, математике. Он помнил все, как и я, и не раз извинялся, он думал, что азиаты такими не бывают.
Так уж сложилось, что я закончил академию, а он не смог туда поступить. Иду по Москве в звании майора, навстречу мне капитан, честь не отдает. Остановил его, стал учить, смотрю, а это Володя.
Алмасбек Сеитович училище закончил с отличием. Послали в город Тейково Ивановской области в ракетные войска стратегического назначения. Прибыли еще 60 лейтенантов из академии и военных училищ. Участвовали в урегулировании Карибского кризиса. Это были времена, когда Хрущев обещал показать (выступая на сессии ООН) «кузькину мать» с демонстрацией своего башмака перед мировым сообществом. Размещали ракеты на Кубе. Два месяца жили в напряжении, пока
А. Микоян не урегулировал ситуацию. Наступила пауза в кризисе, потом дали отбой.
Запомнился случай, когда создавались ракетные войска. Все было совершенно секретно: размещение, расположение. Алмасбек Абдрахманов, техник дивизиона, свою автомобильную технику перевел в нужное место. Возвращается, видит, ракета застряла в болоте. Сообразил, что водителям тягачей дают неверную команду. Предложил полковнику свои услуги, тот отмахнулся, сказал, чтобы шел туда, куда шел. На третий раз согласился, и не ошибся. Благодаря умелому руководству со второй попытки ракета поддалась и буквально вылетела из болота.
Командир подходит, обнимает его, говорит, лейтенант, проси, что хочешь? Он попросил отпустить его в академию. Находились они на боевом дежурстве и по две недели сидели в бункерах под землей. Когда выходили, глаза были красными и давление подскакивало. Врач не дает доб­ро. Когда этого врача откомандировали в другую часть, прислали другого, давнего приятеля Алмасбека. Он озвучил ему свою проблему, а тот – свою. Послал солдата поступать в военное училище, он не поступил, и теперь нужно оплатить его поездку. Будучи врачом полка, майор знал, что Алмасбек был чемпионом училища по бегу и лыжам, здоровье его не подводило, а это, своего рода «болезнь белого халата». В общем, договорились. Только он сказал, что если не поступит, то за все заплатит сам. На том и сошлись. Из 250 абитуриентов, приехавших поступать в академию, прошло всего 25, из которых только четыре человека из 30 баллов набрали 29. В их числе был и Алмасбек Сеитович.
– Математику принимала женщина, кандидат наук, заведующая кафедрой, – вспоминает Алмасбек Сеитович. – На вопросы билета ответил на «отлично», но кроме этого, она задала еще 25 дополнительных вопросов, наверное, потому что я азиат. Я на все ответил. Она поразилась, и с улыбкой отпустила. Английский пошел сдавать, и сразу стал говорить по-английски типа вопрос-ответ. Взял билет. Вижу, что первый вопрос вообще не знаю, второй – еле-еле. А третий – на «отлично». Попросил начать с третьего вопроса. Только наполовину ответил, она говорит, хватит. А потом спрашивает у меня, почему Алма-Ата называется Алма-Атой? Я ей уже на русском языке отвечаю: извините, это вне программы английского языка. Она растерялась, поставила «пятерку».
А вот сочинение написал на «четверку». Из-за этого получилось 29 баллов. Но из нас четверых с 29 баллами, генералами стали только двое. На третьем курсе меня вызвал генерал, начальник факультета и говорит, что он будет моим руководителем дипломной работы. А я ему говорю, что мне подумать надо. Он так посмотрел на меня печально, ничего не сказал. Прихожу к сокурсникам, рассказываю, а они мне, ты что обалдел? Это же стопроцентная гарантия диплома с отличием. Начали работать над темой диплома вместе с генералом. Он получал за меня грамоты за лучшие работы, я – премии.
Закончил академию с отличием, дают направления на выбор: Центральная автобаза Министерства обороны в Москве или Киевский военный округ, и еще за границу, а я говорю, чтоб отправили в Туркестанский округ. Там мама одна, ей 72 года, а я – единственный сын. В Москву не надо, только к себе на Родину! Я уже тогда женат был, старшего сына фактически она растила.
Полковник подумал и говорит, чтобы ехал в Байрам-Али Туркменской ССР. Стали искать по карте. Нет такого поселка. Нашли в энциклопедии, 400 км от Кушки, пустыня. Жара, пендинки, мошки, которые лицо едят, после них шишки соскакивают. Что делать? На него и в академии имели виды, думали, поработает где-то, да вернется преподавателем. Сошлись на Сары-Озекском гарнизоне, где Алмасбек Абдрахманов принял под свое командование автотранспортное управление.
– Сары-Озек – районный центр, – продолжает рассказ Алмасбек Сеитович. – Единственное развлечение – ходить на базар. Летом жара 40-50 градусов, зимой холодно, при этом еще и ветер дует. Один полк, рядом ракетный гарнизон, который потом убрали. И я мог там лет на 15 остаться. Поработал немного, поехал в Штаб 40-й Армии в Алма-Ате. Прихожу, а там подполковник, начальник мой, мечется, некому рисовать карту. А я, когда дипломный проект писал, все схемы сам чертил. У меня диплом был именно на эту тему. По нему и профессия сейчас – гвардии инженер, генерал-майор. Предложил помощь. Удивился, что согласился сделать все бесплатно. Но условия поставил, чтобы подполковники, майоры (без академии) мне подчинялись. Это был 1968 год…
Еще один случай. Как-то вызывает меня начальник отдела кадров, майором тогда был, и говорит, чтобы написал директиву, которая пойдет более чем в 500 войсковых частей. Да так написал, чтоб дурак понял. Пошел домой, набрал кофе, написал около 30 вариантов. Все никак не могу дойти до сути, не нравится. И уже в 5 часов утра явилось то, ради чего сидел всю ночь. И быстро написал. В 8 утра прихожу, говорю, приказ выполнен. Он почитал, говорит, вот теперь каждый дурак поймет. Так нас учили писать в академии, развивали аналитический ум. Какие перспективы, что будет через два месяца, через два года, какие военные события могут произойти.
Спрашиваю у генерала: «Нострадамусов готовили?»
– Ну, не Нострадамусов, а развивали аналитический ум, стратегию, тактику. И это в жизни очень пригодилось. Я всегда ставил определенную цель и достигал ее, отрабатывал 15-18 вариантов. Так я семь лет поработал, потом меня выдвинули в Ауэзовский район военным комиссаром. Что делать? Работу военкомата знал только с позиций проверяющего. Как командовать людьми? Попросил помочь работающих там полковников. Они очень удивились. Молодой полковник просит у них помощи. Целый год, прежде чем принять какое-то решение, советовался с ними. Но зато через полтора года стал профессионалом. Домой только спать приходил, переоденешься, поужинаешь, и все! Старший сын иногда вспоминает, как я приучал его к порядку. В 11 часов вечера вижу вещи разбросаны, поднимаю его и заставляю складывать, как положено. Не знаю, может быть, это в упрек, а может быть, наоборот.
За три года работы Ауэзовский военкомат вышел на первое место по Алма-Ате и Алматинской области. Вдруг вызывают меня в ЦК Компартии Казахстана. Шалов, был такой, и говорит, что обком партии Уральска просит прислать военкома казаха. Посоветовался с семьей, все согласились. Жена рада была, ведь у нее мама из Уральска.
– Когда стал райвоенкомом, обратил внимание на то, как одеваются партийные работники. Всегда чистые, аккуратные, отглаженные, взял себе на вооружение. У меня был специальный мундир, там все новое: ботинки, носки, одежда. Иду в обком, райком, надеваю. Решил и в военкомате навести порядок. Построил всех, говорю: «Товарищи офицеры! Завтра предлагаю бесплатно постричься». Пригласил 15 парикмахеров, женщинам сказал, чтобы принесли 15 утюгов. Утром перед строем спрашиваю: «Господа офицеры! Видите, как я выгляжу? Так и вы должны выглядеть! Вы представляете элиту вооруженных сил района. На вас народ смотрит!» Погладили их вещи, постригли. Следующий этап – сдача норм ГТО: кросс – километр, 10 раз подтянуться, и т. д. Говорю им, делай, как я! Заставил бежать. Это было зрелище! Приходит проверка, говорят, что вы наделали? Офицеров не узнать, все чистые, опрятные, постриженные. Говорю: «Работаем».
О том, как я вернулся в Алма-Ату. Звонит друг: «Алмасбек, я стал твоим начальником». И тут же звонит начальник отдела кадров, говорит, на военном Совете в 9 вечера меня предложили на должность первого заместителя Военкома республики, с одновременным исполнением обязанностей Военкома города Алма-Аты и Алма-Атинской области. Говорю: «Ну, спасибо». И теперь уже не друг надо мной начальник, а я над ним, он звонит, говорит, что едет. А я ему: «Валера, теперь я твой начальник». Проходит время, приходит начальник политотдела и говорит, что Уральской области дали орден Красной Звезды…
Так попал я в первые лица республики. Немного погодя, приходит постановление ЦК КПСС и СМ СССР, приказ Министра обороны объявить внеконкурсный отбор лиц коренной национальности в 135 военных училищах, поскольку в Вооруженных силах не хватает национальных кадров. Военком вызывает, говорит, давай возглавляй эту комиссию. Так, в 1984 году я стал первым заместителем военного комиссара Казахстана с одновременным исполнением обязанностей военного комиссара Алматы и Алматинской области. В качестве заместителя председателя правительственной комиссии выполнял обязанности по внеконкурсному отбору лиц коренной национальности в высшие военные учебные заведения теперь уже бывшего СССР.
Создали комиссию, штаб военных училищ, учебную часть, пригласили преподавателей, оборудовали казармы типа общежитий. Полторы тысячи человек прибыли на сборы на целую неделю. Не знали, что такое ночь и день. В 6 вечера заканчивается подготовка, и дальше снова работа. В таком режиме работали три года. Полторы тысячи детей чабанов, крестьян, рабочих были отправлены в лучшие училища Советского Союза. Многие из них стали достойными защитниками Отчизны.
Из книги «Генералы Великой степи», изданной РОО «Советом генералов» при поддержке Фонда Первого Президента РК – Лидера нации.
«В самые нелегкие годы нашей армии Алмасбек Сеитович активно участвовал в создании новой штатной структуры ВС РК. С высокой ответственностью организовывал разработку закона о всеобщей воинской обязанности, который без каких-либо дополнений защитил в Верховном Совете республики.
Вклад Абдрахманова в становление и развитие Вооруженных сил РК неоценим. Именно такие военные руководители были необходимы при создании национальной армии. …В 1992 году по приглашению комиссии по розыску военнопленных в Афганистане при Верховном совете РК Алмасбек Сеитович возглавил первую правительственную делегацию Казахстана в эту страну, целью которой было провести переговоры с заместителем министра обороны, генералом армии Афганистана Абдул-Рашидом Дустумом. В итоге, за две недели, проведенные в его ставке, удалось разыскать 25 военнопленных».
В 1987–1992 годах Алмасбек Абдрахманов – председатель ЦК ДОСААФ КазССР. За этот период было подготовлено более 600 тысяч специалистов для Вооруженных сил. В 1992 году его назначили на должность заместителя начальника Главного штаба Вооруженных сил. В 1994 году он уже – армейский ветеран. С 2001 года – член Президиума РОО «Совет генералов». В настоящее время является заместителем председателя совета «Казахтелеком» по физической культуре и спорту. Награжден 11 правительственными наградами, Почетной грамотой Верховного Совета КазССР, почетным знаком «Құрметтi байланысшы» (Почетный связист РК) и др.
Говорить о жизни, которая удалась, можно долго. Из всего сказанного, можно вывести формулу успеха. Главное, ставить перед собой цель, идти к ней, выработав при этом несколько вариантов ее достижения. Выбрать самый оптимальный. Развивать аналитический ум, анализировать свои действия. Никогда не стесняться просить совета, даже если по должности это не положено. Работать честно, вкладывая душу. Считаться с мнением других людей, но и отстаивать свое. Не терять оптимизма, когда что-то не получается. И самому работать так, чтобы можно было смело сказать: «Делай, как я!»

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here